Глаза Леса
Шрифт:
Лукас вышел, выглядя немного растерянно.
– Невероятно, - прошептал он.
Я обняла его.
– Вот, - сказал он, протягивая мне один из двух мечей, что держал.
– У меня ощущение, что ты сможешь справиться с этим сейчас.
Я улыбнулась.
– Я с этим и раньше справлялась. Я просто предпочитала кинжалы.
– я помахала двумя ножами за поясом.
Несколько кузенов, которые остались позади следить, спустились вниз и последовали за несколькими преданными Каи в дом, чтобы занять очередь на обращение. Это было немного странно видеть стольких обращенных с красными глазами Мракоходцев в городе, но волнение, что пришло со своими новыми способностями, было очевидно, и я посмотрела на тысячную армию Эвандера с большей уверенностью, чем когда мы были только людьми за нашей стороной стены.
– Ты силен, но ты молод!
– крикнул Дэниэл.
– Эти бессмертные практиковались. Они старше. Они сильнее. Однако действуют сообща. Мы все еще можем победить их!
– Внимание, Еитр, - сказал отец своему новому клану.
– Если хоть капля попадет в рану, вы встретитесь с концом своего бессмертия.
Генрих подошел к передней линии Мракоходцев, и его брови взметнулись вверх.
– Ты был занят, Дэниэл.
– Мы не хотим воевать, - Дэниэл закричал бессмертным, стоящим с Эвандером.
– Мы хотим жить в мире. Вы слышите меня? Вам не придется рисковать своей жизнью сегодня. Мы живем вместе с людьми уже более суток. Это работает! Перемирие возможно, если вы только позволите этому быть! Возвращайтесь в лес. Возвращайтесь к вашим семьям. И во-первых, знайте, что ваше присутствие одобрено. Они перестанут бояться бессмертных, которые согласны жить в мире!
– Сколько за твоей стеной желающих отомстить за Каю, Дэниэл? Скольких простят бессмертных, которые стоят со мной? Мир уже не вариант. Людей учили бояться поколениями! После падения! Я полагаю, что те, у кого не было выбора, оказались в ловушке Хельгенов, создавая бессмертный Приорат, чувствуя тем самым, что у них нет выбора, но…
– Ложь! Он тебя обманывает!
– Кальда, мать мальчика, который подружился с Мойрой, поднялась по лестнице и выпрямилась. Ашильда метнулась в ее сторону, и они взялись за руки.
– Истина сохранится в нас! Мы все были обмануты! Но мы принимаем тебя! Мы больше не хотим жить в страхе!
Женщины подняли руки в воздух, и бессмертные, что стояли на нашей стене обрадовались.
Эвандер опустил подбородок, и тогда одна единственная стрела вырвалась на свободу, взлетела в воздух, и вонзилась глубоко в грудь Кальды.
– Нет!
– закричала Ашильда, когда Кальда упала навзничь. Ашильда спрыгнула вниз, держа на руках Кальду. Сын Кальды подбежал к ним, обнимая мать и сильно рыдая.
Ашильда посмотрела на меня.
– Они не хотят мира, Эрис. Они хотят бойни. Они хотят рабов.
Дэниэл взглянул на выражение моего лица и дотронулся до моей руки.
– Терпение, Эрис. У нас есть пожарные машины. Используем их, в крайнем случае.
– В крайнем случае, - выплюнула я.
Эвандер протянул руки, в ужасающем восторге.
– Ваши дети будут умолять о пощаде, пока будут ждать, как скот на убой. Как и твой сын, Дайр.
Мои руки сжались в кулаки.
– Эрис, - предупредил Дэниэл.
– Легким щелчком, как пошел Джонатан!
Я наклонилась вперед.
– Он дразнит тебя. Он хочет встретиться лицом к лицу с ними, - сказал Дэниэл.
– Пожарные машины! Быть наготове!
– Пыль!
– забубнил Эвандер.
– Слабаки! Убожество! Вы - ничто! Мы - боги!
Я повернулась лицом к Эвандеру.
– Вы хотите быть богами?
– закричала я, словами, рвущимися из моего горла.
– Боги не умирают, Эвандер.
– Мы бессмертные!
– сказал Эвандер с хохотом.
– Пока я не убью тебя.
С этим я оттолкнулась от каменной стены, двумя широкими шагами, используя всю силу в ногах, и прыгнула в воздух, крутясь, пока не почувствовала кинжал в своей руке, а потом ударилась о землю.
– Эрис!
– закричал Дэниэл.
Эвандер лежал на земле рядом со мной, с дырой от грудной клетки до таза. Мракоходцы, окружающие его, посмотрели в шоке на его бездыханное тело.
В следующее мгновение они напали на меня. Я слышала, как Отец командовал некоторым остаться, тогда звук десятков ног ударились о землю и направились в мою сторону.
Я боролась, вонзая кинжал и меч во всех, кто делал шаг мне навстречу.
Те, кто встречался с острыми концами моего меча и кинжала, пали сразу, Еитр быстро распространялся по телу.
– Еитр!
– бессмертная заплакала.
– Их оружие в Еитре!
Отец, с новыми бессмертными, и с теми, кто предан Кае, вступили в бой с линией фронта, где стоял Генрих. Я полосовала и резала своим оружием, но независимо от того, скольких я положила, казалось, появлялось больше. Несмотря на это, у нас был Еитр в преимуществе, так что даже старейшины из клана Генриха изо всех сил пытались не отставать.
Отец прорвался в толпу, убивая на пути стоящих Мракоходцев топором в Еитре. Ручки были давно изменены, чтобы временами заполнять лезвие Еитром, и каждый раз, когда он размахивался, то больше стекало к металлической кромке.
Мы уже почти добрались до границы деревьев, когда очередная волна Мракоходцев спрыгнули с верхушек деревьев, вступая в бой.
Дэниэл сидел на спине врага, но другой бежал на него. Я рванулась и с размаху ударила своим мечом, легко рассекая шею Мракоходца, отрезая голову от туловища.
Дэниэл отбросил голову от тела Мракоходца, сражаясь, а затем, направляя его к ногам на землю, он упал, глядя на обезглавленного зверя, которого я только что расчленила. Он посмотрел на меня, его брови взметнулись вверх.
– Я принимаю, - сказала я.
– Принимаешь что?
– спросил он, пробивая Мракоходца до основания, а затем вонзая свой топор в его грудь.
Он начал корчиться. Дэниэл посмотрел на меня, ожидая.
– Твою помолвку.
Дэниэл вспыхнул широкой улыбкой, а затем двинулся вперед в мою сторону, убивая Мракоходца, который намеревался напасть на меня сзади.
Он поцеловал меня раз, а потом ушел.
– Стена!
– закричал отец.
Несколько Мракоходцев, измотанные и израненные, спешили соединиться. Недавно обращенные целились своими стрелами, но их было слишком много.
– Стена!
– воскликнула я.
– Защитить стену!
Глава 20
К тому времени, пока я добиралась до стены, Мракоходцы Генриха уже карабкались по ней вверх. Дэниэл был позади меня.
Я схватила первую пару ног и отдернула их прочь, бросая обратно в толпу, оставшуюся сзади. Они набрасывались на нас.
Я перепрыгнула и увидела, что Дэниэл и отец делают то же самое. Я стояла прямо напротив Лукаса, чьи ярко-красные глаза были почти светящимися на фоне сумерек. Факелы горели, но только для людей, ютившихся в сарае. Те, кто были здесь, видели прекрасно.