Чтение онлайн

– Мне придется привыкнуть к ним.

Она поцеловала меня в щеку, потом отстранилась, губы ее задрожали.

– Ты такая холодная.

– Я знаю. Но я в порядке. Я клянусь тебе. Теперь, когда увидела тебя снова, я в порядке.

– Как это ... возможно?
– сказал отец.

Он посмотрел на Дэниэла.

– Это правда? Эрис умирала на дне оврага?

Дэниэл кивнул.

Челюсть отца задрожала.

– Кал знает?

Глаз Дэниэла дернулся. Он явно не был готов признаться моему Отцу в этом. Он кивнул.

– И... Ирек?

Дэниэл снова кивнул.

Отец покачал головой и чуть не уронил свой топор. Он посмотрел вниз на меня.

– Твои глаза, дочь.
– он схватил свой топор и поднял его выше меня.
– Они врут нам, Ингрид! Так и делают демоны!

– Нет!
– закричала мать, прикрывая меня своим телом.

Дэниэл тоже был там, прикрывая мать собой.

Отец замер, завел свой топор обеими руками за голову. С глубоким вдохом, слеза скатилась по его щеке.

– Отец, - сказала я, нервничая.
– Я клянусь тебе. Это все еще я.

Он расслабил руки, позволяя своему топору, наконец, упасть на землю. Он упал на колени и заплакал тихими слезами.

Я медленно подползла к нему, останавливаясь перед его коленями.

– Есть так много неправильного в том, что мы знаем. Если бы ты только послушал. Я не верила себе, но сейчас я чувствую, что сила у них есть. Их обостренные чувства. Они могут обогнать нас, отец. Но они предпочитают этого не делать. Они стремятся к перемирию.

Отец нахмурился.

– Я знаю... я знаю в это трудно поверить. Вам не обязательно принимать решение сейчас. Оно не изменится в одночасье. Я просто прошу тебя выслушать то, что я узнала. Вот и все.

Лукас опустился на колени, а затем обнял меня. Я обняла его в ответ. Это было немного тревожно, слышать биение его сердца, словно оно у меня в голове, и свист его крови по жилам, но я не чувствовала ни малейшего желание вонзить свои зубы в него.

Клеменс наклонился, чтобы помочь, матери подняться на ноги, и только когда отец заговорил, Джонатана подняли у его ног и швырнули в дерево. Его спина хрустнула, как ветвь, и он упал замертво.

Я была на ногах, как Дэниэл. Отец вскочил на ноги, Клеменс потянул мать за собой, пока ее крик разносился на мили.

Аяна сама взгромоздилась на дерево выше обмякшего тела Джонатана, с довольной улыбкой на лице.

– Теперь ты будешь знать, Эрис, половину муки, что я испытала, когда ты отняла моего ребенка у меня.

Отец метнул свой топор, кряхтя, когда взмахивался, но вместо Аяны, Эфраим, ее партнер, был остановлен в середине прыжка и жестоко приземлился на землю. Аяна взвизгнула.

В момент, когда я решила двинуться, я была в ярде, укачивая Джонатана в своих объятиях. Мать причитала, когда Клеменс потащил ее прочь, и отец направился на нас.

– Ты не знаешь, что ты наделала!
– закричал Дэниэл на Аяну.

– Эрис!
– он рванул на меня, когда мой отец побежал к нам на полной скорости.

Все происходило как в замедленной съемке.

Я взглянула на лицо Джонатана, все еще полноватое, говорит о годах юности, которые он еще не имел. Я выгнула спину и свою шею, и завыла в небо.

– Мы должны идти, Эрис! Сейчас!

Мой кинжал все еще был в ремне Джонатана, я вытащила его, держа в руке.

– Мне так жаль, - воскликнула я.

Дэниэл потянул меня в сторону одной рукой и с помощью другой вскарабкался на дерево, прыгая снова и снова, пока мы не были слишком далеко, чтобы слышать крики моей семьи.

Когда он, наконец, остановился, он потянул меня в свои объятия, крепко обнимая, пока я рыдала. Это не имело значения. Я была безутешна. Я не могла думать или слышать. Единственное, что я могла сделать, так это позволить горю раздавить меня.

Все мое тело дрожало, и даже когда взошло солнце, я корчилась в объятиях Дэниэла. Боль была мучительной, общей, и неутихающей по сей день. Звук треска костей Джонатана проигрывался снова и снова в моей голове.

Наконец, когда мое тело начало уставать, я шмыгнула носом и захныкала, выговаривая слова, которых было слишком много, пытаясь управлять тоской, пожирающей меня.

Я проснулась где-то днем. Это был самый длинный сон, с тех пор как Дэниэл превратил меня. Я была в его гамаке, а он лежал на полу рядом со мной, обхватив мою руку своей.

Он вскочил на колени и смотрел на меня мгновением прежде, чем заговорить.

– Прости, Эрис.

Я отрицательно покачала головой. Говорить было не о чем. Мой брат был мертв, и мой отец, вероятно, думал, что я заманила их в ловушку.

– Все кончено, - прошептала я.
– Эвандер убьет их.

– Мы можем это исправить. Все еще есть надежда.

Я отвернулась от него.

– Он знает?

– Я не знаю. Я был здесь с тобой.

Я встала.

– Куда ты идешь?
– спросил он.

– Найду Аяну.

Я пыталась пройти мимо него, но он шагнул в мою сторону.

– Мы должны идти к Эвандеру, Эрис. Попробуй ему объяснить про Аяну. Это ее вина. Он должен понять.

– Если я умру, - сказала я, - Я собираюсь умереть, защищая свою семью. Но сначала я собираюсь найти Аяну.

– Эрис, - сказал Дэниэл, подняв руки, - я знаю, ты скорбишь. Ты должна думать в данный момент. Старайся не делать ничего, что может сделать только хуже.

Эвандеру придется наказать ее за это.

– Она забрала у меня все. Она забрала мою жизнь. Она забрала мою семью, когда мне пришлось обернуться, и теперь она сделала это снова. Она умрет. И я собираюсь быть той, кто убьет ее.

Плечи Дэниэла опустились, и я прошла мимо него, прыгая прямо с порога. Он схватил меня за руку и посмотрел мне в глаза, всего в нескольких сантиметрах от моего лица.

– Аяна старше меня, Эрис. Она очень сильная. Ты не представляешь, какой опасности ты подвергаешь себя.

Я отстранилась от него.

– Она убила моего брата!

– Она может убить и тебя!
– он потянулся за мной снова, и когда я отстранилась, он положил пальцы на мои плечи и прижал меня к себе.

– Я нуждаюсь в тебе. Что меня пугает, Эрис. Мы находимся в таком неопределенном времени, и ты ... ты мне нужна.

Я отрицательно покачала головой.

– Это не о тебе. Или даже не обо мне. Мы подвергаем всех риску.