Чтение онлайн

Галльский священник и писатель Гильдас, который после 540 года написал историю Британии, сообщает, что бритты трижды обращались к западноримскому правительству с просьбой о неотложной военной помощи, в последний раз — в 446 году к полководцу Аэцию. В письме к нему они будто бы писали: «Варвары гонят нас в море, а море гонит нас обратно к варварам; мы пребываем между двумя этими смертями, и нам предстоит быть либо задушенными, либо утонуть». Однако военная помощь Рима не пришла.

Вместо этого произошло установление более тесных связей между папством и католической церковью Британии и Ирландии. По свидетельству Тертуллиана, христианство стало распространяться в Британии во II веке. Однако сведения о существовании в городах Британии отдельных христианских общин относятся лишь к IV веку. Христианские источники, повествующие о мучениках, называют Альбана в Веруламе и Юлия и Арона в Карлеоне. Можно с уверенностью сказать, что эти события относятся к III веку, а не к волне преследований христиан при Диоклетиане, так как в провинциях, которыми управлял цезарь Констанций Хлор, в то время гонений на христиан не было. В Арльском соборе 314 года принимали участие три британских епископа — Лондонский, Йоркский и предположительно Колчестерский. В Силчестере и ряде других британских городов раскопаны остатки церквей, которые относятся, правда, к IV веку, но построены на фундаментах более старых часовен и баптистериев. При этом наряду с христианством продолжали существовать языческие культы. По археологическим данным можно сделать вывод, что в Британии еще в IV веке воздвигались новые постройки для отправления языческого культа или восстанавливались старые.

Невзирая на сложную политическую ситуацию в Британии в первой половине V века, там на церковных собраниях велись такие же споры об учении Пелагия, как в Галлии или в Италии. Этот умерший в 418 году ирландский монах проповедовал идею, согласно которой человек не несет на себе бремя первородного греха. Человек обладает в силу акта божественного творения свободой творить добро или зло и несет за это полную ответственность. Нечто подобное утверждал за два века до этого христианский философ Бардесан из Эдессы. Учение Пелагия резко противоречило учению о первородном грехе, милосердии и спасении, проповедуемому североафриканским отцом церкви Августином, епископом Гиппонским. Третий вселенский собор в Эфесе осудил в 431 году учение Пелагия; однако полемика вокруг него велась еще в течение целого столетия, особенно в Галлии.

В Британии борьба между августинизмом и пелагианством приняла острые формы, и британские епископы, склонные к августинизму, пригласили двух галльских епископов, Германа из Оксерра и Лупа из Труа, в качестве соратников в борьбе с пелагианством. В 429 году Герман и Луп отправились в Британию и на соборе британских епископов вместе со своими британскими единомышленниками сражались против пелагианства. Житие Германа, написанное Констанцием Лионским во второй половине V века, упоминает в своем описании пребывания Германа в Британии о должностных лицах города, еще носивших римские титулы. Когда Герман и Луп отправились в Веруламий, расположенный в 30 километрах к северо-западу от Лондона, и на них неожиданно напали объединившиеся саксы и пикты, Герман принял командование над римско-британским отрядом и обратил нападавших в бегство. В то время никого не удивляло, что епископ берет на себя функции полководца.

Вторжения варваров на земли Римской империи

В первой половине 40-х годов Герман вновь посетил британских епископов, на этот раз в сопровождении епископа Севера Трирского. И в этот раз речь шла о борьбе с пелагианством. Источник опять называет должностных лиц с римскими именами.

Когда в 20-х годах наиболее опасными врагами британо-римлян были пикты, племенной князь бриттов Фортигерн набрал для борьбы с ними в вспомогательные войска саксов и предоставил им в Кенте места для поселений. Но в 442 году саксы объявили, что впредь хотят не служить, а властвовать. Галльская хроника пишет об этом следующее: «Бритты, преследуемые всевозможными бедами и несчастьями, подпали под власть саксов». Вполне вероятно, конечно, что это преувеличено, ибо именно в это время Герман вторично посетил южную часть острова и находился в городах, не занятых саксами; однако нападения саксов становились все ожесточеннее.

Это были те самые саксы, которых 1 января 456 года Аполлинарий Сидоний в своем панегирике императору Авиту описал следующим образом: «Tractus Aremoricus[29] также ждет саксонских пиратов, которые удали ради бороздят британские воды на своих кожаных лодках, прокладывая путь через синее море в залатанных своих суденышках». Однако если здесь Аполлинарий Сидоний еще иронизирует над саксами, то в письме, написанном в 469 или 470 году, он уже с тревогой говорит о серьезной опасности, которая от них исходит: «Этот враг своей жестокостью превосходит всех других. Он нападает мгновенно и неожиданно; если его замечают до того, как он нападет, он уклоняется от сражения. Он презирает тех, кто выступает против него открыто, и уничтожает тех, кто его не ждет. Когда он кого-либо преследует, он перерезает ему дорогу; если же он вынужден бежать, он ускользает от преследователей. Кораблекрушение его не пугает, оно для него не более чем упражнение в ловкости. Опасности, ожидающие его в море, для него не только привычны, но и приятны. Если поднимается буря, то она порождает в душе тех, кто ждет нападения, ощущение безопасности, — но буря скрывает и тех, кто нападает: они охотно мирятся с опасностью, которая подстерегает их в волнах прибоя или на острых скалах, надеясь на успех неожиданного нападения». В следующем абзаце этого письма Сидоний пишет, что после нападения на побережье Галлии саксы подняли паруса и направились от континента на родину. Под родиной здесь можно разуметь только Британию, находящуюся за пределами континента.

Таким образом, около 470 года укоренение саксов в Британии и прекращение здесь римского господства было уже свершившимся фактом. Около 460 года началось и переселение на полуостров Арморику тех бриттов, которые не желали подчиняться господству саксов; оно продолжалось до конца VI века и достигло своей кульминации в период между 550 и 600 годом. Этому соответствует и указание англосаксонской хроники, которая относит оседание в Британии саксов ко времени после 449 года.

Занятие земель саксами началось с Кента. Затем они медленно двинулись на запад. У саксов в этот период еще не образовались классы и не возникло государство. Пришельцы находились еще на последней стадии распадающегося родоплеменного строя. Маленькие семейные группы дополнительно прибывали с фризского, саксонского и датского берегов Северного моря. Вслед за Кентом был завоеван Сассекс, а во второй половине V века были заняты и другие восточные области острова. К середине VI века саксы, англы и юты распространили свою власть над большей частью Британии.

Англосаксы предпочитали, расселяясь, занимать годную для обработки землю и оседали преимущественно в долинах рек. Нет никаких сведений о захвате городов, хозяйственное значение которых, однако, упало; правда, городское ремесло и идущая из города торговля не исчезли полностью.

Британо-римская аристократия не отступила без боя. Около 500 года бритты под командованием своего предводителя Амвросия Аврелиана в битве у Маунт-Бадон одержали последнюю победу над англосаксами. Более поздняя литературная традиция заменила имя победителя именем легендарного короля Артура. К этому времени англосаксы заняли около трети острова. Но победа бриттов дала им лишь короткую передышку. В первой половине VI века силы германских пришельцев выросли благодаря новому притоку переселенцев, и бритты отошли еще дальше на запад. Около 577 года в ожесточенных боях англосаксами были захвачены города Глостер, Сисетер и Бат, и тем самым организованное сопротивление бриттов англо-саксам закончилось.

В середине VI века в Британии возникло несколько англосаксонских королевств, которые то и дело вступали в ожесточенную борьбу друг с другом. Впрочем, эти королевства не были внутренне прочными. Государство у англосаксов возникло позже, чем у вестготов, вандалов, бургундов и франков, — в VII–VIII веках. Англосаксонское королевское погребение, которое можно было бы сравнить, скажем, с погребением Хильдериха в Турне (481 год), обнаруживается лишь в 20-х годах VII века (погребение Сеттон-Ху в Суффолке). В V веке саксам Британии были еще неизвестны знаки королевского достоинства.

До VII века наряду с англосаксонскими королевствами существовали еще и королевства бриттов, в которых господствовал кельтский этнический и культурный элемент. Примерно с конца V века королями Кента и Сассекса был принят титул бретвальда, который соответствовал латинскому гех.

К концу VI — началу VII века относятся первые записи действующего права в Кенте (позже они появляются и в других королевствах Британии), которые свидетельствуют о наличии там социальной дифференциации. Эти древнейшие законы, изданные королем Кента Этельбертом (ок. 550–616), написаны уже не на латинском, а на старозападносаксонском языке; в них обнаруживаются лишь слабые следы римского влияния. Ряд разделов законов Этельберта, относящихся к аграрным отношениям, близко соответствуют параграфам франкской Салической правды.

За нанесение увечья человеку, принадлежащему к семье кэрла (простого свободного) или зависимому от него человеку, надлежало по этим законам уплатить штраф в 6 шиллингов; если пострадавший находился под защитой эрла (аристократа), уплатить следовало в два раза больше; если же речь шла о зависимом человеке короля, штраф равнялся 50 шиллингам. Вергельд за убийство был значительно выше. За убийство раба обычно платили 50 шиллингов, вергельд свободного колебался в зависимости от положения и престижа убитого от 60 до 200 шиллингов. Колебался и вергельд знатного в зависимости от его влияния и положения при дворе — от 300 до 1200 шиллингов.

Если в небольших королевствах скотов и бриттов христианство было распространено со времен поздней империи, то англосаксы сохраняли языческие религиозные представления вплоть до VII века. Кентский король Этельберт первым из англосаксонских королей понял все значение католицизма для упрочения своего положения. На него влиял и пример франков, тем более что он был женат на дочери франкского короля Хариберта (561–567) Берте. В 596–597 годах папа Григорий I направил в Кент бенедиктинского монаха Августина, и на Рождество 597 года Этельберт крестился. Около 10 тысяч дружинников последовали его примеру. В 626 году в Нортумбрии достигла успеха другая христианская миссия, а в середине VII века была христианизирована Мерсия. До 700 года в англосаксонских королевствах было основано 15 епископств, которые подчинялись архиепископству Кентерберийскому.