Чтение онлайн

Добравшись до консульства СССР, посмотрел на часы, понял, что успеваю, с запасом. До конца приёма посетителей оставался почти час. Войдя в двери консульства, оказался в небольшом холле. В холле, за стойкой, располагалась сотрудница посольства, я направился к ней. Поздоровался. Она спросила:

— Чем могу вам помочь, мистер?

— Я бы хотел встретиться с консулом, мэм.

— Консул сейчас занят, если вы скажете, по какому вопросу, вы хотите встретиться с консулом, я бы могла вам посоветовать к кому из работников консульства вам стоит обратиться.

— По личному вопросу. Но я хочу поговорить именно с консулом, мэм.

— Тогда вам придётся подождать, пока он освободится.

— Хорошо, я подожду.

Минут через тридцать меня пригласили в кабинет консула. Войдя, я представился. Консул предложил мне присесть в кресло возле его стола и спросил:

— Так о чём, вы хотели со мной поговорить мистер Зейтц?

— Господин консул, так как я с некоторых пор являюсь приверженцем идей коммунизма и социализма, то очень хорошо отношусь к вашей стране! Можно сказать я искренний друг СССР. И хотел бы помочь ему всем, что в моих силах. Зная о том, что США вело эмбарго на торговлю и запрет на предоставления передовых технологий для СССР, я решил помочь в частном порядке. Я работаю в лаборатории Bell. Вы знаете такую компанию Bell Labz? — Консул кивнул головой, ответил:

— Да, знаю.

— И я решил передать СССР новейшие сведения технического и иного характера. — Я расстегнул пальто, пиджак и жилетку. И, из под ремня на поясе, достал приготовленный мной конверт.

— Но, прежде чем их передать вам, я хотел бы поговорить, один на один, с вашим куратором от НКВД.

— Кха-кха. Мистер Зейтц, вы наверно не совсем правильно представляете себе работу консульства. Мы здесь…

— Господин консул… — перебил я его. — Именно потому, что очень хорошо представляю, устройство и предназначение посольств и консульств. Я и прошу о встрече с представителем НКВД, который тут за всем присматривает. Просто я не знаю, как точно, называется его должность у вас. В американских посольствах на этих должностях обычно вторые и третьи помощники посла. В американских консульствах, как правило, вице-консулы. Если вы боитесь, что это какая-то провокация, направленная против СССР, то подумайте вот о чём — это я к вам пришёл, это я предлагаю помощь. И единственный, кто здесь действительно рискует, это я! Вам же эта ситуация ничем не угрожает, мало ли какой сумасшедший может в консульство заявиться. Та информация, которую я готов передать, необычайно важная. И сможет оказать СССР огромную помощь. Что бы моя помощь оказалась наиболее эффективной, мне и нужно обсудить некоторые моменты с профессионалом. Видите, конверт не заклеен. Если вы не хотите, или не можете предоставить мне сейчас возможность, пообщаться один на один с вашим куратором от НКВД, то я просто заклеиваю конверт и пишу на нём: "Передать в главное управление НКВД СССР", и ухожу. Так какое будет ваше решение?

Я почти воочию видел, как бешено, крутятся у него в голове шестерёнки. Только что дым из ушей не шёл.

— Хорошо, подождите… — сказал он через пару минут. И вышел из кабинета. Через минут десять он вернулся, и предложил пройти с ним. Проведя меня в другой кабинет, сказал:

— Это тот человек, с которым вы хотели поговорить. И вышел, оставив меня наедине с владельцем кабинета. На вид, ему было лет 35. Я представился. Он тоже, представился в ответ.

— Кларин Пётр Петрович.

— Товарищ Кларин, Вот пакет с информацией, которую я хотел передать СССР. Прежде чем мы продолжим разговор, прочтите это.

Только глаза выдавали его удивление. Он предложил мне присесть в кресло. Сам, взяв у меня конверт, сел за стол. Достав из конверта листы с информацией, и второй, запечатанный, конверт, вопросительно на меня посмотрел.

— Вот о нём и поговорим, когда прочтёте. Листы сколоты по темам и пронумерованы. Думаю, изложенный материал подан достаточно простым языком, чтобы не вызвать сложностей с восприятием текста.

Кларин, глянув на меня как то искоса-насторожено, принялся за моё послание. Минут через сорок пять, закончив читать и просматривать схемы и чертежи, он поднял на меня глаза. Вид у него был, ну очень задумчивый, видимо понял всю ценность принесённой мной инфы.

— Я готов вас выслушать, — сказал он.

— Товарищ Кларин, начну ещё раз с того, что уже сказал консулу. Я сторонник идей коммунизма и социализма, и искрений друг Советского Союза. То, что США, после исключения СССР из "лиги наций", установило эмбарго на так нужные СССР передовые открытия и научные разработки, мне категорически не нравится. У меня вызывает возмущение, подлая политика империалистов по изоляции СССР. Исключение СССР из "лиги наций", из-за конфликта с Финляндией, кроме как фарсом назвать невозможно. Я думаю вам известно, что США оккупировали Кубу, с 1917–1933 г.; вторгались в Гондурас, в 1924–1925 г.; устраивали интервенцию в Никарагуа, с 1926 г. по 1933 г.; оккупировали Гаити, в течение 19 лет, до 1934 г. И это только малый список военных агрессий США после создания "лиги наций". Но ведь не вводит "лига наций", почему-то, санкций против США. А не водит потому, что сама "лига наций" лишь инструмент, созданный США, Англией и Францией для проведения своей империалистической политики, и для давления на несогласных с ней. Но даже в этом, полностью подконтрольном им инструменте, исключить СССР получилось с трудом. С перевесом в один голос! Вот почему воздержались соседи Финляндии Швеция и Норвегия? Потому, что лучше других представляют кто виновник этого конфликта! Любой здравомыслящий человек понимает, что условия предложенные СССР Финляндии, для разрешения этого территориального вопроса, были просто великолепные — обмен небольшого кусочка территории Финляндии, на Карельском перешейке, на территории в пять раз большие, с огромной денежной доплатой. И ведь Финляндия не согласилась! А почему? Да просто её в этом поддержали, агрессивно и громогласно Англия, и, молчаливо и одобрительно, но от этого не менее весомо, США! Вот сейчас нацистская Германия, взращенная на американские кредиты, воюет с Англией и Францией. И что? При внешних заявлениях правительства США о нейтралитете, финансово-промышленные круги США, при молчаливом одобрении госдепа, так и продолжают активно накачивать кредитами и передовыми технологиями экономику нацистской Германии! А ведь покончив с Францией, Гитлер наверняка договорится с Англией и тут же нападёт на СССР! А банкиры и капиталисты США, будут этому только рады, ведь война это такой прибыльный бизнес. Вот поэтому я и хочу помочь, в меру моих сил, СССР. Надеюсь, моя мотивация вам теперь ясна?

— Да, теперь более чем понятна… — Со странным и слегка удивлённым выражением лица произнёс Кларин.

— Как вы оцениваете те данные, которые я вам предоставил? — Спросил я его.

— На первый взгляд всё выглядит правдоподобно, хотя, безусловно, потребует проверки.

— Понятно. Проверить это, специалистам, не составит особого труда. Но я не совсем об этом. Товарищ Кларин, просто допустите на минуту, что предоставленная мной информация чистая правда, от первого до последнего слова. Какая цена у таких сведений?

— Если так посмотреть, то просто огромная.

— Вот! А в запечатанном конверте, сведения намного более ценные и опасные. Поэтому, я и прошу доставить его лично в руки наркома НКВД СССР. Товарищ Берия намного лучше нас сможет решить, как ими распорядиться. Да и такой момент нельзя скидывать со счёта, как возможный вражеский агент в ваших рядах. Вы, товарищ Кларин, можете гарантировать, что такая опасность исключена? И эти сведения не попадут в руки предателя?

"Да тяжело мужику, вон как его колбасит, перекосило будто пару лимонов за раз съел" — Думал я глядя на него. — "Очень нелегко ему решение даётся".

Кларин молчал и страдальчески морщился минут пять, только что не кряхтел. Я его хорошо понимал, ход его мыслей, кстати тоже. Думал он примерно так: — "Нарушить инструкцию, через головы непосредственных начальников выйти на товарища Берию? В принципе возможно… Хорошо если эти сведения окажутся правдой… А если подстава? В жизнь не отмоюсь. Карьере конец, а мне быть участковым до конца дней, в каком-нибудь Задроченске, за полярным кругом". Я тоже переживал — очень хотелось, чтобы в Кларине победило чувство долга, а не карьерные соображения. Наконец тяжко вздохнув, он сказал:

— Хорошо! Сделаю все, что в моих силах, для доставки этой информации непосредственно в руки товарища наркома.

"Фу-у-х, прямо гора с плеч!".

— Товарищ Кларин, ещё у меня есть предложение для руководства СССР, — я достал из внутреннего кармана, два сложенных листа.

— Вкратце, предложение сводится к тому, чтобы основать фирму, по производству необходимых СССР радиодеталей и оборудования. Фирма внешне будет частной, но контролируемой СССР. Расположить её предлагаю в Мексике. Таким образом, удастся обойти эмбарго на поставки в СССР радиодеталей и электромеханического оборудования. Станки и оборудование, попадающие под запрет, можно тоже закупать для СССР через неё. Ведь мексиканцы такие "дикие", что постоянно всё ломают, станков и оборудования на них не напасёшься. В действительности, с набором грамотного персонала в США, в данный момент, нет никаких проблем. Сами знаете, какая сейчас безработица. Если предлагать людям контракт, лет на пять, с возможностью его дальнейшего продления, и предоставлять жильё, то в Мексику работать поедут с удовольствием. Климат в Мексике сухой и тёплый. Возвести производственные цеха можно быстро. Вбиваются сваи, на них собирается каркас конструкции цеха. Дальше пол просто асфальтируется, а каркас обшивается лёгкими панелями и цех готов, можно заводить коммуникации и завозить оборудование. Тоже и с жильём для работников — лёгкие, каркасно-щитовые, дома стоят дёшево, собираются очень быстро. Вот тут у меня написаны предложения, с предварительными расчётами, — я передал листы Кларину. — Пусть ваше руководство обсудит это предложение.

— Хорошо, передам, — ответил он.

— Тогда осталось обсудить последнее. Как будем поддерживать связь? В консульство я больше не приду. Один раз это полностью безопасно и не вызовет подозрений. Особенно после прошлогоднего участия СССР в международной выставке в Нью-Йорке. Я сходу придумаю десяток совершенно правдоподобных и безобидных поводов для посещения консульства. Но второй раз, это уже может вызвать подозрение, поэтому вы, как профессионал, предлагайте способ связи. У меня кстати, есть домашний телефон.