Чтение онлайн

В этот самый момент я вдруг вспомнила: Лаврусская мануфактура. Город Лаврус, тридцать миль от Морлио.

Моя улыбка стала ещё шире. Я чувствовала уверенность и злость. Я чувствовала себя всемогущей.

— А вы посмотрите на гривы лошадей, — усмехнулась я. — В них вплетены блестящие нити, три на каждую. Эти нити мастерит Гильдия Белых Часов. А если в деле присутствует хоть один магический предмет, оно автоматически попадает под нашу юрисдикцию. Так что…

К сожалению, пока я всё это рассказывала, прятавшийся за каретой разбойник не терял времени даром. Я сосредоточила внимание на том парне, что держал на мушке женщин и всё никак не решался поднять другую руку (тоже с револьвером) и прицелиться в меня. Умника, знающего о специфике преступлений, с которыми разбирается наша Гильдия, я сразу сбросила со счетов: один край его платка съехал вниз, обнажив пухлую щёку, округлившиеся глаза нервно моргали, с ужасом взирая на меня из-под шляпы… маленький глупый мальчик.

Про третьего, каюсь, забыла.

Он выскочил из-за кареты так быстро, что я даже голову не успела повернуть. Возможно, он знал чуть больше о мнимой неуязвимости магов, а может, просто решил проверить, не миф ли это. И я бы ни за что не избежала пули — если бы разбойник действительно выстрелил.

Но в тот же миг, как я заметила движение за каретой, что-то вылетело из-за моего плеча, и когда я посмотрела на своего несостоявшегося убийцу, то он уже оседал на землю. Из его живота торчала рукоятка кинжала — простого, не чёрного, но тоже весьма действенного в определённых ситуациях.

Один из револьверов — как раз тот, который так и не был направлен на меня — упал в траву. Его владелец вертел головой — он явно не знал, что делать: спешить на помощь товарищу, которому эта помощь уже могла не понадобиться, или продолжать угрожать своим жертвам.

— Что ты с ними рассусоливаешь? — поинтересовался Рейтег, выходя из своего укрытия — он, как оказалось, прятался где-то в кустах позади меня. — Долбани по yим «пирамидкой» и давай вязать.

Мальчик со сползшим с лица платком поднял дрожавшие руки.

— Не надо п…пирамидкой… — попросил он. Разумеется, разбойник не знал о магическом символе, спрессовывающим воздух в форме трёхгранника — оружие дальнего боя, которым можно запросто ранить противника, а то и убить. Но «пирамидка», как называли этот приём на нашем сленге, прозвучала для него, по всей видимости, угрожающе.

Откуда этот сленг знал Рейтег, думать было некогда.

Я встала на ноги и отрывисто велела:

— Оружие бросили. Оба. И без глупостей.

Удивительно — стоит поднять руку с выпрямленными указательным и средним пальцами, как противники сразу соображают и действуют быстрее. Если они и не знают, что из этой позиции рисуется большинство символов, то начинают догадываться. Поэтому оружие попадало на землю даже, пожалуй, слишком быстро — я в какой-то момент испугалась, что от удара что-нибудь всё-таки выстрелит. Понятливые разбойники сразу же отошли и от кареты, и от этой немаленькой кучки, ощетинившейся лезвиями и дулами.

Рейтег, недолго думая, скрутил руки и ноги грабителей выпавшими из сундука тряпками, перед этим пробурчав их хозяйкам что-то вроде: «Не возражаете?».

Выдернув из земли кинжал и прихрамывая (когда опасность отступила, нога решила вспомнить, что она вообще-то болит), я подошла к путешественницам и поинтересовалась, есть ли у них письмоносец.

— Я своего не взяла, — вздохнула женщина, которая была постарше. — Думала воспользоваться библиотекарским, если понадобится… Видите ли, мы ехали в Библиотечный Дворец. Я сопровождаю будущую служительницу. Мы ваши должники, поэтому, если вам нужно что-то кому-то передать, я сделаю это сразу, как только мы приедем.

— Но ваш кучер… — начала я осторожно.

— Что поделаешь, придётся браться за вожжи. — Женщина вздохнула. — Я умею управлять повозкой, хоть по мне, возможно, и не скажешь… Так с кем вы хотели связаться?

Для жертвы ограбления, пусть и неудавшегося, она была довольно спокойна и рассудительна. Только сейчас, приглядевшись к незнакомкам, я начинала понимать, что поспешила с выводами, решив, что вижу дочку какого-нибудь богатея в сопровождении служанки или гувернантки. Плащ на девушке был хорошего качества, но словно не на неё сшитый, а из-под него торчала простая тёмная юбка явно фабричного производства. Между тем как её спутница одета была хоть и неброско, по-дорожному, но при этом отнюдь не дёшево. По крайней мере, деревянные пуговицы её плаща, украшенные замысловатой резьбой, были фирменным знаком одного известного портного, имевшего, помимо всего прочего, привилегию использовать магические инструменты.

— Да я, честно говоря, надеялась отправить весточку в полицию, и ещё врача нужно вызвать для этого… — Я кивнула на поверженного кинжалом разбойника. — Если он, конечно, ещё жив.

— Жив, — отозвался Рейтег. — Вон, дёргается… Зачем врача? Одним козлом в мире меньше.

— А ты судья, что ли? — сердито отозвалась я и спрятала в ножны свой кинжал. — В нашей стране каждый имеет право на медицинскую помощь, вне зависимости от своих отношений с законом и моральных качеств!

— Тебе разве не нужно оставить его на месте преступления, пока ты не передашь их полиции? — спросил Рейтег, наблюдая за моими манипуляциями.

Я молча показала ему перебинтованную ладонь.

— Ясно… — Рейтег хмыкнул. — Прямого контакта не было. Умно. Ну да, детектор мог бы и не сработать — слишком слабый фон от этих ниточек…

Развивать тему активации кинжала было некогда. Я повернулась к раненому разбойнику, раздумывая, как быть дальше, когда женщина негромко сказала:

— Я могла бы ему помочь. Но сначала… Простите, мне показалось, или вы хромаете?

И тут я с изумлением увидела, как она достаёт из-за пазухи медицинскую трубку зелёного цвета.

Всё верно, активировать эту штуку можно только для лечения магов или исцеления от болезней, вызванных магическим способом. Никак не для лечения разбойников, раненых обычным кинжалом. Если кто-то узнает об этом…

— Я не могу допустить, чтобы вы нарушили закон, — медленно произнесла я. — Даже если вы для вида сначала вылечите меня, то потом всё равно совершите должностное преступление.

У Зелёных Трубок с использованием символов дело обстояло гораздо строже, чем у нас. Чёрные Кинжалы ещё могли колдовать, не отчитываясь о каждом своём символе: главное, чтобы кинжал был активирован по делу. Но Зелёных Трубок могли сурово наказать за лечение простой травмы у простого человека. Одного такого случая достаточно, чтобы тысячи других простых людей с простыми травмами почувствовали себя ущемлёнными. А там и до беспорядков недалеко.

— Но о том, что я совершу это преступление, никто не будет знать, кроме нас. Активировать трубку ради одного этого человека я не буду — об этом сразу станет известно в Гильдии, а я всё-таки не настолько хочу его спасти, чтобы самой отправляться в тюрьму. Поэтому, если вы мне не поможете, он умрёт.

Так просто она всё это сказала, так спокойно. А у меня будто все внутренности перевернулись.

С одной стороны, Рейтег прав: это разбойник, который всё равно заслужил казнь. Возможно, именно от его руки и погиб кучер, а даже если нет, то он наверняка убивал кого-то и прежде. Он собирался убить меня, в конце концов.

С другой стороны, отказавшись служить прикрытием, я беру ответственность за его смерть на себя. И это страшно.

С третьей стороны, я всё-таки законник…

— Мы теряем время, — напомнила медик.

— Хорошо, я согласна. — Я повернулась к Рейтегу. — Ты ведь будешь молчать?

Тот пожал плечами:

— Я вообще не болтлив.

Что правда, то правда.

— А вы? — спросила я у будущей служительницы Библиотечного Дворца.

Девушка удивлённо посмотрела в ответ.

— Конечно, — сказала она неожиданно низким для своего прозрачного облика, бархатным голосом.