Чтение онлайн

Переодевшись, Джим встал рядом с Мирандой. Она положила руку ему на плечо — и внезапно они оказались в темном лесу у довольно широкой реки.

— Этот брод быстрый, но мелкий, — пояснила она, пока он приходил в себя.

«Волшебные путешествия требуют привычки», — подумал он.

А затем она исчезла.

Он глубоко вдохнул и вдруг осознал, что остался без оружия. Понимая, что в одиночестве его ненадолго оставят, он перешел реку вброд. На другом берегу Джим на мгновение замер, прислушиваясь, затем громко произнес:

— Я знаю, вы здесь.

Спустя несколько секунд из ниоткуда появились два эльфа.

— Добро пожаловать, Джим Дашер, — приветствовал его один из них.

Приглядевшись в полумраке, Джим улыбнулся и сделал шаг вперед.

— Спасибо, Трелан. Рад тебя видеть.

Они обменялись крепким рукопожатием, после чего Джим добавил:

— Мне нужно поговорить с вашей Королевой и лордом Томасом.

Обращаясь ко второму эльфу, Трелан сказал:

— Я провожу его и пришлю кого-нибудь взамен для наблюдения за бродом.

И тут же пустился быстрым шагом, дав Дашеру лишь мгновение на то, чтобы сориентироваться и поспешить за ним.

Из предыдущего визита Джим знал, что ему предстоит бежать всю ночь и большую часть утра, чтобы добраться от этой части Эльфийского леса до королевского двора. Потому он расслабил сознание, сосредоточившись лишь на том, чтобы не отставать от неутомимого эльфа. Не прошло и пяти минут пути, как в его мыслях вновь возник образ Мишель, и он мысленно проклял себя за то, что ведет себя как влюбленный дурак.

Бек стоял весь в крови.

— Стой! — крикнул Мартух, его наставник из боевого сообщества Садхарин.

Человек, выдававший себя за дасатийского Рыцаря Смерти, дрожал от ярости, его глаза горели, а меч был наготове, будто он искал нового врага, чтобы продолжить убивать. Мартух, Валко и еще полдюжины членов Белого стояли полукругом позади Ралана Бека, все они тоже были залиты кровью.

Рыцари Смерти, тайно служившие врагам Темнейшего, оказались втянуты в Великий Отбор, как и все остальные дасатийские воины. Но никто, даже самые опытные бойцы, не видел ничего подобного тому, что только что произошло.

Отряд из тридцати пяти молодых Рыцарей Смерти промчался по бульвару и наткнулся на укрытие Ничтожных, которые слишком рано выбрались из убежища после захода солнца. Когда город озарился оранжевым светом заката, широкая улица превратилась в кровавую бойню.

Едва Мартух собрался приказать группе обойти стороной эту схватку, как Бек уже погнал своего варнина вперед, скача так, будто провел в седле всю жизнь. Молодые Рыцари Смерти даже не успели понять, что на них напали, как шестеро уже были мертвы. Он двигался, словно одержимый, убив восьмерых, прежде чем остальные успели вступить в бой.

— Они все мертвы, — сказал Мартух.

Глаза Бека пылали внутренним светом, который пугал даже этого закаленного в битвах дасати.

— Давайте найдем еще!

— Нет, — сказал Валко. — Отбор закончен. — Он окинул взглядом пятнадцать тел, усеявших улицу. — Этих… не должны были убивать.

В его голосе звучала внутренняя борьба между дасатийской природой, жаждавшей крови, и новым пониманием ценности жизни, заставлявшим видеть в этой бойне лишь бессмысленную трату потенциала.

— Отбор закончился ещё до того, как это началось.

Мартух взглянул на остальных:

— Обыщите тела. Если мы этого не сделаем, это вызовет ненужные вопросы. Лучше, чтобы нас сочли разбойниками, чем еретиками.

Отряд Валко быстро собрал трофеи, оставив трупы на улице — их уборкой займутся Ничтожные. Пока они крепили добычу к сёдлам своих варнинов, из-за поворота в дальнем конце улицы показалась группа всадников. Люди Валко мгновенно заняли боевые позиции без всякой команды, хоть Отбор и объявлен завершённым, Бек вряд ли был единственным воином, опьянённым кровопролитием и готовым убивать дальше.

Когда всадники приблизились, Мартух тихо приказал:

— Опустите оружие.

Подъезжавшие оказались шестёркой храмовых Рыцарей Смерти в цветах дворца ТеКараны. Они сопровождали двух Иерофантов — жрецов, чьей обязанностью было следить, чтобы все в империи поклонялись Тёмному Богу. В древности они могли быть проповедниками, но с возвышением Темнейшего необходимость в обращении отпала, и теперь они в основном выискивали ересь и служили шпионами ТеКараны.

— Слава Темнейшему! — провозгласил старший из них.

Все склонили головы и повторили молитвенное приветствие. Второй жрец быстро окинул взглядом усеявшие землю тела.

— Сколько из ваших пало здесь?

Мартух ответил спокойно:

— Никого.

— Неужели? — усомнился первый жрец. — Я насчитываю тридцать пять павших воинов и вдвое больше Ничтожных, а вас всего девять. И вы всех отправили к Темнейшему?

Валко сказал:

— Нам помог фактор внезапности.

Без тени хвастовства Бек спокойно добавил:

— Я убил шестерых, прежде чем они осознали наше присутствие. Когда они повернулись ко мне, пали ещё двое, а затем мои спутники атаковали их с другого направления. Неразбериха сыграла нам на…

— И это были молодые, необстрелянные воины, — вмешался Хиреа. — Я — Мастер Хиреа из Опустошителей и обучал всех присутствующих, включая лорда Валко из Камарина. Это мои лучшие ученики, а эти… существа, — он презрительно кивнул в сторону трупов, — едва превосходили Ничтожных. Легкая добыча. Без особой славы.

— Вы из Опустошителей, но ездите с лордом Камарина, который, если я не ошибаюсь, принадлежит к Садхарин. Как это понимать? — спросил первый жрец.

— Я гостил у лорда Валко, когда прозвучал призыв к Отбору. Показалось благоразумным остаться с его отрядом, чем рисковать возвращением в свою обитель.

Второй жрец, пристально глядя на молодого правителя Камарина, спросил:

— И ты позволил ему жить?

— Он был моим учителем, — ответил Валко. — Опустошители и Садхарин сражаются бок о бок много лет; последний раз наши клинки скрещивались еще во времена моего деда. Между нами много связей.

Его тон ясно давал понять, что тема закрыта, а вызывающий взгляд бросал вызов жрецам — пусть попробуют продолжить допрос на свой страх и риск.

Жрецы Тёмного Бога традиционно не вмешивались в политику боевых сообществ, но слишком долгие союзы всегда вызывали подозрения. Искусство управления столь кровожадным народом заключалось в том, чтобы не позволять ни одной фракции стать слишком могущественной. Оба жреца прекрасно знали, кто может угрожать установленному порядку. Хотя Опустошители и Садхарин были уважаемыми сообществами, они не обладали особой властью или влиянием, особенно здесь, на Омадрабаре. На Косриди они, возможно, представляли силу, с которой стоило считаться, но здесь, в столице Дасатийской Империи, они были всего лишь очередными провинциальными военными орденами.