Чтение онлайн

— Надо как следует разобраться с этим изнасилованием, — продолжал комиссар. — Кстати, я еще не беседовал с матерью Сони Хёкберг.

— Она сложный человек, — сказала Анн-Бритт. — Горюет по дочери, конечно. И вместе с тем мне кажется, она боялась ее.

— Почему?

— Просто у меня такое ощущение. Я не знаю.

— А ее братишка? Эрик?

— Эмиль. Крепкий паренек. Хотя, разумеется, и для него случившееся — серьезная травма.

— В половине девятого у меня встреча с Викторссоном, — сказал Валландер. — А потом я, пожалуй, съезжу к ним. Полагаю, она уже вернулась из Хёэра?

— Они готовятся к похоронам. Все это сущий кошмар.

Валландер встал:

— Скажи, если захочешь поговорить.

Она покачала головой:

— Не сейчас.

В дверях комиссар обернулся:

— А что, собственно, будет с Эвой Перссон?

— Не знаю.

— Даже если виновной признают Соню Хёкберг, ее жизнь все равно испорчена.

Анн-Бритт поморщилась:

— Не уверена, что ты прав. По-моему, Эва Перссон из тех, кому все как с гуся вода. Как можно быть такой, для меня загадка.

Валландер призадумался над ее словами. Кой-чего он не понял, ну да ладно, после разберется.

— Ты Мартинссона не видела?

— Я встретила его, когда пришла.

— В кабинете его нет.

— Он у Лизы.

— Разве она приходит в такую рань?

— Они договорились заранее.

Что-то в ее голосе заставило Валландера насторожиться. Она с сомнением взглянула на него, потом сделала знак вернуться в кабинет и закрыть дверь.

— По какому же поводу?

— Иной раз ты меня удивляешь. Ведь все видишь и все слышишь. Ты опытный полицейский и знаешь, как мотивировать коллег. Но вместе с тем словно бы совсем слепой.

Валландера будто ударили под дых. Он молчал, ожидая продолжения.

— Ты всегда хорошо отзываешься о Мартинссоне. Он, мол, идет по твоим стопам. Вы успешно сотрудничаете.

— Я постоянно опасаюсь, как бы он не ушел в отставку.

— Он не уйдет.

— Мне он часто говорит об отставке. А ведь он в самом деле хороший специалист.

Анн-Бритт посмотрела на него в упор.

— Мне бы не стоило этого говорить. Но я скажу. Ты чересчур ему доверяешь.

— О чем ты?

— Он интригует у тебя за спиной. Как по-твоему, зачем он у Лизы торчит? Обсуждают, не пора ли тут кое-что обновить. Иными словами, не пора ли тебе уступить дорогу Мартинссону.

Валландер ушам своим не поверил:

— И каким же образом он интригует у меня за спиной?

Она сердито швырнула на стол нож для бумаги:

— Я тоже не сразу заметила. Но Мартинссон вправду интригует. Хитрый ловкач. Ходит к Лизе и жалуется на то, как ты ведешь расследование.

— Он считает, что я веду его неправильно?

— Так прямо он не говорит. Выражает легкое недовольство. Слабое руководство, странные приоритеты. Вдобавок он сразу побежал к Лизе и доложил, что ты думаешь привлечь на подмогу Роберта Мудина.

Валландер изумился:

— Я просто поверить не могу.

— А надо. Только надеюсь, ты понимаешь, что все это строго между нами.

Валландер кивнул. Боль под ложечкой усилилась.

— По-моему, тебе следует все это знать. Вот.

Валландер посмотрел на нее:

— Может, ты и сама думаешь так же?

— Я бы сказала. Напрямик. Без обиняков.

— А Ханссон? Нюберг?

— Я говорю о Мартинссоне. И больше ни о ком. Он рвется на трон.

— Но он же все время уверял, что даже не знает, хватит ли у него сил продолжать службу?

— Ты часто повторяешь, что надо смотреть вглубь, под поверхность, искать подоплеку. А Мартинссона всегда воспринимал поверхностно. Я заглянула поглубже. И увиденное мне не нравится.

Валландера словно парализовало. Утренняя радость исчезла без следа. Внутри нарастало бешенство.

— Я припру его к стенке, — сказал он. — Припру к стенке прямо сейчас.

— Вряд ли это разумно.

— А как прикажешь дальше работать с таким человеком?

— Не знаю. Но момент неподходящий. Начнешь разборку сейчас, только дашь ему новые козыри. Ты, мол, неуравновешен. И пощечина, которую ты влепил Эве Перссон, отнюдь не случайность.

— Вероятно, тебе известно и о том, что Лиза собирается отстранить меня от расследования?

— Это не Лиза, — с горечью сказала Анн-Бритт. — Это Мартинссон предложил.

— Откуда ты знаешь?

— У него есть слабое место. Он доверяет мне. Думает, я с ним заодно. Хотя я сказала ему, чтобы он прекратил копать под тебя.

Валландер встал с кресла.

— Ты все-таки повремени с разборкой, — повторила она. — Взгляни с другой стороны: раз я тебе об этом рассказала, у тебя есть преимущество. Вот и воспользуйся им в нужный момент.

Тут она права, подумал комиссар.

Он прошел прямиком к себе в кабинет. К возмущению примешивалась печаль. Пожалуй, он бы поверил, если бы речь шла о ком-то другом. Не о Мартинссоне. Только не о Мартинссоне.

От размышлений его оторвал телефонный звонок. Удивленный прокурор спрашивал, где он застрял. Валландер пошел в ту часть здания, где размещалась прокуратура. Лишь бы не встретить Мартинссона. Но тот явно уже сидел с Робертом Мудином на Руннерстрёмсторг.

Разговор с Викторссоном продолжался недолго. Валландер отключил все мысли о том, что рассказала Анн-Бритт, и коротко, четко доложил о ходе расследования: что удалось выяснить, по каким направлениям намерены действовать дальше. Викторссон задал несколько лаконичных вопросов. Но в целом никаких замечаний не высказал.

— Насколько я понимаю, прямых подозреваемых нет?

— Да.

— Что, собственно говоря, вы рассчитываете обнаружить в компьютере Фалька?

— Не знаю. Но, судя по всему, там кроется, по меньшей мере, некий мотив.

— Фальк занимался противозаконной деятельностью?

— Да нет.

Викторссон потер лоб:

— А вы вообще достаточно разбираетесь в таких вещах? Может, стоит подключить экспертов из Стокгольма?

— У нас работает местный эксперт. Но Стокгольм мы непременно информируем, это решено.