Чтение онлайн

Ближайшим опасным моментом становилась Великая Охота.

Состязание являлось третьей и наиважнейшей темой, над которой Бланш размышлял. Он понимал, насколько важным оно было, и не мог забыть, как много существовало способов убить Калеба там. Хотелось верить, что на сей раз стража сумеет обеспечить безопасность мероприятия, но следовало постараться самому. Бланш уже начал придумывать, как сможет среагировать и что сделать, чтобы уберечь Калеба, и рациональная часть сознания принялась подкидывать идеи, пока животная с тревогой наблюдала за ней. От того, сколько разнообразных ситуаций получалось промоделировать, становилось и радостно, и страшно.

Впрочем, для того, чтобы всё прошло хорошо, в первую очередь требовалось выздороветь. Без сильного тела, которое сможет двигаться быстро и ловко, планы рассыпались на этапе проработки. Именно поэтому Бланш послушно глотал невкусные лекарства, старался много кушать и понемногу двигаться. Когда приходил Калеб, он медленно поднимался, и они иногда даже гуляли вокруг стойла, не решаясь пока выйти в сад. Потихоньку, шаг за шагом, Бланш шел к выздоровлению, чтобы к Великой Охоте воссиять и привести своего дорогого человека к победе.

Помочь доказать, что Калеб — достойный император.

— Ложись!

С неба упал шар огненной магии. Прогремел взрыв, и люди рухнули на землю, закрывая головы руками. Послышались крики, лязг стали и приглушенные стоны тех, кого придавило обломками.

— Купол прорвали с северной стороны. Стройся! Нельзя пропустить их вглубь города!

Израненные бойцы тяжело поднялись, не оглядываясь на руины только что рухнувшего здания, и крепче сжали оружие. Они бросились вперед, уже видя ненавистные знамена со вставшим на дыбы гиппогрифом в свете солнца. Худые подростки, появившиеся будто из неоткуда, принялись разбирать завалы и вытаскивать тех, кому не повезло оказаться под ними. Маленькие девчонки, которым не хватало сил перетаскивать камни, следили, чтобы к остальным не приближались враги и чтобы с неба не падали новые огненные шары. Если они замечали неладное, то звонко предупреждали всех, и детишки разбегались в разные стороны, пережидая удар, чтобы затем вернуться к своему делу.

Взрослые привыкли к маленьким помощникам. В осаженном городе не хватало рук, поэтому все давно забыли об ограничениях возраста. Оружие выдавали юнцам, молчаливо разрешая сложить голову в очередном бою, а девчонкам позволяли работать в госпитале, объясняя, как зашивать раны и делать перевязки. Каждый, кто мог принести пользу, делал всё, что было в его силах. Это касалось и женщин. Они, не щадя себя, работали на тигилловых фабриках, которые не останавливали производство ни днем, ни ночью. Бойцам требовалось оружие, чтобы сдерживать врага, магам — заготовки для изготовления артефактов, остальным — хотя бы самые простые защитные амулеты, отводящие смертельный удар. Заменив на постах мужчин, женщины взяли на себя эту нелегкую работу. Теперь они добывали магические камни, обрабатывали их, изготовляли оружие и носили его на передовую.

Сложно было всем. Рипсалис уже семь месяцев держался в осаде, но не сдавался. Он не собирался дарить свои богатства жадной империи, а потому яростно отстаивал свою свободу. Во время очередного нападения вражеским орудиям удалось пробить две бреши в куполе. Одна оказалась над головой, и теперь в неё снова и снова летели огненные шары, другая разверзлась у нижней границы барьера, и сквозь нее в город ворвалась армия империи. Сильные, полные энергии и ярости солдаты обрушились на изнеможенных защитников Рипсалиса, сминая первую линию обороны. Их доспехи засияли в лучах заходящего солнца, как и клинки, усиленные тигиллами.

Кровь полилась рекой. Всюду слышались крики, топот лошадей, лязг стали и редкие выстрелы ружей. Последние были гордость Рипсалиса и главной причиной, по которой город продержался в осаде так долго. Основным элементом в ружьях являлась тигилловая пыль — особая субстанция, которую получали, дробя кристаллы на мелкие кусочки. Вступая в реакцию с другими компонентами, она разгоняла пулю, наделяя её скоростью и ударной мощью. Вдобавок к этому, оружейники придумали, как дополнительно увеличить точность выстрелов, и теперь снабжали отряды не гладкоствольными ружьями, а нарезными. Бойцы Рипсалиса могли с одного удара убивать врагов, оставаясь вне зоны досягаемости, а потому в каждом здании вблизи прорыва купола засело минимум по несколько человек, которые через выбитые окна отстреливали конницу империи.

Несмотря на очевидную полезность, ружей всё ещё было слишком мало. Изготовление каждого из них занимало много времени, сил и ресурсов, поэтому до сих пор основным вооружением обеих сторон конфликта оставались зачарованные клинки и луки. Рипсалису повезло, что в недрах его шахт находилась тигилловая жила. Добывая магическую руду и перерабатывая её на фабриках, жители города могли изготавливать ружья достаточно быстро и не задумываться об экономии ресурсов. Империи так не повезло. В её шахтах запасы истощались, а потому перевооружить армию сейчас не получалось. Кристаллов едва хватало на необходимые нужды и их распространение и использование строго контролировалось. Тигилловыми ружьями снабжались только элитные отряды, а также они использовались на официальных мероприятиях у знати. Именно поэтому Непобедимый Корнелиус решил атаковать Рипсалис. Необходимо было обеспечить армию современным оружием, чтобы укрепить положение империи среди соседних государств.

Империя брала числом. Несмотря на вооружение защитников Рипсалиса, их теснили всё глубже в город, и то и дело на землю падали мертвые тела. Стрелки не успевали справляться со всеми противниками, ружья перезаряжались слишком долго, а бойцы, которые шли в лобовую атаку с клинками наперевес, проигрывали в силе и скорости. Холод, голод и истощение сыграли свою роль.

В хаосе битвы, когда каждую минуту слышались крики и лязг стали, лишь один человек не терял головы. Лишь он оставался холодным и собранным, несмотря ни на что. Эрик. Именно он возглавлял оборону Рипсалиса последние несколько месяцев — с тех пор, как прошлый командир погиб. Он ловко орудовал парными клинками, усиленными на прочность, остроту и дополнительный урон от жара, и всегда шел на острие атаки, вдохновляя своим примером других. Несмотря на то, что он отлично умел стрелять из ружья, Эрик отдал свое хмурому мальчишке, который однажды решил, что тоже готов защищать родной город. Сам он полагался на клинки, лезвия которых окутывало невидимое пламя, испепеляющее всё живое. Даже небольшого пореза хватало, чтобы противник зашелся криком, пытаясь зажать обуглившееся ранение.

— Слева! Не дайте им проскочить!

Эрик заметил, как часть имперских всадников попыталась обойти их стороной и ворваться в город. Он швырнул один из клинков, попадая в лошадь, и та замертво рухнула, заставив всадника прокатиться по земле. Секундной заминки хватило, чтобы несколько бойцов Рипасалиса метнулись наперерез, и кинули на землю сверкающие камни. Маленькие барьеры появились между полуразрушенными домами. Они были слабее того, что защищал город, но отлично выигрывали время. Эрик подбежал к мертвой лошади и вытащил клинок, тут же добивая дезориентированного всадника. Он мельком оглянулся и сжал зубы. Точно огромная волна, на них шел очередной отряд.

— Стоять насмерть! — крикнул он, вскидывая клинок, и ему вторили остальные. — За Рипсалис!

— За Рипсалис!

Битва разгорелась с новой силой, и лучи закатного солнца упали на бойцов. Кто-то из них сражался, рубя неприятеля, кто-то пытался зажать кровоточащую рану, кто-то делал последний вздох, а кто-то пустым взглядом глядел перед собой. Земля устлалась телами. В воздухе висел тяжелый запах гари и крови, а разгоряченные тела обдувал ледяной ветер. То и дело слышались короткие выстрелы ружей. Живые бойцы Рипсалиса хватали ещё теплые мечи павших и с криками ярости шли в бой. Казалось, они не знали боли и страха, и единственной целью, что виделась перед глазами, становилась защита города. Их стойкость восхищала. Однако Эрик не радовался такой самоотверженности. Чем бесстрашнее сражались бойцы, тем чаще подставлялись под удар, а, следовательно, чаще получали раны и погибали. В его подчинении и так осталась лишь горстка толковых воинов и потерять их он не мог.

— Эрик! — вдруг воскликнул кто-то, и он обернулся. Между руин притаилась девушка с такими же, как у него, черными волосами и зелеными глазами. Она держала что-то в руках.

— Уйди отсюда! — рыкнул он, разрубая очередного имперца надвое. — Умрешь же!

Однако она не послушалась.

— Я от магов, — пискнула она и пригнулась, когда на купол обрушились новые залпы орудий. Языки пламени стали стекать по барьеру, словно причудливые капли дождя, и воздух задрожал, точно перед грозой. — Они сделали новое оружие. Ударь это обо что-нибудь, а потом сразу брось в имперцев. Пригнись, чтобы тебя не задело.