Герой войны с чиновниками
Шрифт:
Неюридическими методами денег тоже было не вытащить, так как крыска оказался не однофамильцем одного из тех, что очень наверху, а настоящим двоюродным братом. Со всеми вытекающими, а для некоторых, совсем непонятливых, и втекающими последствиями. Оставалось только взывать к совести, что Михаил и решил сделать.
Он напросился на встречу, дабы в очередной раз обсудить создавшееся положение. Крыска охотно встречался с терпилами. Не стеснялся. Всю вину он перекладывал либо на своих подчиненных, либо на хронически нерасплачивающихся с ним заказчиков. Что в обоих случаях было брехней.
На этой встрече Михаил впервые столкнулся с трудностями поиска совести в душе человека. На первый взгляд ее и не было вовсе. На второй взгляд она все-таки нашлась, придавленная разросшимися пороками. Михаил накачал силой полудохлую совесть от всей души и ушел ожидать возврата денежных средств.
Денег он не дождался, так как этим же вечером крыска сел за руль одного из своих Range Roverов, разогнался и со всей дури влетел в припаркованный самосвал. Как и следовало ожидать, английская техника подвела и не спасла водителя во время импровизированного краш-теста.
Сначала Михаил сильно расстроился. Вопрос с возвратом денег он считал уже решенным, а теперь получалось, что он точно не увидит их никогда. С другой стороны, эта падла больше никого не кинет. Затем в голове возник образ человека-паука в маске бэтмана. Его сменила очередь из старушек в обшарпанной поликлинике. Вспомнилась шикарные автомобили на стоянке перед зданием городской администрации, ну и так далее…
Получалось, что резкое усиление влияния совести при полном отсутствии многих положительных черт вызвало самоубийство индивидуума. И это очень хорошо, подумал Михаил, просто замечательно. Строго по-научному, нам требуется несколько раз повторить эксперимент, дабы убедиться в результате. Сначала накопим материал, а потом будем думать, что с этим открытием делать.
Так Михаил перешел с уровня «Садовод-ботаник» на уровень «Санитар сада».
Благодаря обширным связям в строительном бизнесе он мог легко получать аудиенции властителей града через их доверенных лиц. Первым делом Михаил отправился якобы покупать землю для строительства нового предприятия. На встрече он получил заверения в выделении участка и инструкцию по передаче бонуса через банковскую ячейку. Бонус представлял собой разницу между государственной и рыночной стоимостью земли. В обеспечение достигнутых договоренностей Михаил провел с чиновником сеанс биоэнергетической терапии.
На следующий день интернет взорвался новостями о самоубийстве высокопоставленного чиновника городской администрации. Несколько нужных сделок подвисло из-за странной выходки главы земельного комитета. Много важных людей взволновалось и вспотело, а Михаил получил научное доказательство своих способностей. Имела место повторяемость результата – отсутствие альтруистических черт не позволяет подопытному справиться с ожившей совестью.
Следующим объектом санитара сада стал известный адвокат, отмазывающий за большие деньги негодяев. Совести у него было чуть-чуть, но зато присутствовали и любовь, и сострадание, и милосердие, и даже, оба-на, щедрость, но все они были причудливо переплетены со своими противоположностями.
Изменение начальных условий эксперимента в виде наличия положительных черт характера привело к иному результату, а именно, к глубокому запою адвоката, сворачиванию им своей деятельности и подготовке к отъезду куда подальше из этой депрессивной России.
Все-таки Бог дал мне Силу не только карать павших, но и помогать оступившимся вернуться на путь истинный, оценил себя по-новому Михаил.
Чиновник из комитета по здравоохранению также выжил и впоследствии отдал себя служению Богу. А вот руководство отдела муниципального заказа оказалось сплошь грешниками и отправилось на вечное поселение в Аду. Их было трое на встрече с Михаилом. Втроем они и ушли на тот свет.
Михаил составил список и график посещения всех злачных мест городской администрации, добавил в него партийное руководство и бизнес-элиту. Его расстраивало лишь то, что лечением душ приходилось заниматься на общественных началах. То есть бесплатно и в ущерб своим рабочим обязанностям. А так хотелось подойти к новому делу со всей душой!
Ведро, которое раздавил внедорожник Михаила, оказалось классическим Фордом Мустангом шестидесятых годов выпуска. Было похоже на то, что стоимость его ремонта станет в копеечку.
«Как же ты в России то оказался?» - шмыгнул окровавленным носом садовник, пытаясь вспомнить максимально возможную сумму выплат по ОСАГО.
Голова от удара подушкой безопасности сильно гудела. Мысли путались. Вдруг ожил телефон. Звонил семейный доктор.
«Михаил Иванович? Пришли результаты фиброгастроскопии. Вы главное не пугайтесь, но у Вас обнаружено новообразование…»
– Онкология?
– Вы имеете в виду злокачественное или нет? Сейчас не могу сказать. Требуется дополнительное обследование. В любом случае за последние десять лет появились новые методы лечения. Все не так фатально, как раньше, - бодро затараторил доктор.
– А что делать-то?
– Я Вам выпишу направление в онкологический центр. Может и ничего опасного. Но, Михаил Иванович, я обязан Вам напомнить, что по условиям договора Ваша страховка не покрывает лечение онкологических заболеваний. Мы сейчас проведем с Вами дополнительное обследование, и если, не дай Бог, сплюнем, постучим по дереву…, - доктор реально постучал обо что-то деревянное и продолжил, - не дай Бог что-то серьезное, то я смогу только порекомендовать Вам хороших специалистов, а уже способ лечения, хозрасчет или…
Михаил его не слушал. Он опустился на корточки, потому что отчетливо почувствовал разъедающую раковую опухоль в своем желудке. Жизнь начала стремительно покидать его руки, ноги, голову, устремляясь прямо в рак.
– Что за хрень? – с обидой подумал Михаил, - Зачем было вкладывать мне в руки меч, чтобы тут же забрать мою жизнь? Зачем, Господи?
И тут же грандиозный ответ сам собой родился в его голове.
– Тебе нужен новый мученик, новый святой, - прошептал Михаил, - не мямли типа Саровских и Радонежских, а настоящий герой, как Талалихин, Матросов, как…, ну кто там еще был, из тех, кого помнили полвека, а сейчас стали забывать?
Они отдали свои жизни за свой народ, и я отдам свою, раз такова моя цена. Ведь я герой! Герой новой гражданской войны! Войны народа с чиновниками! Я успею положить еще не один десяток чиновников, прежде чем болезнь окончательно разъест меня. Не будет операций, химиотерапии, а будет борьба. Опутанный метастазами, задыхающийся, я заберу с собой целую администрацию чиновников. И не рядовых, а высший командный состав! Ведь я герой!
– Мудак я, а не герой, - пришла в голову другая грандиозная мысль, - Надо же было так просрать свой Дар. Вместо исправления людей, начал их убивать, упиваясь собственной безнаказанностью, а безнаказанности то и не оказалось. Жизнь быстро и четко надавала мне по заднице и выселила на тот свет.