Глаза Леса
Шрифт:
– Приятно ... приятно познакомиться.
– Может быть. Это тоже сделал Дэниэл?
– спросила она, пройдясь пальцами по единственному стулу в комнате.
– Он помог.
Она улыбнулась.
– Он мне тоже помог с моим гнездом.
Она села на стул, позволяя своим пальцам скользить по гнутому дереву.
– Он говорил, что многим помогал.
– У него доброе сердце. Но он оставлял его при себе. До тебя.
– Меня?
– моргнула я.
– Не то, чтобы он не хотел. Мы обычно разбиваемся на пары быстро. В течение первых пяти лет. Но не Дэниэл. Он всегда бродил по лесу.
Я не сказала ей, что Дэниэл встречался со своими родителями. Может быть, поэтому он никогда не брал себе помощника. Он не мог рисковать, что бы они узнали его секрет.
Глаза Иланы расфокусировались.
– Он смотрит на тебя так, как Элиас смотрел на меня.
Она вернулась к разговору.
– Мы все прекрасно это видим. Мы все знали, что он ищет кого-то. Я предполагаю, что это была ты.
– Я не знаю, что ты имеешь в виду.
Она засмеялась.
– Я думаю, что ты знаешь. Ты смотришь на него также.
– Я ... ты ... зачем ты вызвалась перед Эвандером?
– По той же причине, что и вы. Для обсуждения.
– Разрешения, - уточнила я.
– Это то, что он рассказал вам?
– сказала она, выгибая бровь.
– Разве вы не получали разрешения от Эвандера на пребывание?
– Кая дала мне разрешение. Его мне не нужно.
Дэниэл солгал, потому что он не хотел меня пугать? Неужели он действительно привел меня к Эвандеру, надеясь, что он будет снисходителен так, как он этого хотел? Конечно, он не стал бы так рисковать.
– Он не сделал бы этого.
– Сделал что, Эрис?
– Солгал.
– Что ты думаешь, произошло бы, если Эвандер не принял тебя? Позволил тебе бродить по лесам? Оставил Дэниэла с тобой? Он нуждается в нем, ты это знаешь.
– Почему?
– Я не знаю. Я полагаю, мы скоро узнаем.
– Дэниэл не обманывал меня, - прорычала я.
– Почему бы и нет? Разве ты не лгала ему?
– Нет!
– Ты сказала ему, насколько ты лжешь?
Я уставилась на нее.
– Он спас мне жизнь. Я бы не поступила так с ним.
– Не говорить правдивую ложь?
Если бы мое лицо могли бы еще побледнеть, то оно бы побледнело.
– Почему ты здесь?
– Ты хочешь, чтобы я ушла?
Я задумалась на мгновение. Даже ее интеллектуальные игры и вопросы, было лучше, чем одиночество.
– Нет.
Она наклонилась вперед с улыбкой.
– Тогда ладно.
Мы, некоторое время, сидели в тишине.
– Ты из Оны? Или, я полагаю, должна спросить, ты была из Оны, - спросила я.
– Нет.
– Соран?
– Нет.
– Тогда из Тру?
– Нет.
– Так к какой из шести территорий ты принадлежала?
– Ни к одной из них. Я пришла с юга.
– С юга. Что на юге? Шесть территорий составляет весь остров.
– Они составляют полуострова, на самом деле. Существовал сухопутный мост много веков назад, который был затоплен во время Падения. Я путешествовала здесь со своей семьей и с другими из нашей Родины. Мы попали в засаду по пути.
– Бессмертные.
Внимание Иланы пробудилось от моих слов.
– Нет. Воины тех, что вы называете Тру.
Тру был полон бандитов и воров до тех пор, пока Приора формировалась. Я подумала о Чесеке и его грязной крысиной морде. Когда он отрубил голову тому мальчику, которого отец позже похоронил.
Она продолжила.
– Пятьдесят из нас отправились на ваш остров. Аяна и я были единственными выжившими. Кая нашла нас. Заявив права на нас. Она привезла меня сюда, поселив в клан Эвандера.
– Если вы были здесь так долго, почему ты всегда одна?
– Это не всегда было так.
Она сделала паузу, решая, стоит ли продолжать. Ей не потребовалось много времени, чтобы выбирать.
– Они привели меня к Эвандеру, потому что я убила свою вторую половинку.
Она произнесла слова без эмоций. Она наслаждалась, наблюдая за моей реакцией.
– Он был частью рейда на Жерден. Они уничтожили весь город за одну ночь.
– Ты ... убила его?
– Его звали Элиас. Устав от пищи оленей и грызунов, он подтолкнул группу, совершить набег на город. Когда они вернулись, Эвандер осудил их, но он позволил им жить. Элиас и я боролись. Он видел решение Эвандера в помиловании их - как слабых, и планировал не только один рейд, но и обогнать Эвандера.
– Ты убила его?
– Я была единственной, кто смог.
Она словно закипала на медленном огне, снова оглядываясь по сторонам.
– Они не поверили мне. Они думали, что я выдумала о планах мятежа Элиаса, чтобы спасти себя.
– Но Эвандер оставил тебя в живых.
Тихий смех заставил ее двигаться.
– Из-за тебя. В действительности никакого смысла. Эвандер готов был укротить меня. Я ждала Каю. Я ее ответственность. Ты, дочь Приоры, новая бессмертная, заступилась. Против большинства. Это неслыханно!
– Дэниэл сказал, что он был милостив.
– Дэниэл ошибается. Тут что-то еще. Прощение Эвандера Элиасу было беспрецедентным. Если Кая узнала бы, я не могу представить ее реакцию. Баланс - это тоже важно.
– Почему? Мой отец никогда не говорил о балансе.
– Потому что это не его закон. Это наш. До грехопадения, не было никакого баланса. Некоторые бессмертные считают, что это и стало причиной конца. Мы были в бегах единожды. Тогда мы не были врагами. Мы жили друг с другом. Тогда слишком много народу пожелали наши способности. Слишком много было обращенных. Слишком много волков и мало кур, Эрис. Это равновесие. Это хорошо, что они боятся. Это хорошо, что они держаться подальше. Они не могут все быть бессмертным. Мы не переживем это еще раз.
– Но каков может быть мотив Эвандера?
Она пожала плечами.
– Я не знаю.
Я взялась за концы моих длинных кос.
– Я думала, что знаю лес. Я думала, что знаю многое.
– Не всё...
Уголки моих губ дернулись. Илана была разной. Жестокой и честной. Непримиримой. Я решила, что это было именно то, что мне нравилось в ней.
– Они не все боятся, ты же знаешь. В лесу пашот все время. Мой отец похоронил молодого бессмертного недавно...
– я села наверх.
– Там была девушка, с которой он говорил. Из Тру. Браконьер искал ее в лесу. Ее зовут Мойра.