Чтение онлайн

Второй жрец пристально изучал Бека:

— Ты из Опустошителей или Садхарин?

Бек взглянул вниз и понял, что значок, данный ему Мартухом, был потерян в бою. Прежде чем он успел ответить, Мартух сказал:

— Он мой оруженосец. Садхарин.

Первый жрец поднял брови, и в его взгляде появился интерес:

— Ученик? Судя по его виду и количеству трупов у его ног, я бы принял его как минимум за мастера вашего ордена, если не за капитана.

— Он подает надежды, — пренебрежительно бросил Хиреа. — Но среди моих учеников он всего лишь один из многих.

После долгой паузы первый жрец произнес:

— Тогда вы не станете возражать, если он покинет ваш отряд. — Указав на Ралана, он спросил: — Как тебя зовут?

— Я — Бек, — ответил человек, замаскированный под дасатийского воина.

— Бек, — провозгласил Иерофант, — ты призван!

На мгновение Валко и Мартух переглянулись. Оба ощутили порыв атаковать, не позволить слугам Темнейшего увести Бека, но оба также понимали: несмотря на то, что эти двое Иерофантов уступали жрецам смерти в магической силе, даже они могли переломить ход схватки против отряда Валко.

— Ты должен пойти с ними, — сказал Мартух. Тихо, так, что только Бек мог расслышать, добавил: — Ничем не выдавай себя. Мы свяжемся с тобой до конца дня. Иди.

Бек вложил меч в ножны и спросил жреца:

— Призван?

— ТеКарана всегда нуждается в выдающихся воинах. Тренировки будут суровыми, куда тяжелее того, через что тебя гнал твой старый наставник, — он нарочито выделил слово «старый», что в иных обстоятельствах стоило бы ему жизни, не будь он под защитой мага и дюжины храмовых стражников, — и если выживешь, займешь место в свите самого верного слуги Темнейшего, его личной гвардии.

— Если проявишь особую доблесть, — добавил второй жрец, — тебя могут принять в его благороднейший орден — Талной.

Бек оскалился:

— Будет ли там кого убивать?

— Всегда, — ответил первый жрец, оскалившись в ответ Беку. — Сегодняшний Отбор был лишь пробой. Скоро перед верными раскинется пиршество смерти.

— Тогда я с вами, — заявил забрызганный кровью юноша.

Он вскочил на варнина и развернулся, встав в ряды стражников, сопровождавших жрецов.

Когда они выехали на бульвар, а в этой части города начали проявляться первые признаки обычной жизни, Валко спросил Мартуха:

— Что теперь будем делать?

— Нужно как можно быстрее добраться до Рощи Дельмат-Амы и поговорить с Садовником, — ответил Мартух. Остальным он скомандовал: — В путь!

Они быстро оседлали своих варнинов и устремились сквозь город, усеянный мертвыми и умирающими.

Приветствия были сдержанными. С обеих сторон накопилось слишком много вопросов, требующих обсуждения, чтобы тратить время на пустые разговоры.

Укрытие оказалось таким, каким его описал Макрос — просторным, но аскетичным. Вдоль стен длинного помещения, возможно, бывшего когда-то подземным зернохранилищем или казармой, стояли походные койки. Кроме нар, стола и кувшинов с водой в дальнем углу, в комнате не было никаких удобств. Тусклый свет двух фонарей позволил Пагу вновь воспринимать тепло как видимый спектр, будто это было обычным зрением.

Мартух, Валко и Хиреа присоединились к Макросу и его спутникам в убежище, в то время как остальные служители Белого остались наверху, чтобы обеспечить безопасность. Особенно обеспокоенным выглядел Накор, узнав, что Бека забрали Иерофанты.

— Почему, как ты думаешь, его взяли? — спросил он Мартуха.

Мартух пожал плечами — один из тех редких человеческих жестов, которые всё ещё удивляли Пага.

— По множеству причин, но ни одна не говорит о том, что они раскрыли его истинную природу. Будь это так, вместо двух жрецов было бы двадцать, вместо дюжины стражников — сотня. И никаких переговоров.

— Они бы атаковали без разговоров, — согласился Накор. — Тогда, из возможных причин, какая кажется тебе наиболее вероятной и разумной?

— Разумной? — Старый дасатийский воин вновь продемонстрировал почти человеческое выражение сомнения. — В наших землях почти не осталось места разуму, Накор. Но если ты спрашиваешь о наиболее вероятной причине — вот она: Бек стал значительно сильнее с тех пор, как прибыл сюда. Теперь это не просто случайное сходство с могущественным молодым воином.

— Мартух прав, — добавил Валко. — От него исходит сила. Он держится как истинный аристократ, сын великого дома, и его мощь очевидна. В день нашей встречи я без колебаний зарубил бы его на месте при малейшем поводе. Сегодня даже сильнейшие из нашей расы задумались бы, прежде чем бросить ему вызов. Он больше не просто играет роль дасати. Он стал дасати в самой своей сути. Это пугает.

— Будь он моим настоящим учеником, — сказал Хиреа, — я бы уже назвал его самым опасным из всех, кого когда-либо обучал. Окажись он со мной на тренировочной площадке, я бы опасался за свою голову.

— Тогда я должен отправиться к нему, — заявил Накор. — Есть возможность?

Мартух кивнул.

— У нас есть свои люди во дворце, и другие там меня знают. Как его наставник я могу прийти проститься.

— А я — как его учитель, — добавил Хиреа. — Но как только он начнет подготовку в личной гвардии ТеКараны, до него будет не добраться. Если мы хотим поговорить, только сегодня.

Накор поднялся.

— Тогда мы должны идти сейчас. Если я не успею объяснить ему, что делать, все наши планы могут рухнуть.

— Накор вполне сойдет за Ничтожного, — заметил Паг.

— Семейный слуга, приставленный носить вещи — не более того, — ответил Мартух. — Он привлечет куда меньше внимания, чем третий воин, явившийся проститься с простым учеником.

Валко повернулся к Пагу:

— Я сопровожу тебя в горы Скеллар-ток.

Паг взглянул на Макроса, и тот лишь кивнул.

— Чем раньше, тем лучше, — сказал бывший человеческий маг. Он действительно выглядел нездоровым.

Будто уловив его взгляд, Макрос добавил:

— Боюсь, у меня осталось не так много времени.

Хиреа явно напрягся, услышав это.

— Ради нашей совместной службы и преданности тебе как лидеру, умоляю — никогда не повторяй таких слов за пределами этой комнаты. Мне приходится сдерживаться, чтобы не зарубить тебя за проявление слабости.

Валко также демонстрировал внутренний конфликт:

— Да, это мудрый совет.

Лишь Мартух оставался спокойным:

— Слишком глубоко это в нашей крови. Но я всё же надеюсь, что мы сможем спасти наших потомков.

— Тогда нам всем пора в путь, — сказал Паг. Обращаясь к Магнусу, добавил: — Снова тебе выпадает тяжёлая ноша, а я скрою нас от глаз. Но на этот раз мы пройдём не через город, а через полмира — будь готов, сын мой. Магнус серьезно кивнул.

Макрос сказал:

— Я постараюсь скрыть наше присутствие, но путь предстоит долгий. Это будет небыстрое путешествие. Лишь бы нам удалось добыть нужные знания до того, как Темнейший объявит о своих намерениях.