Чтение онлайн

Хирон действовал быстро, и весь отряд был на его стороне. Они прекрасно умели наводить иллюзии, а теперь, когда открылись их Врата и они получили неограниченные источники энергии, сила возросла многократно.

Я проснулась и увидела, что Хейррал стоит надо мной с кубком в руках. Он осторожно трогал меня за плечи, и лицо его было озабоченным. Он протягивал мне кубок, и я поняла, что мне необходимо это выпить. Это было вино, какое я уже пила однажды, я вспомнила вкус его и пряный запах. Хейррал… Я протянула свою руку, и мне показалось, что она стала очень тяжелой, так трудно было мне ее поднимать. На щеках Хейррала были следы моих ногтей. Почему я поцарапала… его… кого?

Но на этом лице не было царапин! Хейррал? Но эти глаза… Глаза жеребца или медведя?

Глаза у меня слипались, и я еле-еле могла держать их открытыми. Но хотя сейчас я и видела плохо, я рассчитывала, что слух. мой не обманывает меня. Я ощущала вокруг себя какое-то движение, потом меня подняли и понесли. Я словно куда-то плыла, и все звуки до меня доходили глухо и невнятно.

— …стоит ли его бояться…

— Его? — переспросил кто-то с усмешкой. — Он не может нас видеть, брат, а она сейчас абсолютно беспомощна и понятия не имеет, что мы собираемся с ней сделать.

— Да уж! Вряд ли она поедет с нами этим утром.

Я почувствовала удар черной воли, похожий на тот, который я ощутила там, в долине, перед стеной, в которую стучались Всадники. Облако черной воли окутало меня и полностью лишило возможности защищаться.

Я очнулась в странном сером, словно обесцвеченном лесу с ощущением, что кто-то ищет меня, кто-то хочет меня поймать. Я была абсолютно беззащитна, у меня не было даже оружия, но почему-то я и убежать не могла, а просто стояла, прислонившись к сухому дереву, и ждала.

Глухо зашелестели серые листья, но я поняла, что это не ветер — это мощный поток какой-то жуткой энергии потревожил листву. Я с трудом заставила себя остаться на месте и ждать. В просветах деревьев мелькали какие-то бесформенные жуткие тени, странные бледные силуэты, но я стояла спокойно, и они так и не решились напасть, хотя толпились за ближайшими деревьями.

За порывом энергии пронесся печальный звук, такой резкий и высокий, что от него заложило в ушах. Тени заклубились и разлетелись, но из-за деревьев появились другие существа, на этот раз вполне реальные — медведь, волк, кабан и еще, и еще, так что я даже не всех могла разглядеть. Больше всего меня поразило и ужаснуло то, что они шли на задних ногах, как жуткие пародии на человека. Я отчаянно пыталась заговорить с ними. Я чувствовала, что если бы мне удалось вслух позвать их по имени, это спасло бы меня от какой-то опасности. Но ни звука не могла я выдавить из своего пересохшего горла.

За спиной зверей опять начали собираться клубящиеся бесформенные тени, но я никак не могла рассмотреть, что это за существа, хотя чувствовала, что они кровожадны и очень опасны. Звери расступились, пропуская вперед своего предводителя, огромного дикого жеребца. Он тоже шел на задних ногах, а в передних, так и оставшихся человеческими руками, держал странное оружие. Это был светлый, местами посеребренный лук с зеленой мерцающей тетивой.

Медведь протянул ему светящуюся, тоже зеленоватую стрелу, которая показалась мне острым лучом света.

— Во имя Костей Смерти, Власти Серебра и Силы нашей Воли… — все это произносилось беззвучно, но каждое слово этого грозного заклинания болезненно отдавалось у меня в голове. — То, что мы разъединили во имя этих трех, никто и никогда не воссоединит!

На мерцающую тетиву наложили светящуюся стрелу. Я попыталась рвануться и бежать, но их объединенная воля словно приковала меня к дереву. И стрела наконец полетела…

Меня пронзил странный леденящий холод и тут же превратился в жуткую боль, которую я едва могла вынести. И я все так же стояла, прислонившись к дереву… Или нет? Ко мне вернулось мое двойное зрение, и всю эту сцену я видела словно со стороны. На поляне было две Джиллан — одна лежала на земле, а другая стояла, прислонясь к дереву. Тут она подошла к зверям, вместе с ними ушла с поляны, а лежащая на земле Джиллан так и не шевельнулась.

Внезапно я снова ощутила тот же пронизывающий холод и вдруг стала той, лежащей на земле Джиллан.

Я открыла глаза. Медленно прояснялось мое сознание, и с ним вместе возвращалась память. Прямо надо мной было тяжелое зимнее небо, и с него медленно падали тяжелые снежные хлопья. Куда же делись палатки?

Я с трудом поднялась и огляделась. Все та же долина, в которой мы ждали, когда откроются Врата в страну Всадников, но она была покинута. Не было — видно ни палаток, ни привязанных рядом лошадей. Снегопад, похоже, начался недавно и не успел еще засыпать кострище, выложенное почерневшими камнями. “Огонь, — мелькнуло у меня в голове, — костер!” Вот что мне сейчас было необходимо, чтобы избавиться от странного знобящего холода.

На четвереньках я подползла к кострищу и сунула руку прямо в золу. Увы! Зола давно остыла, а камни были еще холоднее, чем мои руки.

— Хейррал! Кильдас! — громко позвала я. — Хейррал!

— Хейррал! — гулко прокатилось эхо по глухим скалам, и это было мне единственным ответом. Лагерь был покинут, и все, кто здесь был, куда-то ушли!

Но я, к сожалению, уже хорошо понимала, что это не сон, не кошмар, а самая настоящая правда, от которой мне стало совсем жутко. Похоже, я действительно чем-то очень мешала Всадникам, и они избавились от меня самым простым способом — бросили в этой долине.

Правда, я свободна… и вполне могу последовать за ними сама.

Шатаясь, я поднялась на ноги и пошла в дальний конец долины. И тут… Я ахнула и бессильно присела на камень. Тут снова стояла та же гладкая, глухая и непроницаемая стена. Действительно ли здесь открывались Врата? Если так, то теперь они опять наглухо закрылись.

Я окончательно замерзла. Больше всего мне хотелось лечь прямо на снег, уснуть и никогда не просыпаться, но меня остановил только страх, что снова увижу этот жуткий пепельно-серый лес и ужасные клубящиеся тени. Из последних сил я снова вскарабкалась на каменный горб. Меховая подстилка, на которой я лежала, уже покрылась снегом, а рядом с ней я с радостью заметила свою сумку с лекарствами.

Онемевшими от холода пальцами я достала флакончик, отпила несколько глотков и стала ждать, когда по телу разольется благодатное тепло. Но оно так и не появилось. По-прежнему мне было холодно, словно где-то внутри меня образовался огромный кусок льда и не давал мне согреться.

Но лекарство, по крайней мере, прояснило мое сознание и снова вернуло мне власть над телом. У меня оставалась моя подстилка и сумка, а из одежды только то, что было на мне, и больше ничего. Ни оружия, ни еды, ни каких-либо припасов.

Я отыскала остатки дров, привезенных Всадниками, и сложила их на старом кострище. Пару веток я осторожно смазала мазью и капнула на них жидкости из одного флакона — тут же вспыхнуло пламя, и мой костер разгорелся. Всадники просчитались, оставив мне эту сумку. Правда, они вряд ли знали, что там лежит, но я — то прекрасно знала!

Огонь приятно согревал лицо и руки. Да, это было настоящее живое тепло, но внутренний холод, поселившийся во мне, он растопить не мог. Я ощущала внутри себя гулкую, ледяную пустоту. Хотела бы я знать, что они у меня отобрали. Конечно, не жизнь, так как я продолжала двигаться, испытывать голод и жажду, и прекрасно осознавала все происходящее. Лекарство из моей сумки помогло заглушить голод, вместо воды я поела немного снега, но эту внутреннюю пустоту я ничем не могла заглушить. И я чувствовала, что до тех пор, пока не верну себе то, что они у меня отняли, я никогда не стану прежней.