Год Единорога
Шрифт:
Я была уверена, что та Джиллан, которую увели с собой оборотни, это какая-то часть моего “Я”. Снилось ли мне это или было на самом деле? А может быть, они нарочно усыпили меня в последнюю ночь и заколдовали, сонную и беспомощную? Сколько времени прошло после их ухода? Мне казалось, что не больше нескольких часов, хотя я как-то слышала, что колдовство может изменить восприятие времени. Они оставили меня среди теней мира снов и, возможно, воспринимали это как один из видов смерти. И даже если бы их колдовство на меня не подействовало, как не действовали создаваемые ими ранее иллюзии, все равно в этой глуши, одна, без еды и оружия, я должна была неминуемо погибнуть. Но почему они так боятся и ненавидят меня? Неужели только потому, что я могла противостоять их воле и не была околдована, как другие невесты?
“Колдунья” — назвал меня Хейррал, и он, похоже, хорошо знал, что говорил. Действительно ли я была колдуньей? Но я не понимала своих сил и не умела с ними обращаться. Колдунья-калека, такая же неумеха и неудачница, каким считал себя Хейррал!
Я снова взглянула на каменную стену, в которой теперь не было никаких Врат. То, что могло снова сделать меня полноценной, исчезло за этой стеной. Но оно притягивало, звало меня! Теперь, когда мое тело отдыхало, разум работал очень четко, я ясно ощущала почти физическое притяжение моей увезенной частицы. Я словно видела нити, тянущиеся от меня сквозь эту каменную стену!
Теперь я окончательно поняла, что должна делать. Любым способом проникнуть за этот барьер — иначе не будет мне жизни.
— Стой! Стоять смирно!
Окрик прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула. В долину въезжали вооруженные всадники в шлемах с забралами, закрывающими лица. Одеты они были в короткие меховые плащи, а на сапогах я заметила шпоры.
Охотники Ализона?
Я стояла не шелохнувшись. Стрелы их натянутых луков целились прямо в меня.
— Женщина! — крикнул один из них, объехал меня кругом, спешился и шагнул ко мне.
В этом необычном шлеме он выглядел более чуждым мне, чем даже Всадники-Оборотни. Бежать было некуда. Если бы я попыталась вскарабкаться на скалу, то они без труда сняли бы меня оттуда или пристрелили, а там, где были Врата, теперь находился тупик, и я попала бы в ту же ловушку.
То, что я не пыталась бежать, видимо, удивило его. Он медленно подошел ко мне, бросил взгляд на мой жалкий костер и переглянулся со своими спутниками.
— Похоже, твои друзья бросили тебя здесь? — спросил он.
— Осторожней, Старкл! — резко крикнул кто-то из его товарищей. — Может, здесь засада, а ее оставили вместо приманки?
Тот, кого назвали Старклом, тотчас же остановился и отпрянул к скале. Воцарилось долгое молчание. Люди все так же сидели в седлах и чего-то ждали, держа меня под прицелом своих луков.
— Эй, ты, иди к нам! — крикнул наконец один из всадников. — Быстро иди сюда, или мы тебя пристрелим!
На секунду мне захотелось умереть этой легкой и чистой смертью, что для меня было бы самое лучшее. Но что-то более сильное, чем все остальные мои чувства, властно говорило мне, что пока я не верну себе то, что у меня предательски отняли, я не могу так просто расстаться с жизнью. Я отошла от своего кострища и подошла к скале, около которой меня ждал Старкл.
— Капитан, это одна из девушек Дейла! — крикнул он, разглядев мой наряд.
— Подойди ближе!
Я медленно пошла дальше. Здесь было четыре воина, насколько я могла видеть, Старкл и их капитан, но не имела представления, весь отряд это или только авангард. Похоже, они следовали по пятам за Всадниками-Оборотнями. Но больше всего меня удивило, что они забрались так далеко в глубь долин, так как обычно старались держаться ближе к морю — там была хоть какая-то надежда попасть на корабль и вернуться на родину. Видимо, прав был Хейррал, и эти уже отчаялись, поэтому терять им было нечего. Это были чудовища гораздо более опасные, чем Всадники-Оборотни.
— Кто ты? — резко спросил предводитель.
— Невеста из Дейла, — спокойно ответила я.
— А где остальные?
— Уехали дальше.
— Уехали? А тебя оставили здесь? Ты что, нас за дурачков принимаешь?
И тут меня осенило…
— Я больна горной лихорадкой, а для Всадников она очень опасна. Вы же, наверное, знаете, что они не такие, как мы.
— Что скажешь на это, капитан? — спросил Старкл. — Если бы это была ловушка, они бы давно на нас напали…
— Держи ее крепче!
Старкл подошел ко мне и всем весом тела прижал к скале. Я почувствовала на своем лице его жаркое, смрадное дыхание и успела заметить голодный блеск глаз из-под забрала. Потом он оторвал меня от скалы и крепко сжал, хотя я и не думала сопротивляться.
— Она не из Дейла! — вдруг крикнул один солдат и, наклонившись с седла, пристально уставился на меня. — У них здесь ни у кого не может быть таких волос!
Косы мои давно растрепались и сейчас, на фоне снега, выглядели непроглядно черными. Ализонцы настороженно осматривали меня, и мне показалось, что им было явно не по себе.
— Рога Кхатера! — выругался один солдат. — Взгляните на нее! Слышали вы о таких?
Губы предводителя изогнулись в гнусной ухмылке.
— Да, Тратор, я слышал о таких, как она, правда, не в этой стране. Но я также слышал, что есть одно средство обезвредить такую ведьму. Очень приятное средство…
Старкл усмехнулся и еще крепче сжал меня в руках.
— Только не надо смотреть ей в глаза, капитан. Говорят, она одним взглядом может вышибить человека из седла. Ведьмы Эсткарпа могут околдовать любого смертного мужчину.
— Мало ли что говорят. Во всяком случае, она сама тоже смертная, и на сегодня нам обеспечено отличное развлечение.
Я совершенно не понимала, о чем они говорят. Очевидно, они решили, что я принадлежу к одному из враждебных им народов.
— Принесите топливо и разложите костер, — приказал предводитель отряда. — Солнце уже опустилось за скалы, и здесь становится холодно.
— Капитан, — заговорил Тратор, — если здесь нет ни ловушки, ни засады, почему же они оставили ее?
— Я не думаю, чтобы они хотели организовать что-то специально для нас, — ответил предводитель. — Мне кажется, они только здесь поняли, что она из себя представляет, и поспешили от нее избавиться.
— Но эти дьяволы и сами занимаются магией!
— Да, конечно, но ведь бывает, что и волки дерутся между собой. Мы же не знаем, что тут было. Может, они что-то не поделили и поссорились, а может, эти олухи из долин специально подсунули ее в невесты, а Всадники только здесь открыли это. В любом случае, они бросили ее, а теперь мы можем от нее кое-что узнать.
Старкл все крепче сжимал мою руку, и я воспринимала это как оскорбление. Меня передернуло от стыда и отвращения, когда я поняла о чем они говорят. Только смутное ощущение, воспоминание о том, какая я была раньше и как мне было хорошо, поддерживало меня сейчас.