Чтение онлайн

«Вас ожидают прекрасные перспективы и приятные переживания».

— Да уж, неплохое предсказание в нашем положении… — горько усмехнулась я. — Какие же меня могут здесь, в лесу, ожидать перспективы? Разве что удастся выбраться отсюда…

Мы порядком вымотались, но перспектива встречи со старцем не высвечивалась. Не ждал он нас — ни с револьвером, ни без оного. Видимо, решил дать нам возможность умереть просто так…

— Да, похоже, нам не доведется с ним встретиться, — вздохнула я.

— Ну и бог с ним, — успокаивал меня Игорь. — Зато мы знаем, где они прячут свои жертвы… Приедем сюда потом, с милицией.

Я удивленно посмотрела на него. Идет себе спокойно, шепчет молитвы и уверен на сто процентов, что мы выберемся из этого гиблого места! А я вот — почти нет! Может, я вообще ошибаюсь, и передо мной старец?

Эта мысль обожгла меня, и я вздрогнула. Он это заметил.

— Что с тобой?

— Ничего, — пробормотала я, пытаясь казаться спокойной.

А что, планчик-то неплох? По изощренности и коварству вполне достоин такой личности.

Я почти враждебно оглядела Игоря и незаметно сжала под курткой револьвер.

Он заметил мое движение и нахмурился.

— Что… — начал было он, но не закончил, наше внимание отвлекло то, что я назвала бы прекрасным видением, если бы… Я бросилась туда, не обратив внимания на одну особенность этой маленькойзаброшенной церкви.

Да, она была бы прекрасной, если бы не одно незначительное обстоятельство. На ней не было креста. И это придавало ей зловещий вид.

Теперь я уже наверняка знала, что именно там мы должны поговорить. Серьезно. С глазу на глаз. Возможно, это будет опасная беседа. Последовательно и логично — именно в заброшенной церкви без креста должен дожидаться меня мой противник. Достаточно сильный и хитрый, чтобы вести со мной дьявольски хитрую игру.

Я толкнула дверь.

Внутри церковь заросла травой. На стенах не было ни фресок, ни икон. Вообще это здание уже не было храмом лет двадцать.

Я огляделась. То, что я увидела, заставило меня вздрогнуть.

Нет, я этого не выдержу! С меня вполне достаточно одного трупа. Но это…

Привязанная к остаткам распятия, на кресте висела… Катя. Опустив голову на грудь, она, казалось, спала.

— Катя! — закричала я, забыв об осторожности. Я бросилась к ней и дотронулась до ее руки.

Слава богу, девочка была жива. Освободив ее от веревок, я услышала за своей спиной голос. Гнусавый и неприятный.

— Добрый день, Таня! Не ожидали меня здесь встретить?

Медленно, стараясь не нервировать этого типа, я обернулась.

На меня в упор смотрели маленькие глазки. Он не понял, почему это я так облегченно вздохнула.

А я просто была рада, что это не Игорь. А Грызун… Правда, Игорь почему-то лежал на земле, и невесть откуда явившийся Евстахий-Василий крутил ему руки. Игорь, забыв про христианское непротивление злу, яростно сопротивлялся, и пару раз ему удалось увернуться, но гад Евстахий, видимо, на свежем воздухе окреп и быстро справился с бедным декодировщиком порушенного сознания.

— Ну что, Танечка? — благодушно улыбаясь, спросил старец. — Вы-то решили, что у вас получится меня перехитрить, да? А вот не вышло…

Он захихикал противным, тонким голоском.

— Знаете, Таня, историю про Адама и Еву?

Историю я вроде бы знала и самонадеянно кивнула.

Он устроился на сооруженном в бывшем алтаре кресле и, поигрывая пистолетом, назидательно произнес такую чушь, что я сразу засомневалась в его психической полноценности.

— У мужчин, Таня, все ребра с мозгами. Если бы вы прислушались, вы бы услышали, как они думают. И только одно ребро было без мозга. Вот его-то вынул господь и сотворил из него Еву.

Мне так понравилась эта история, что я не сдержала смех. Хохотала я долго. Нет, вы только подумайте! Ребра с мозгами! Оказывается, этот самый старец мог сочинять вот такие неслабые байки!

— Вот так смеялась и Ева, когда вкушала яблоко, — нахмурился старец. — Знаете, как пострадал за нее Адам?

— Да бросьте, — сквозь смех пробормотала я. — Ничего он не страдал. Он вообще в кусты спрятался. Чем очень, помнится, господа разозлил. Он его все звал, спрашивая, кто виновен. А Адам все на Еву свалил. Тогда господь посмотрел на него и подумал с печалью: «Что за слабые и пугливые создания эти мужчины? А я так на них надеялся…» И после этого сильно привязался к женщинам, поняв, что они беззащитны, некому их, кроме господа, защитить… И потом он же прекрасно предвидел, что именно они пойдут за крестом… Когда мужчины, как всегда, спрячутся по кустам.

— Ересь говоришь! — прорычал озверевший старец.

— Да уж ересь эта ничем не сильнее ваших вымыслов о думающих ребрах… Это, простите, глупее, чем арианство…

Кажется, я сильно добила его этим арианством. Он, по-моему, об Арии ничего и не слышал.

— А то, что именно вы женщин не любите, по причине нетрадиционных сексуальных наклонностей, так вы же у нас пока не господь, — продолжала я наглеть. — Уж не знаю, как вы тут всем мозги заморочили — любой ребенок Писание лучше вас знает. Но, видимо, вы тут царьком среди болванов обосновались. Вот они и слушают ваш бред. После того, как вы у них все имущество к рукам прибираете…

Он громко сопел, напоминая своим лицом грозовую тучу. Но, удивительное дело, весь мой страх куда-то улетучился, и вместо него появился азарт игрока. Кто кого? Он меня — или я сверну этому хорьку шею?

— Про женщин ничего в Писании хорошего не написано… — прошипел он.

— Да как же это? — удивилась я, забавляясь моментом. — А предсказание Еве? «И родиши младенца, который поперет главу Змия». Он же это не Адаму сказал. Адаму он рождение бы не позволил… Заметьте, что, когда пришла пора действительно произвести на свет Того, Кто сможет «попереть» этого чертова Змия, господь не смог доверить этого мужчине. Он предпочел сделать это сам. Не правда ли, уже одно это служит показателем истинного отношения господа к мужскому полу?

Кажется, мои теологические беседы его злили куда больше, нежели бы я начала палить из своего газовичка.

— Прекрати издеваться над старцем! — прошипел в ухо Евстахий-Василий.

— А вот с тобой я вообще не разговариваю, — дернула я плечом, — ты в моем списке идешь последним, с кем я согласна вести теологические беседы. У тебя, наверное, и образование-то три класса…

Ну и обиделся он. Попытался толкнуть меня, но я лихо заломила ему руку и сказала, наблюдая, как он корчится: