Чтение онлайн

А занимался я системно. Меня интересовала органическая жизнь. Не в плане простейших форм жизни, которых пытаются вычислить и обнаружить учёные на Европе. Нет, меня интересовали фундаментальные знания органической клетки, и возможности её генетических изменений в зависимости от окружающей среды. Мне помогал молодой учёный, который вместе с Лили спас нас в первое посещение Европы. Он во время связи с Марсом просил передавать специально для меня файлы учебных источников, и многое объяснял мне с помощью слов и простых опытов. А я помогал ему в его рабочее время, чтобы он больше выкраивал время для меня.

Когда я приходил к Антону на полчасика во время обеда и ужина, то Антон загадочно смотрел на меня, пытаясь понять, чем я живу здесь на научной станции. А я спрашивал, что ему надо, чтобы скоротать время вынужденной неподвижности? Но он ничего не просил, отвечая, что источников информации, находящихся в базе данных на станции ему вполне достаточно.

Как-то Антон спросил у профессора, когда в очередной вечер мы навестили его. – Профессор, вы знаете, чем здесь занимается Лексис?

– Догадываюсь, – ответил он.

– Я тоже догадываюсь. Он хочет в перспективе вырастить на Марсе сад.

– И я думаю, что у него получится, – оптимистично высказал своё мнение профессор. – Ещё относительно молод, характер есть, голова работает, с людьми может ладить. И самое главное, его к такой цели, мне кажется, ведёт сама Мировая гармония. Или подталкивает. Вполне возможно, что марсианские сады – предназначение Лексиса.

– Да, в этом его предназначение. А знаете, профессор, как он упирался и злился на меня, когда я вытаскивал его из марсианской мясорубки, правда, в которую сам и затащил.

– Я представляю, хорошо представляю. Какой он, я понял ещё в первое наше знакомство, и ничего не смог поделать, как дать согласие дочери связать с ним свою судьбу. Нелёгкую, но, думаю, счастливую судьбу.

– Я вам не мешаю, – не выдержав, спросил я, – может мне выйти, чтобы ваш разговор стал более приличным.

Антон и профессор заулыбались. – Не обижайся, мы, чуть шутя, решили поговорить о тебе при тебе.

– Почему вы относитесь ко мне, словно я маленький. Да, я младше вас, но я не ребёнок.

– Ты ребёнок, – ответил профессор. – Не глупый ребёнок, а очень разумный ребёнок. И в этом заключается твоя яркая особенность. Разумный сильный мужчина, способный в некоторых ситуациях полностью отбрасывать взрослый логичный расчёт и опираться только на по-детски чистые светлые чувства – большая редкость. Антон спасал тебя, потому что чувствовал это в тебе. Я доверил тебе Лили, потому что тоже чувствовал это в тебе, – он сделал паузу, а потом добавил, как итог. – И мудрый старец и чистое дитя всегда будут рады тебе.

Трёх с половиной месячное пребывание наше на Европе постепенно подходило к концу. Антон уже мог немного поворачиваться и приподнимать верхнюю часть тела. А моё колено полностью восстановилось. Транспортный грузовой корабль вылетел к нам с Марса с небольшим опозданием и должен был приземлиться приблизительно через пять дней. Жизнь протекала на Европе обыкновенно и равномерно, когда появились первые новости об повторно возникшем военном конфликте на Марсе.

Через неделю, перед самым отлётом с Европы, мы получили полную сводку об прошедших событиях. Война протекала всего два дня. В космос поднялся из района южного полюса планеты марсианский крейсер и пять военных модифицированных десантных кораблей. Они атаковали крейсер землян и три лёгких корабля прикрытия. Земляне успели подготовиться к атаке, но их ракеты не смогли нанести большого урона марсианскому крейсеру и вывели из боя только два десантных корабля. А напротив сами были полностью разбиты. Оставшиеся в живых земляне с разрушенного крейсера были эвакуированы марсианами. На помощь к крейсеру землян поспешил второй крейсер, находящийся в зоне Марса. Но не успел. Марсиане предложили землянам не повторять участь разрушенного крейсера и прекратить военные действия. Земляне согласились. В тоже время на самой планете массовыми, но организованными действиями были захвачены марсианами важные энергетические и военные объекты. Объекты, которые самоотверженно защищались полицейскими и военными службами были блокированы. Марсиане выдвинули землянам ультиматум. Начались переговоры. Они протекали три дня. Земляне поняли, что противопоставить и в космосе и на Марсе революционерам нечего и подписали ультимативные требования марсиан с небольшими поправками. Главную роль в урегулировании отношений между планетами и признании независимости Марса сыграла ВОБР, как гарант безопасности развития человечества. Она смягчила довольно жёсткие требования марсиан и заставила корпорации признать оставшиеся. Человеческих жертв в результате разумной политики ВОБР было значительно меньше, чем в прошедшее шестью месяцами ранее противостояние.

Мы слушали хронику новостей и смотрели документальные видеоролики. Антон иронически улыбался. А я радовался всем сердцем. Когда мы проанализировали всю информацию, Антон сделал выводы.

– Всё прошло, как по написанному сценарию. Марсианскому сценарию, чуточку подправленному ВОБР, чтобы не потерять своё лицо и, следовательно, влияние. Но меня удивили марсиане. Как было всё организовано и воплощено в жизнь на высоком уровне в течение десяти лет. Из действующего комплекса по добыче полезных ископаемых пробили большой подземный тоннель протяжённостью двести километров в сторону южного полюса, где была создана секретная зона по проектированию, а потом и созданию крейсера. Горнодобывающий комплекс был в зоне внимания землян при последней операции. Там было много вспомогательных производств, впрочем, как и по всей планете. И он был уничтожен. Но за три месяца до операции тоннель был взорван, скрыв все его следы и полностью отрезав марсиан в секретной зоне. Но у них уже было всё для окончательной доводки крейсера. И необходимые средства для жизни, работы людей, и необходимые комплектующие материалы. Последним росчерком пера был вскрыт свод подземного сооружения, и уникальный крейсер вылетел творить новую историю марсианской жизни, точнее, всего человечества.

Вот такие дела, Лексис. Теперь мы полетим на Марс. Ты – герой для марсиан. И марсиане тебя уже не дадут в обиду, и мы выведем на чистую воду грязных типов из ВОБР.

– Всё замечательно, Антон. Но надо подумать и о тебе. Профессор косвенно интересовался у одного своего знакомого учёного, работающего в области медицины, об электронно-нейронной операции при травме позвоночника. Он сказал, что на Марсе успешно проводят подобные операции, правда, они дорого стоят. Но у меня и профессора на счетах есть деньги, а если не хватит, попросим занять марсианских друзей, думаю, они не откажут. Так вот, как прилетим на Марс, ты сразу должен оперироваться.

– Спасибо, Лексис. Но мне не нужны деньги марсиан, профессора и тем более твои. Я гордый человек, и никогда не возьму деньги у подлеца или хорошего человека, которому сам сделал подлость, как бы мне тяжело не было. К тому же, у меня есть деньги. Я работал для людей по доброй воле, но от гонораров ВОБР не отказывался. Я считался ценным сотрудником, и мои гонорары были довольно высокими. Я сам в состоянии заплатить за операцию.

Но не это главное. Меня интересует другая операция. На голове. А вот как быть с ней, я не знаю. Перед тем, как тебе и мне вставили чипы, я спросил у хирурга, не опасно ли это. Он сказал, что всё под контролем. А потом, смеясь, добавил, что вставить чипы легче, чем их вытащить, если, конечно, не вытаскивать чип только у одного. Но, увидев мои переживания за тебя, добавил, что волноваться не стоит. Чтобы деактивировать детонатор взрывчатого вещества, достаточно просто ввести в микрочип код. Когда операции по установке чипов в наши головы успешно прошли, я пытался скопировать код деактивации. Но, по жёсткому указанию сверху, электронный носитель кода был сразу же отравлен в секретный накопитель. Я боюсь, что он может быть уничтожен, так как ВОБР думает, что и мы уничтожены, а это сильно осложнит извлечение чипа. Но Лексис, я верю, что всё будет хорошо.

Настало время прощания с Европой. Молодой учёный снабдил меня портативным компьютером со всей информацией, которую ему удалось раздобыть для меня, и пожелал удачи в моих начинаниях. Профессор попросил, шутя и всерьёз, больше не падать на Европу, и вообще не прилетать сюда. Делать, мол, мне здесь нечего. Лучше он сам прилетит на Землю, тем более что он сильно соскучился по Лили и Полю. Я ответил, что мы будем ждать. А Антона профессор попросил просто не унывать и постараться найти себя в жизни.

Полёт на Марс был спокойным, без происшествий. Я занимался самообразованием и играл в шахматы с Антоном. Он говорил, что если мой прогресс в шахматах будет продолжаться таким же темпом, то я скоро смогу обыгрывать его. Но я знал, что это был больше комплимент. Но в беседах Антон уже не был самоуверенным, как раньше. Он вёл разговор со мной уже без наставлений, а как равный по разуму собеседник.

Марс снова меня встретил переменами. Я задумался над происходящими со мной событиями. Всё случилось дважды. Побег и падение на Европу, вынужденное пережидание, полёт на Марс и возвращение на Землю (я уже был уверен, что обязательно вернусь на Землю и во второй раз). Вроде дежавю, но только по пунктам передвижения и некоторым деталям. А по существу всё было наполнено совершенно другими чувствами и смыслом. Всё было новым. И не только благодаря тому, что появлялись новые персонажи рядом со мной, но и благодаря тому, что менялась сама атмосфера и снаружи и внутри меня. Время идёт вперёд, и мой мир переживает бурные изменения.