Чтение онлайн

– Эрис!
– воскликнул Лукас, хватая меня за плечи сзади.

– Что?
– спросила я, подпрыгивая на месте.

Лукас усмехнулся, довольный тем, что смог застать меня врасплох. Испугать меня было неимовено трудно, но, в последние дни я была поглощена своими мыслями.

– Иди сюда. Я хочу тебе кое-что показать.

Пока я шла за ним, запах пригорелой смеси, в которой мы обмакивали стрелы, и запах подвала донеслись до меня. Еитр был противоположностью Вилеона. Вилеон использовался для того, что бы остановить смерть. Еитр использовался для того, чтобы убить тех, кто не мог умереть. Как и охота на Мракоходцев, собирание крови для Еитра не отличалась гуманностью. Самая ужасная часть процесса. Вилеон делали из Ходоков, Еитр из людей.

Как лидер Братства, обязанности Отца были разнообразными: охотник, защитник, ученый, бизнесмен, и человек, которого нужно было звать, когда кто-то умирал. Когда кто-то на нашей территории был близок к смерти, люди звали моего отца

Давно, сразу же после Падения, мертвые перестали привлекать Мракоходцев. В юности мой Отец стал свидетелем того, как изголодавшийся Ходок пил кров до последнего биения сердца жертвы. А потом он наблюдал за тем, как Ходок умер сам. В тот день Братство получило бесценное знание. Венозная кровь была смертельной для Ходоков. Так моя семья и начала собирать ее для охоты.

– Эрис!
– Клеменс позвал меня со второго этажа.

– Ох, эта ночь будет такая же, - я была снова поражена.

– Но, я должен тебе кое-что показать, - сказал Лукас. Он снова потянул меня, и, несмотря на то, что мне хватило одного взгляда, что бы последовать за ним наверх. Я всегда подчинялась милой улыбке Лукаса.

Он сжал мою руку, когда мы дошли до угла комнаты. Он вытащил мой любимый кинжал. Отец подарил мне его на мое тринадцатое день рождение. Я не могла найти его всю неделю. Я никому не говорила про это, потому что мне было стыдно за то, что потеряла такой подарок. Красивый рисунок был выгравирован на лезвии, и я провела пальцем по острому металлу. Он выглядел иначе, чем я видела его в последний раз. Я присмотрелась. На дне рукоятки появилось маленькое прикрепление. Лукас потряс его, и жидкость потряслась в середине.

– Что ты сделал?
– спросила я.

Лукас усмехнулся.

– Видишь эту черную кнопку?
– спросил он, повернув рукоять другой стороной.
– Нажмешь ее, и сквозь рисунок польется Еитр.
– Он нажал на кнопку, и чистая жидкость полилась с края лезвия.
– На случай, если ты столкнешься со старцем.

– Мы еще никогда их не видели. Отец когда-то видел, когда он был, как Клеменс.

Огонек в глазах Лукаса погас.

– Просто, на всякий случай. Просто. Сейчас все кажется другим. Я не могу понять что именно, но меня одолевает беспокойство.

Он сказал это не как подросток, а как взрослый человек. Я сглотнула и попыталась усмехнуться:

– Ты снова обо мне волнуешься?

– Всегда, - Лукас говорил серьезно.

Я вытерла лезвие о штаны и обняла своего брата.

– Я прекрасно справляюсь.

– Едва ли. Они становятся старше и сильнее, Эрис. Ты должна быть осторожнее.

– Заботься о себе. Я сама могу справиться.

– Эрис!
– Клеменс позвал меня с верхнего этажа.

Знакомые и тяжелые шаги послышались на лестнице, и я повернулась, что бы поздороваться с Отцом.

– Что?
– спросил Отец.
– Это забавно, что вы можете ходить по лесу бесшумно, но я то, всегда знаю, когда вы спускаетесь сюда.

Он проигнорировал мой кивок.

– Лукас, у тебя все готово?

Он кивнул.

– Да, сэр. Все уже готово.

Клеменс спустился к нам.

– Я тебя звал. Емелен хочет увидеться с тобой.

– Со мной? Зачем?

Он улыбнулся:

– Твое день рождение. Она просто хочет поговорить с тобой, убедиться, что ты все знаешь.

– Только если она знает способ избежать этого.

Отец громко засмеялся. Он посмотрел на меня, улыбаясь.

– Наступит день, когда ты поймешь, что все это на благо.

– Я так не считаю.

Он снова засмеялся.

– Хорошо. А сейчас нам надо уходить.

Я последовала за ним наверх.

– Проклятая луна, - сказал он, смотря на идеальный серебряный круг в небе. Было тяжело спрятаться при полной луне.
– Сегодня мы, скорее всего, будем просто патрулировать, дети.

Я не говорила вслух о том, что я чувствовала. Каждый раз, когда мы убивали Ходока, я чувствовала себя на шаг ближе к смерти. Отец говорил, что со временем это должно пропасть, но этот день все не приходил. Я волновалась, что это никогда не случиться.

Глава 2

Отец и Мать никогда не понимали, почему Ирек построил дом так близко к лесу или почему они решили остаться после того, как их сына Дэниела забрали. У них больше не было детей, поэтому Ирек взял отца под своё крыло.

После того, как Отец начал вытягивать кровь из Ирека для Еитра, наши территории уже расширились до Леса. Мы патрулировали местность, которая была рядом с нашим домом.

Перед тем, как мы заходили в чащу, я целовала своих братьев и обнимала их. Мальчики никогда не были настолько аккуратны на охоте, как я, и я не была спокойна, когда не проводила свой маленький ритуал перед охотой.

Я сжала свой нож, стараясь не нажимать на кнопку, которую Лукас сделал для меня, чтобы использовать Еитр. Я думала о том, как он сильно беспокоиться за старших.

– Эрис, - позвал меня Отец.

Я кивнула и тихо двинулась вперед, осматривая каждое дерево и каждый листок. Внимательно слушая птиц и насекомых, я искала знаки, которые бы говорили о том, будет ли удачной охота. Мои глаза уже привыкли к наблюдению за сломанными ветками в кустах или тропинками на лесной земле, хотя Мракоходцы никогда не способствовала этому.

Тишина была обязательной во время охоты, но, деревья защищали Ходоков, пряча их в тени от своих крон. Лес предупреждал их о нас с помощью своих ковров из сухих листьев и палочек, шипы и виноградные лозы препятствовали нашему продвижению. Мракоходцы были изящны; они двигались гибко и беззвучно, через высшие ветви, или стремительно пробирались сквозь туман.

С самого раннего возраста нас учили продвигаться по лесному ковру, оставаясь незамеченными и не оставляя следов, и даже, задерживать дыхание, пока мы выжидали в тени, что бы Ходоки не могли заметить пар из наших ртов.

Тяжелые ботинки отца и его походка, как-то менялись, как только мы попадали в лес. Я никогда не слышала его шагов, когда мы находились в чаще. У меня ушел год, что бы я могла соревноваться с ним в ловкости.

Отец был очень строг, когда дело доходило до тренировок, но в остальном он был любящим отцом. Мы не раз слушали истории из его детства и главным образом историю о том, как он потерял своего отца, когда он был не старше, чем Джонатан. Его отца убил старший Мракоходец. Я всегда ценила ту любовь и заботу, которую он давал, даже не смотря на то, что он был помешан на обезглавливании Ходоков с помощью своего топора, который был порядком девяти метров в высоту.