Чтение онлайн

Ирка повернулась, услышав приближающие шаги своего брата. Улыбка, веселость, непринужденность, которые присутствовали, чуть ли не каждый день на лице Костилевой, исчезли, позволяя грусти завладеть ее сознанием. Миша в нерешительности остановился.

— Ты помнишь моего отца? — Прервала молчание Ирка, смотря, словно, сквозь лицо своего брата.

— Смутно. — Миша пожал плечами.

Когда Василиса Костилева развелась с Севастьяном Костилевым, Миша еще не родился, но, через несколько лет, отец Ирки решил навещать свою родную дочь, временами появляясь в поле зрения не только старшей сестры Миши. Севастьян Костилев будто следил за обоими детьми Василисы, постоянно находясь на расстоянии вытянутой руки. Василиса Костилева любила устраивать семейные вечера, доставая с самой высокой полки фотоальбом, показывая снимки счастливых родителей не только Ирке, но и самому Михаилу.

— Я видела моего отца. — Наконец, призналась Ирка. Она явно боролась с нахлынувшими на нее эмоциями, раз вновь повернулась к Мише спиной. — Он вчера приходил в лагерь.

— К тебе?

— Нет. — Ирка проглотила выступающие слезы. Ее голос дрожал. — К Вике.

Миша преодолел разделяющее его расстояние, и встал рядом с Иркой. Он старался не смотреть на сестру, создавая ей видимость личного пространства. Миша Костилев вместо своей сестры устремил взгляд на ворота кладбища.

— Виктория понимает, что ей нельзя появляться в лагере? — Поинтересовался Миша. — Или она специально делает все, лишь бы раскрыть свое существование?

— Я не знаю. — Честно призналась Ирка. — Но мне все равно на Вику. Она разговаривала с моим отцом! Она постепенно выдает ему тайны нашей семьи! Это мерзко.

— А я говорил тебе не раскрываться ей. — Упрекнул девушку брат. — Ты меня не слушала, постоянно рассказывая все, что знала сама или ненароком услышала от матери.

— Откуда ты знаешь, что я рассказывала, а что не рассказывала Вике? — Назвать девушку подругой у Ирки, после услышанного, не повиновался язык.

— Я следил за твоими действиями из своей комнаты. Каждый раз, когда к нам приходила Виктория, я включал прослушивающие устройство, находящиеся по всей квартире на запись. Раньше, я делал это исключительно, чтобы понять всю работу существующих технологий. Потом, спустя какой — то промежуток времени, я потерялся в своих увлечениях. Плюс, ко всему прочему, меня страшили приступы нашей матери. Ну а совсем недавно, ты сама попросила меня следить за тобой.

— И ты проделал колоссальную работу, братец. — Улыбнулась Ирка.

— Так… о чем говорила Виктория на этот раз? — Полюбопытствовал Миша.

Ирка вздохнула. Пересказывать весь диалог девушка не хотела, да и не была способна еще раз пережить предательство лучшей подруги.

— Она говорила с Севастьяном Костилевым о предстоящей игре. Выдала своего отца, который находился в Департаменте. — Ирка повернулась к брату и положила свои руки ему на плечи. — Мне страшно. Эта игра будет намного жестче, чем все предыдущие. Севастьян сказал… Он сказал, что в игре будет присутствовать Департамент, отлавливая участников Комитета.

Миша открыл рот, но тут же закрыл его. Он уже слышал эту информацию от Маши. Похоже, внучка Бабы Яги не зря разработала второстепенный план действий, пытаясь обезопасить Комитет от поимки и верной гибели. Миша попытался изобразить удивление на лице.

— Вика знает о вступлении твоего отца в Департамент?

— Знает. — Подтвердила Ирка. — И меня это беспокоит. Она даже не является членом нашей семьи.

— Каков твой план действий, сестренка?

Ирка посмотрела на кладбище, прежде чем ответить досконально обдуманную мысль Мише.

— Мы вызовем подмогу. Нам помогут умершие гибриды, а потом я поквитаюсь с Викторией.

Ирка не смогла сдержать нахлынувшие слезы. Она опустила свою голову на плечи Миши, слегка ссутулившись. Миша по — братски положил свою руку на голову девушки, пытаясь успокоить плачущую Ирку. Костилев редко видел сестру в плачущем состоянии. Брат с сестрой продолжали стоять на распутье мира живых и мертвых, не замечая, как за ними наблюдают полные ненавистью глаза Дранниры, притаившейся в глубине кладбища.

Баба Яга собрала своих непутевых оборотней после обильного завтрака и повела свой небольшой отряд к выходу за пределы лагеря. Миша уже знал, что в этом году только первый отряд отправляется на Лысую Гору, в то время как все остальные обитатели лагеря трудятся, не покладая рук, на воздвижении зрительской арены. Насколько Миша смог узнать от Виталия, зрительская арена появлялась во время начала самого первого Перехвата Крови. На игру приглашались зрители: бывшие воспитанники лагеря, успевшие получить свои почетные крылья; родители детей, принимающих участие в игре; подростки, довольствующиеся только магической силой, но не получившие крылья.

Виталий Какашкин так же сообщил, что таких подростков не так уж и много. Их маленькое количество обуславливается боязнью смерти. И в этом Миша не мог винить отступивших на задний план детей. Баба Яга старалась избегать вопросов о присутствии на игре Департамента. Своими отказами, вожатая порождала притупляющуюся нарастающим страхом нервозность.

Дети остановились около Алексий, продолжающих грозно смотреть на Бабу Ягу, не пропуская открытия зловоротни для перемещения. Одна из сестер взяла на себя обязанность провести дополнительные переговоры, пытаясь выяснить причину выезда всего отряда за пределы защищаемого лагеря. Баба Яга вместо ответов, которые мечтала заполучить вредная змея, застрявшая в человеческом теле, протянула старшей сестре официальную бумагу, позволяющую вожатой первого отряда выйти со своим отрядом на намеченный маршрут.

Алексия скривилась, открыв разрешения и увидев на нем официальную печать Алины Павловны. Без лишних слов старшая сестра кивнула младшей. Младшая Алексия повторила жест старшей сестры, щелкнув пальцами, тем самым вызывая бушующую зловоротню.

— Проходите по одному, — строго наставляла ребят младшая Алексия, — вожатая Баба Яга проходит первой. Далее исключительно по списку.

Виталий Какашкин кашлянул, притупляя свой смех. Миша пихнул друга в бок. Ему не нравились Алексии. Он их побаивался, но пытался не выделяться из столпившихся толпы ребят. Змеи с детства внушали парню ужас. Ирка не раз пыталась победить у брата боязнь змей, но после нескольких неудачных попыток, она бросила эту затею.

Вихрь, поднимающейся из ветра, образовался в своеобразную воронку. Как только поднятая ветром зловоротня окрасилась в зеленый цвет, первой прыгнула в пространство Баба Яга. Миша и Виталий вошли в зловоротню последними.

Лысая Гора встретила новоприбывших воспитанников детского лагеря Рыжик кипящим шоколадным водопадом, из которого выскакивали жевательные мишки.

— Ребята, — Баба Яга повернулась к водопаду спиной, — сейчас мы все дружно войдем внутрь водопада. Все заведения и достопримечательности находятся внутри. Однако, — вожатая смирила пристальным взглядом Виталия Какашкина. — Попрошу вас вести себя прилично. Не пытайтесь устраивать переполох среди жителей Лысой Горы, а также воздержитесь от взрывов. К вам, уважаемый Какашкин, это относится в первую очередь!

Виталий смиренно пожал плечами. Миша покачал головой, не веря ни на секунду в покорность своего лучшего друга. Тем временем Баба Яга прочистила свое горло, продолжая напутствовать ребят правилами поведения в незнакомом для первого отряда новичков месте.

— На Лысой Горе действует одно нововведение. Мне, как и другим вожатым, кроме нашей полюбившейся директрисе Алине Павловне, оно не очень нравиться, но, как правило, мы не имеем ни малейшего голоса, когда речь идет о безопасности не только наших детей, но и других жителях Лысой Горы.