Чтение онлайн

Боссарт изменил позу. Он подобрал ноги и сел с прямой спиной, сомкнул руки в замок, на его скулах заиграли желваки. Было заметно, что он раздумывает, в каком объеме стоит выдать психотерапевту информацию. Что ж, надо ему помочь…

— Вас раньше звали Олегом, не так ли? Когда вы жили в Союзе, — сказала она как ни в чем не бывало.

— К-хм! К-ха! — поперхнулся «швед». Он вытаращил на Веру свои желто-зеленые глаза и так закашлялся, что из них потекли слезы. — Откуда вы знаете? — сдавленно просипел он.

— Это же очевидно. Речь у вас чистая. Но не такая стерильная, как у иностранцев, досконально изучивших русский язык. Значит, вы бывший наш гражданин. Скорее всего — потомок тех шведов, которые попали в Россию еще при Петре. Ну? Я не ошибаюсь?

— Что еще вы обо мне знаете?

— Про ваше увлечение оружием. Хотя это ни для кого не секрет. Вы ведь изучаете свои шведские корни, интересуетесь Полтавской битвой, в которой участвовал кто- то из ваших предков. Потому и коллекционируете оружие того времени. Я права?

— Допустим. — Мужчина упрямо тряхнул головой, отчего соломенные волосы упали ему на глаза. Он отбросил их привычным движением руки.

— Теперь ваша очередь рассказывать. — Вера поощрительно улыбнулась.

Олаф, обычно широко улыбающийся своим «голливудским смайлом» по поводу и без, не ответил на улыбку женщины.

— Вы что, следователь? Ну, я учился у Ветрова на высших режиссерских курсах. Потом женился на шведке и уехал на родину предков. Эдуард Николаевич мой учитель. Был… Вообще-то он — гений.

—Я смотрела его «Историю дуба».

– И как?

— Волшебно. Согласна с вами.

— Значит, вы понимаете, что учиться у гения — это награда и редкая удача.

— Скажите, вы знали, что его фильм получит Гран - При ?

Боссарт немного отодвинулся.

— Простите, — враждебно взглянул он на Лученко. — А вам какая разница? — Он сдержался и попытался стать любезнее: — Хорошо, как джентльмен отвечу: знал. Был уверен, точнее. Вас интересует, завидовал ли я? — Олаф криво усмехнулся. — Конечно, как и все. Но пытался быть объективным.

—Хотя вам хотелось, чтобы главный приз получила ваша «Снежная королева», — заметила Лученко. И резко свернула разговор в сторону: — Олаф, как вы думаете, почему убийца использовал ваш кинжал? У вас есть тайные недоброжелатели? Хотя ведь вы и сами могли. Именно с целью отвести от себя подозрения: дескать, это меня хотят подставить…

— Что?! Да как вы… — Белокурый гигант вскочил. — Столько лет меня не было здесь, и вот! Стоило приехать, заняться творчеством — сразу подсылают ко мне своих агентов! Эти, как они сейчас… кагэбэ… Эсбеушники! Я буду жаловаться послу!

Он ринулся по коридору к выходу. Сквозняк от его стремительного движения пошевелил Верину прическу.

— Спасибо, что уделили время! — крикнула она вслед удаляющейся широкой спине.

И улыбнулась…

Потом достала из сумочки визитную карточку полковника Бабия, набрала его номер. Что-то он не спешит делиться с ней никакой информацией, пропал, не звонит. Неужели Сердюк его не убедил?

— Здравствуйте, Орест Иваныч.

— А-а, это вы… Легки на помине! Я недавно снова разговаривал с вашим киевским покровителем.

—Другом, а не покровителем, — поправила Лученко, представив себе, что и в каких тонах мог о ней рассказать Федор Афанасьевич.

—Да какая разница! — сердито сказал полковник, и Лученко мгновенно перестроилась.

— Орест Иванович, что? Опять? Кого на этот раз?

— Тьфу! Откуда вы… Ах да, я же забыл, что вы медиум… — Он пытался иронизировать, но озабоченность мешала. — Угадали. Опять. Новое убийство. Ночью. Снова артерия разорвана! И снова книга!.. Жертву пока не опознали. Мужчина лет тридцати… Да что я вам все выбалтываю, это же секретная оперативная информация.

— А что, разве Сердюк не поручился за меня? — Лученко тоже слегка рассердилась. — Разве не просил, чтобы меня подключили?

Бабий помолчал немного.

— Хорошо… Мы за вами заедем. Поговорим…

Вера сказала, откуда ее можно забрать. Не спеша направилась в гардероб, где вышколенный служитель подал ей серую короткую дубленку. Она вышла из дверей, как раз когда перед гостиницей остановился автомобиль полковника.

В машине Бабий представил гостью своему заму, майору Полякову, и всю дорогу, пока они ехали, молчал, вспоминая. Действительно, второй звонок генерала Сердюка из столичного министерского кабинета несколько озадачил Ореста Ивановича Бабия. Да, Лученко — приятная бабенка и протеже Федора Афанасьевича. Но со всеми своими, пусть даже и незаурядными способностями она совершенно не нужна начальнику отдела особо тяжких преступлений. Но как сказать об этом генералу так, чтобы не обидеть? Это был вопрос.

Для порядка они с Сердюком поговорили о мерзкой погоде. Поругали дороги, коммунальные службы, не успевавшие расчищать от снежных заносов городские артерии и в Киеве, и во Львове. Затем Сердюк аккуратно поинтересовался, помогла ли как-то психотерапевт Лученко львовской милиции? Бабий очень мягко дал понять генералу, что в этом пока нет острой необходимости. Отдел вполне справляется собственными силами. В общих чертах рассказал Федору Афанасьевичу о ходе следствия. После чего, как полагал полковник милиции, можно было дежурно поинтересоваться здоровьем жен, детей и внуков и на том разговор закончить. Однако Сердюк удивил полковника.

— Орест Иванович! Ты пойми меня правильно. Я тебя не неволю. Справляешься сам — хорошо! Но все-таки, на всякий случай… Приведу несколько примеров из практики доктора Лученко. Ты просто выслушай. Выводы, ясное дело, за тобой.

И он рассказал такое!.. Никогда бы в это не поверил Бабий, если бы услышал от кого-то другого, а не от такого авторитетного человека, как генерал Сердюк. Первая история касалась банкира, который пытался «наехать» на близкую подругу Веры Алексеевны, хозяйку рекламного агентства Сотникову. Банкир этот собирался отобрать у нее бизнес, да еще заставить работать на себя в качестве наемной рабочей силы практически бесплатно. Такие вещи случались сплошь и рядом, и оба собеседника знали о подобной практике не понаслышке, а из криминальных дел. Часто эти истории заканчивались убийствами или другими, не столь тяжкими преступлениями. А доктор Лученко не только отстояла бизнес, честь и достоинство своей подруги, но и предсказала день смерти этого самого банкира.

— Вернее, не так, — поправил сам себя генерал. — Вера Алексеевна предостерегла банкира, чтоб он не ехал в Нью-Йорк в некий определенный день. Она объяснила ему, что это может быть очень для него опасно.

— Речь идет про одиннадцатое сентября? — Мурашки пробежали по спине полковника, когда он переспросил своего собеседника.

—Догадлив ты, Орест Иванович! Именно про этот день она его предупредила. А он не послушался, полетел в Америку на какие-то переговоры. И погиб под обломками. Так-то.