Чтение онлайн

— Такое ничтожное основание для такой монументальной конструкции, — заметил Лев.

— Не нам об этом говорить, — отозвался Жиллиман. В его голосе сквозили злость и сожаление. — Я объявил о создании Империума Секундус, имея куда более зыбкое основание.

— Это в прошлом, — произнес Лев. — Давайте покончим и с этим тоже.

Спустя несколько мгновений чудовищные орудия крепости открыли огонь.

Языки демонического пламени потянулись к флоту. Вспышки энергии варпа рассекли пространство космоса. Они сияли и рассекали ткань реальности — буря и сеть. Боевая баржа Кровавых Ангелов «Наследие добродетели» первой попала под перекрестный обстрел. Ее пустотные щиты продержались лишь несколько секунд. Лучи змеящегося огня ударили в центр корпуса. На всех палубах вспыхнули пожары. Двигатель правого борта взорвался, унося в небытие пятую часть корабля, тысячи членов команды и множество легионеров. Последней вокс–передачей капитана Атаниила было прощание с братьями и Ангелом.

— Наш погребальный костер станет вашим щитом, — сказал он, и «Наследие добродетели» начал разворот, подставляя весь левый борт под удар, принимая его на себя и закрывая часть кораблей. Пылающий корабль продолжал маневр, в то время как остальной флот со всей возможной скоростью несся к планете, надеясь укрыться за ее южным полушарием. Последним усилием левый двигатель «Добродетели» направил корабль к вратам.

Будь то по случайности или по воле судьбы, но «Добродетель» смогла добраться до ворот и врезаться в них.

Плазменная вспышка уничтожила демонические орудия на сотни квадратных километров вокруг. Крепость даже не заметила урона, но благодаря этой жертве удалось спастись двум кораблям, которые шли в одном строю с боевой баржей, — «Сыну крови» и «Энкарнадину».

Еще четыре звездолета из объединенного флота погибли, пока имперские корабли не скрылись за планетой. Они умерли так быстро, что даже не успели послать последнее сообщение.

— Мы идентифицировали планету, — сообщил Халиб примархам. — Большая часть ландшафта на южном полушарии сохранилась. Это мир–кузница Пирран. На Триносе были беженцы с этой планеты. На нее пришел Паломник.

Сангвиний мерил шагами мостик «Красной слезы», рассматривая изображение планеты, созданное множеством сканеров, работающих в ускоренном режиме. Это был маленький каменистый мир; будь он еще чуть меньше, его бы классифицировали как планетоид. В диаметре шар не превышал пяти тысяч километров. Большую часть южного полушария занимали высокие горные хребты, по мере приближения к экватору постепенно переходившие в холмы. За многие тысячелетия интенсивной разработки горы когда–то обитаемого северного полушария почти исчезли. На изображениях виднелись следы человеческих поселений и заводов, сейчас искаженные почти до неузнаваемости. Мануфактории размером с горы, на месте которых они выросли, изрыгали пламя и дым в вечную ночь. Спиральная колонна диаметром восемьсот километров связывала северный магнитный полюс Пиррана с нижней частью ворот. Она выходила из глубин самого большого завода — уродливой конструкции, поднимающейся по склонам холма, будто две сложенные в молитве руки. Четкой границы между зданием и колонной не было — они перетекали друг в друга, а колонна, в свою очередь, перетекала во врата, сияя потоками расплавленной материи.

Сангвиний принес эти данные в переговорную.

— Материя, — сообщил он братьям. — В этой перемычке создается материя. Мы можем наблюдать за процессом. Колонна растет из завода. Эти ворота созданы здесь.

— Но явно же не из вещества самой планеты, — сказал Лев. — Она ведь крошечная по сравнению со створками. Она бы уже миллион раз переработала себя целиком.

— То, что мы видим, невозможно объяснить рационально, — откликнулся Жиллиман. От раздражения на его скулах ходили желваки. Слово «рационально» примарх произнес с чувством, напоминающим горечь тяжелой утраты. — Можно подобрать миллион причин, по которым эта крепость не может существовать.

— Но Пирран почему–то очень важен для нее, — отметил Сангвиний. — Невозможное прикрепилось к чему–то реальному.

Глаза Жиллимана засветились внезапной надеждой.

— Якорь. Крепости нужен якорь в материальной вселенной. Возможно, промышленные предприятия Пиррана после преображения стали каналом для субстанции варпа, превращающим ее в стабильную материю.

— Похоже, именно это мы и видим, — кивнул Сангвиний. — Количество проходящей здесь энергии подразумевает, что это какой–то важный узел. Братья, я хочу вонзить клинок в сердце скверны и оборвать эту связь.

Робаут кивнул.

— Нужно уничтожить завод. Прервать поток материи. Возможно, это дестабилизирует врата.

— Нас атаковали, — заметил Лев. — Значит, теперь мы представляем угрозу. Враг не хочет, чтобы мы подходили к Пиррану.

— Но мы не можем подобраться достаточно близко к целевой зоне, чтобы организовать высадку, — продолжил Жиллиман. — Орудия крепости уничтожат нас до того, как мы высадим хотя бы десятую часть нужных нам сил.

Сангвиний развернулся к пикт–экрану, расположенному в основании гололитического подиума «Красной слезы», и вывел на него карту северного полушария планеты.

— Северо–восточный квадрант может стать неплохим плацдармом, — сказал он. — К северу от экваториальной горной цепи есть относительно ровная область.

— Вижу, — откликнулся Жиллиман. — Большие пространства между заводами.

— Здесь когда–то были транспортные магистрали, — добавил Лев.

Сангвиний переключил изображение. Теперь экран показывал передвижение вражеских войск.

— Активность минимальная, — отметил он. — Все их силы сосредоточены внутри мануфакториев. Поверхность, по сути, свободна. Врагу понадобится время, чтобы подготовить эффективный ответ.

— Да, наземное наступление может значительно продвинуться вперед, прежде чем столкнется с сопротивлением, — согласился Жиллиман.

Сангвиний мысленно нарисовал путь от гор до громадного завода, и тактический расклад внезапно стал не так уж важен. Примарх представлял себе, насколько сильно он сможет ударить по демонам. Раны в его душе, полученные после Сигнус Прайм, еще не затянулись, и он планировал залечить их этой атакой. Кровавые Ангелы ударят по демонам со всей своей мощью. Яростно, но не утратив контроля. Не в этот раз. Холодная, контролируемая ярость принесет им искупление. Гнев можно облечь и в величественную, строгую форму.

И он со своими сынами докажет это чудовищам, поселившимся на поверхности планеты.

«Громовой ястреб» под названием «Пламя Карааши» покинул ангар «Сфенела» и стремглав понесся к поверхности Пиррана. После того как Халиб своими глазами увидел последствия визита Паломника, он испытал шок и отвращение. В пассажирском отсеке корабля разместились еще пять легионеров и Леваннас.

— Рассказы беженцев и близко не стояли с реальной картиной, — заметил Гвардеец Ворона.

— Когда смертные бежали, перемены еще только начались, — отозвался Халиб. — Иначе им ни за что не удалось бы покинуть систему.