Чтение онлайн

Один из них вышел вперед, и я, даже не видя его лица, сразу поняла, что это Хирон. Он приложил руку к стене и молча постоял так, пока остальные все еще продолжали молить о доступе в свою потерянную страну. Потом он отошел в сторону, и его место занял другой, потом еще один… и так все по очереди. Время шло, но и Всадники, и я сама давно перестали ощущать его течение.

Последним к стене подошел Хейррал, и я очень ясно увидела его лицо, словно он был совсем рядом. Оно, как и вчера вечером, выражало чувство тоски и утраты. Всадники даже не пытались воздействовать на стену своей волей, а только униженно молили кого-то, хотя это было совсем не в их характере.

Теперь они, похоже, ждали какого-то ответа. Хейррал вернулся на свое место в последнем ряду. И все так же поток их чувств разбивался о стену. Мне почему-то казалось, что они напрасно стараются. Эта стена из камня, похоже, стояла здесь с начала времени, такая же гладкая и несокрушимая. Или это безумие их бесконечных странствий привело их сюда в тщетной надежде сокрушить несокрушимое? Может, их страны вообще не существовало, а была только мечта о ней?

Зов, затащивший меня на эту вершину, стал ослабевать, а главное, я наконец поняла все, что здесь происходит, и во мне проснулась обычная осторожность. Я решила, что мне лучше вернуться в лагерь до их возвращения и не болтать о моей утренней прогулке, но когда я попыталась встать, оказалось, что это не так легко сделать. Я словно приклеилась к камням, на которые прилегла, наблюдая.

Почувствовав, что не могу оторваться от камней, я так испугалась, что невольно вскрикнула. И они это услышали! Хотя ни одна голова не повернулась ко мне и они по-прежнему смотрели в стену, но я знала, что уже обнаружена. Я собрала всю свою волю, но так и не смогла сдвинуться с места. Всадники все так же молили о милости свои высшие Силы, а я валялась на камнях, как связанное животное.

Справившись с охватившей меня паникой, я снова попыталась подняться, желая всей душой уйти отсюда, но так и продолжала лежать на месте. Прямо перед моими глазами лежала моя рука, и я попыталась сосредоточиться на ней. Всей моей воли хватило сначала только на то, чтобы сжать пальцы. Ну, ну еще немного! Рука оттолкнулась от камня и немного приподнялась.

Так я пыталась влить мою волю в свои скованные мускулы, и пот градом катился по моему лицу. Медленно, как в дурном сне, мне удалось согнуть сначала одну ногу, потом другую, постепенно освобождаясь от невидимой сети. Дюйм за дюймом отползала я назад, и вот Всадники стали уже мне не видны. Тут я позволила себе немного расслабиться и отдохнуть, прежде чем попробовать встать. Поднималась я медленно, словно калека. Несколько минут меня качало, как пьяную, но я упорно передвигала ноги одну за другой. Чем дальше я отодвигалась от этого проклятого места, тем свободнее становились мои движения.

Взошедшее солнце немного согрело мое лицо и истерзанные руки. Наконец я спустилась пониже и смогла повернуться спиной к горе, отделявшей меня от Всадников. Теперь я могла двигаться почти нормально и тут же направилась к лагерю, надеясь найти там убежище.

Однако не успела я отойти и на пару шагов, как вдруг раздался гулкий удар колокола, похожий на тот, которым в монастыре нас созывали на молитву, только гораздо звучнее и глубже. Казалось, звук исходит сразу отовсюду — и с неба, и от камней под ногами, и от окружающих скал. И с этим гулом весь окружающий мир словно, покачнулся и дрогнул. С осыпи посыпался щебень, и я невольно прижалась к скале. Один камень стукнул меня по руке, которая сразу онемела.

Гулкое эхо этого звона прокатилось по горной гряде и отдалось в скалах. Никакие барабаны, колокола или гонги в замках не могли сравниться с этим величественным звуком.

Выходит, они все-таки добились своего! Врата открылись! Теперь перед ними была их родина. Их родина! А моя?

Снова покатились падающие камни, и я оглянулась. Прямо на меня смотрели горящие злостью красные медвежьи глазки, а из-за его плеча выглядывала острая волчья морда. Послышались удары орлиных крыльев. Оборотни! Они уже здесь!

В то же мгновение они приняли человеческий облик. Хейррал пробился вперед и встал рядом со мной.

— Убить!

То ли волк провыл, то ли клекот орла, то ли жеребячье ржание, а может это я прочитала в их звериных глазах, к которым еще не вернулся человеческий разум?

— Вы ее не убьете! — крикнул Хейррал. — Послушайте, случай дал нам в руки необыкновенную удачу. Она из рода Мудрых Женщин, в ней кровь колдуньи!

К нам подошел Хирон, прищуренными глазами уставился на меня и тут же заметил мою изодранную одежду и окровавленные руки.

— Почему ты пришла сюда? — спросил он, как мне показалось, нарочито спокойным голосом.

— Я проснулась оттого, что услышала зов…

— Неужели вы не понимаете? — вмешался Хейррал. — Это ее кровь ответила на наш зов…

— Замолчи! — резко бросил Хирон, и я почувствовала, как вздрогнул Хейррал и грозно сверкнул глазами, но послушался, хотя и не очень охотно.

— И куда же повел тебя этот зов?

— Туда, наверх, — я указала на вершину каменного горба, на котором лежала совсем недавно.

— И ты смогла туда залезть, — медленно проговорил Хирон, — а также умудрилась спуститься обратно.

— Убей!

Похоже, это голос Хальзе? Или еще кто-то требует моей смерти?

Хирон сурово покачал головой.

— Это не наша добыча, братья по отряду, — сказал он и нарисовал в воздухе какой-то символ, который засветился в воздухе зеленоватым пламенем, а потом медленно посерел и растаял.

— Да будет так, — Хирон произнес эти слова как решение судьбы. — Теперь мы все знаем.

Больше он не интересовался мной. Ко мне подошел Хейррал, и я протянула ему руку. Мы медленно пошли к лагерю, а Всадники издали следовали за нами.

— Ваши Врата открылись? — спросила я.

— Да, — коротко ответил он.

Мы вышли к палаткам. Костер уже совсем погас, но на поляне по-прежнему никого не было. Видимо, девушки так и не просыпались. Ну почему же я не могла спать, как все другие? Почему после того, как мы выехали на Соколиный Перевал, у меня все пошло не как у других?

Хейррал привел меня в ту же палатку, в которой мы с ним провели ночь, разделенные лезвием меча. Я так устала, что мечтала только о том, чтобы прилечь и уснуть. Я с трудом добралась до постели и закрыла глаза. Мне показалось, что я тут же заснула.

Если бы я понимала свои способности и занималась ими, если бы не играла с ними, как ребенок с оружием, не понимая, что это такое, может быть, я и смогла бы справиться с тем, что предстояло пережить мне этой ночью.

Хирон провел свое испытание и понял, что я такое и что могу. Кроме того, он понял, что я сама не подозреваю, что во мне кровь колдуньи, и не могу защититься от того, что он решил использовать против меня. А то, чем меня пытался защитить Хейррал, я, по неведению, сама разрушила, но поняла это слишком поздно.