Чтение онлайн

Обычно он предпочитал сам водить машину по вечерам, поэтому мне показалось странным, что сейчас Костя просит меня взять на себя роль водителя.

Внезапно мне пришла в голову мысль, что он специально сделал так, потому что готов расстаться со мной и вернуть мне полную роль водителя моей машины. Паника охватила меня. В ушах раздались странные шумы, словно в голове была опавшая высохшая листва, а кто-то невидимый прошёл по ней сапогами.

Сердце начало биться быстрее, кровь запульсировала в висках, а руки задрожали. Тяжесть в груди стала невыносимой, распространяясь по всему телу. Со второй попытки я завела машину, и мы поехали.

Я не могла молчать. Мысль о том, что Костя хочет бросить меня, вызвала у меня панический ужас. И то, что я не знала его намерений, только усиливало панику.

Мне не хватало тепла со стороны Кости. Но я понимала, что у него есть приоритеты, и я должна быть умнее, чтобы не надоедать ему детскими капризами. Меня наполнил страх, и, не выдержав, я решила задать ему вопрос:

–«Костя, ты посадил меня за руль, чтобы подготовить к свободной жизни»?

Мой голос зазвучал тихо и сдавленно. Костя фыркнул, явно наслаждаясь моим состоянием. Вместо того чтобы успокоить , он посмотрел на меня, как на сумасшедшую и ничего не ответил, и я в очередной раз почувствовала себя идиоткой.

Всю дорогу мы ехали молча, Костя с кем-то переписывался в телефоне.

Подъехав к дому, мои нервы были уже настолько напряжены, что я не заметила, как перепутала газ с тормозом и въехала во впереди стоящий столб.

Инерция кинула нас вперёд, но благодаря ремням безопасности мы остались в своих креслах. Я была безмерно рада этому. Просидев в оцепенении минуту, Костя громко выругался. Я не знала, что сказать, и просто молча отстегнув ремень безопасности, вышла из машины. Мне сравнительно повезло, был немного помят бампер и сильных повреждений не наблюдалось. Костя так и сидел внутри, закрыв ладонью лицо, изображая глубочайший шок, словно я въехала в дорогой БМВ на его личной Мазерати.

Я посмотрела на Костю через лобовое стекло и почему-то испытала злость. Сев обратно в машину, я отъехала на парковку и выключила зажигание.

Фрагменты прошлого

Я сидела перед грудой разорванной на мелкие фрагменты газеты, и в моем сердце бушевала обида. Неделю назад мама принесла три связки макулатуры, и потребовала, чтобы каждый лист был аккуратно изорван на мелкие кусочки. Она увидела в каком-то журнале дизайн стены, украшенной такими газетными кусочками, покрытыми лаком. Такая идея понравилась маме, и она решила сделать такую же стену у нас дома. Она взяла у своей знакомой в типографии огромное количество старых газет и сказала мне их разорвать на мелкие детали для этого проекта.

Это было лето, каникулы, мне было всего лишь десять лет, и я не хотела тратить время на эту скучную задачу. Ведь я и без этого добрую половину дня занималась работой по жому и во дворе. Но мама обещала, что если я выполню это задание, то мы поедем отдыхать на море. Это замотивировало меня и принялась усердно разрывать газеты на мелкие кусочки.

Неделю я терпеливо разрывала эти ненужные мне газеты, а вечерами мама проверяла пакеты с газетными клочьями и заставляла меня разорвать их еще мельче.

К концу третьей стопки мои руки уже болели, словно у старой женщины с артритом. Но я по-прежнему мечтала о предстоящем отдыхе и прозрачных медузах, которых видела только по телевизору.

Наконец, я закончила задание, которое мама мне поручила, и с нетерпением ждала ее возвращения с работы, чтобы узнать дату нашей поездки на море. Когда она наконец пришла домой, я с нетерпением подбежала к ней, полная ожидания и волнения.

Мама, опустив сумки с продуктами на пол, посмотрела на пакеты с разорванной бумагой и сказала:

–"Ты знаешь, я изучила цены на дорогу и путевки, и все это очень дорого… Плюс ко всему, сейчас такая невыносимая жара. Я думаю, что мы лучше отдохнем дома."

–"Но мама… Я так ждала этой поездки…"

Мой голос задрожал и я опустила голову вниз.

–"Не надо ныть". Мама рассердилась. "Я работаю как лошадь, а тебе все отдых на уме! Пока ты не принесешь деньги в этот дом, я решаю, куда мы поедем. Поняла теперь? Она еще пытается мне указывать!".

Я почувствовала как к горлу подкатывает комок и слезы предательски начинают щипать глаза. Внутри меня разгорался пожар ненависти к матери. Не помня себя, я побежала на кухню, схватила кружку и с размаху швырнула в ту злополучную стену, где мать планировала исполнить свою задумку. Я зарыдала навзрыд, желая в этот момент лишь одного-исчезнуть и больше никогда не появляться в этом мире.

–«Дура! Папашка твой скотина и ты такая же! Не подходи ко мне больше никогда, считай что я умерла!» – мама вышла из дому, громко хлопнув дверью.

– «Мама!» – Я закричала от страха, что мама сейчас уйдет и больше никогда не вернется. Мой гнев сменился безумным страхом остаться одной, а следом – чувством вины за то, что я позволила эмоциям выйти наружу.

Я побежала вслед за матерью. Выскочив за дверь, увидела ее, сидящей на крыльце.

– «Мама! Извини меня» ….

Мама повернулась ко мне лицом, ее губы задрожали.

–«Видишь до чего мать довела? Мало мне папашки твоего было? Теперь ты по его следам? Уйди от меня!»

Мне стало невыносимо больно и страшно из-за того, что мать прогоняет меня, и я готова была сделать все что угодно, чтобы ее гнев сменился на милость.

– «Я больше не буду так»… – сквозь слезы пробормотала я.

– "Ладно". – Наконец-то смягчилась мать. "Иди смородину помой, стоит с утра в ведре немытая, а я завтра варенье поставлю варить да закатаю банки". – как ни в чем не бывало продолжила она.

Я понурив голову побрела мыть ненавистную ягоду, одновременно радуясь тому, что мама передумала меня бросать.

– «Вера!»

Я обернулась.

– «Вера, ты… бумагу эту, убери в сарай. Я решила стену не трогать, пусть будет как есть, не хочу возиться, клеить это все, потом лаком. Ну ее». – мать махнула рукой и направилась обратно в дом.

С минуту я стояла, остолбеневши. Потом, крепко зажмурив глаза, беззвучно закричала внутри себя.

Дни шли, шесть дней в неделю я отдавала работе. Сезонный спрос на ремонт квартир был огромен, и работы было предостаточно. Мое тело устало от труда, но моя душа находила в нем отдых. В моменты работы над эскизами и договорами, мой ум, истерзанный тревогой и сомнениями в себе, находил облегчение. Я легко разбиралась в строительных материалах, умело представляла объект в разных вариантах и создавала эскизы за считанные минуты. Я всегда была дружелюбна с заказчиками и радовалась возможности советовать им при выборе материалов. Казалось, что в момент согласования проектов, я становилась частью их семьи, где царили взаимопонимание и забота, и это приносило мне облегчение.