Гламурная невинность
Шрифт:
– Еще варианты имеются?
– Нашла себе более красивого мужика, более богатого… – неуверенным голосом произнесла Бескровная.
– Таня, из-за этого такого мужчину, как Минкин, не бросают… Его хотя бы держат в запасе, уж поверь мне, – неожиданно сказала Земцова.
Крымов бросил на нее удивленный взгляд – ему не понравилось, каким уверенным тоном это было сказано.
– Между прочим, она права, – тем не менее, согласился он. – Хотя есть и еще один вариант, самый, на мой взгляд, правдоподобный и объясняющий этот звонок…
– И какой же? – вяло спросила Татьяна. – Она встретила принца на белом коне?
– Может, и не принца, но холостого мужчину, это точно. Холостого и, главное, перспективного, понимаешь?! С которым, в случае удачи, шутки плохи. И резервным любовникам там делать нечего. Холостой и богатый мужчина – мечта каждой незамужней женщины. И она сделает все, чтобы не допустить ошибки. Никаких компрометирующих связей, звонков, встреч… Все должно быть чисто.
– А почему ты решил, что она не замужем? – спросила Земцова.
– Я всего лишь предположил. Если же она замужем, тогда тем более она никогда бы не бросила Минкина.
– Не бросила бы, – эхом отозвалась, задумавшись о чем-то своем, Земцова.
– Вы думаете, мне легче от того, что эта девица нашла себе богатого и перспективного жениха и бросила Минкина?
– Ты еще скажи, что тебе обидно за него… – попробовал пошутить Крымов, и ему это, как ни странно, удалось. Таня улыбнулась.
– Крымов, ты потрясающий, честное слово… Еще пять минут тому назад я собиралась разрыдаться на плече у Земцовой, а теперь мне стало легче… Уж не знаю, почему, но все равно легче…
– Может, на радостях простишь Минкина?
– Простить? Ну уж нет… Об этом даже и не мечтайте. Если же он тебе будет в жилетку плакаться, придумает какую-нибудь идиотскую версию этого звонка, ты ему так и передай…
– Сама передашь, я за него и так расстроился… Вон и Земцова раскисла, я же вижу, как на нее повлиял твой рассказ… Она сидит теперь и думает, что и я тоже такой же…
– Нет, Крымов, – вздохнула Юля, – ты гораздо хуже, опаснее, хитрее…
– Девочки, мы приехали. Вот он, «континент»…
Они вышли из машины на ровную площадку, где стояло несколько машин, Крымов показал им небольшой спуск, который вел в ивовые заросли, а оттуда уже на сам полуостров.
– А вон там, на противоположной стороне, как видите, довольно большая возвышенность, там и находится тот самый обрыв… Все заросло кустами, деревьями… Предлагаю сначала подняться на обрыв, откуда сбросили девушек, а потом уже спустимся на сам остров, осмотрим его, а позже сфотографируем место, где были обнаружены трупы… В принципе все как будто рядом… Жалко только, что народу полно, видите, сколько машин?
Снизу, с полуострова, доносились крики и визг детей, плеск воды. Бескровная подошла к спуску и взялась за руку Крымова.
– Ладно, пошли… Ты уж держи меня… Я не знала, что здесь так круто… Хорошо еще, что земля сухая, не поскользнусь…
Они спустились на небольшой и неровный участок земли, поросший травой, потом Крымов повел их тропинкой круто вверх, по склону, до той смотровой площадки, откуда открывался красивый вид на Волгу.
– Как вам Шевкия? – спросила Земцова по дороге. – Странная она, правда?
– Красивая, – добавила Бескровная. – Ей не дашь ее возраст… А Хитов как убивался, бедолага. Вот, спрашивается, откуда такая уверенность, что его невесту убили? И тот факт, что он приехал в день смерти Нади…
– Между прочим, у него нет алиби, – заметил Крымов. – Приехал, убил невесту, потом пришел к нам и попросил, чтобы мы раскрыли это убийство. А чтобы все поверили в то, что это действительно убийство, а не несчастный случай, решил убить еще одну девушку. Спрашивается, зачем?
– Так мог поступить человек с больной психикой. Другого объяснения этому нет, – ответила Земцова.
– Согласна. – Бескровная, тяжело дыша, поднималась на гору. – Больных людей сейчас много…
– Какие еще версии?
– Кто-то из их компании.
– Они все постарались обеспечить себе алиби. Покрывают друг дружку. Словно знают, кто ее убил. Если ее убили, конечно.
– Не такая это простая история, как может показаться с самого начала, – сказал Крымов. – И еще эта записка, написанная рукой жертвы. Нора подтвердила, что это именно почерк Газановой?
– Да, подтвердила, у нее были образцы ее почерка – записная книжка, какие-то записи в блокноте…
– Зачем она ее написала? Что, знала заранее, что ее убьют на этом острове? Боже мой, какая красота…
Они все трое замерли на ровной и залитой солнечным светом поляне, с которой открывался потрясающий вид на Волгу, Ивовый остров и дальние, плавающие в дрожащем, раскаленном воздухе маленькие зеленые островки. Внизу кишел разноцветными пятнами купальников, мячей и надувных матрацев длинный песчаный пляж.
Раздался телефонный звонок. Таня привычным движением достала из сумочки телефон.
– Слушаю… А… Это ты… Минкин, не звони мне больше, хорошо? Мне нельзя волноваться. Я стою тут, на самом верху обрыва, и могу в любой момент сорваться вниз… Все, отбой.
Она, стараясь не смотреть на Земцову и Крымова, сунула телефон обратно в сумку.
– Знаете, что я думаю? – сказала она, подходя к краю поляны и заглядывая вниз. – Что находящийся в здравом уме человек никогда не упадет отсюда… Разве что его подведут к обрыву, чтобы полюбоваться видом… Предположим, мужчина подводит женщину к самому краю, говорит ей что-то на ухо, целует ее… Она и предположить не может, что он сейчас столкнет ее… Но с Газановой такого не могло произойти – у нее на острове не было пары. Ей не с кем было целоваться. Ее жених в этот момент, если верить его словам, был в городе и ждал ее возвращения.
– Или же он поехал с ними на этот остров, – вдруг сказал Крымов. – Он был с ними, понимаете? И убил ее. И все это знают, но молчат. Может, он заплатил им за молчание. Либо на острове произошло нечто из ряда вон, раз все молчат как воды в рот набрали… Ну поймите, не может быть случайностью, что Хитов появился в Саратове как раз в тот день, когда убили Газанову.
– Я тоже так думала, – отозвалась Земцова. – До тех пор, пока не убили эту девушку, Веронику.
– Она вообще может не иметь к убийству Газановой никакого отношения. Совпадение. Тем более что Газанову-то никто не насиловал.