Голая суть
Шрифт:
К лагерю они шли медленно. Очень медленно. Она заверила его, что снятые ею два снимка давали лишь общие его очертания. Он, похоже, не принял близко к сердцу, что она сняла его в натуральном виде. Ему это, похоже, даже польстило. А когда она сказала, что, возможно, использует эти фотографии для журнального календаря, он и глазом не моргнул. Он обошел необходимость высказать вслух свое априорное одобрение так же ловко, как она сама ушла от рассказа относительно подготовки ею тематического материала для журнала.
— Когда ты будешь исполнять танец? — спросила она уже у подножья холма.
— Вскоре.
— Ты возбужден?
Черные полосы на щеках расплылись, когда он улыбнулся и бросил взгляд на ширинку.
— Не так, как был минуту назад.
Попытка отвлечь ее внимание не удалась. Он нервничал в ожидании танца. Почему? Не связано ли это с ее пребыванием здесь? Конечно, ведь, наверное, именно поэтому он не хотел, чтобы она сюда приезжала.
— Ты не возражал против того, чтобы я была рядом, когда ты кончишь возносить молитву. Но когда ты сегодня будешь исполнять танец… все должно быть по-другому, верно?
Он ускорил шаг.
Она схватила его за руку.
— Поговори со мною, Волк. Расскажи, что у тебя на уме… на сердце.
Он старался не смотреть на нее. Рука его напряглась. Она позволила своей руке скользнуть в его ладонь и сильно стиснула ему пальцы.
— Ты видела меня обнаженным множество раз, но перед ужином…
— Я увижу настоящего Крадущегося За Добычей Волка.
— Да.
Она бежала рядом, стараясь удержать его руку в своей руке, но он все равно вырвался и обогнал ее и из рощицы выскочил уже один.
— Крадущийся За Добычей Волк! — закричали дети.
Они неслись по направлению к нему. Он раскрыл объятия и поднял с земли двоих, подкинув на бедра, как вертящихся обезьянок.
Скай встала и смотрела, как остальные дети образовали вокруг него хоровод. Священный круг любви и смеха. Она сделала снимок. Ей еще ни разу не приходилось видеть его вместе с детьми. Она даже не предполагала, как чудесно он выглядит вместе с ними. Она наблюдала за ним, прислушиваясь к биению собственного сердца, и чувствовала, как опять безоглядно в него влюбляется.
Он усадил на землю первую пару и схватил двух других, вертя их и раскачивая.
— И чем же вы занимались? — спросил Волк.
— Я делал каноэ, — похвастался самый рослый из мальчиков.
— А ты, Улыбающаяся Салли? — Он подхватил на руки девчушку с полными щечками в ярко-красном платье.
— Я рисовала вместе с Золотым Початком. Мы учились, пока ждали Утреннее Небо.
— Она уже здесь. — Волк поставил девочку на ноги. — Утреннее Небо, ты что там собираешься рисовать с Золотым Початком?
Скай вышла из-за деревьев.
— Спроси лучше Титу. Пока что я понятия не имею, что я буду делать.
— Я покажу тебе, Утреннее Небо. — Улыбающаяся Салли взяла Скай за руку и повела ее прочь. — Мы рисуем пони.
— Пони? — Скай растерянно поглядела на Волка, как бы ожидая от него помощи. Он же, смеясь, откинул назад голову и махал ей рукой.
— Когда-нибудь мы нарисуем настоящих пони, как это делают жены воинов, — продолжала Салли. — Но вначале мы должны научиться изображать особые символы. Ты знаешь, Солнце Счастья, Стрелу Быстроты? У меня круги у глаз не получаются достаточно круглыми. Ты мне поможешь, Утреннее Небо?
— Да. — Скай поглядела через плечо и заметила, как Волк направляется к ручью вместе с бегущей вслед за ним вереницей ребят.
Через двадцать минут Скай оторвала кисточку от листа бумаги и стала изучать свою очередную попытку.
— Это и есть Солнце Счастья, или нет?
— Ты забыла. — Улыбающаяся Салли быстро добавила еще одну черточку к квартету голубых линий, обрамляющих круг. — Еще три линии, по одной с каждой из сторон, Утреннее Небо.
— Похоже, ты уже усвоила это дело, но подумай, не стоит ли добавить еще и это. — Услышав голос Волка, Скай так и подпрыгнула. Опустив голову, она наблюдала за тем, как он взял кисточку Салли и обмакнул ее в горшочек с желтой краской. Быстрыми движениями он провел целый ряд похожих на ступеньки линий.
— Молнии! — закричала Салли. — Теперь твой пони полетит быстро, Крадущийся За Добычей Волк!
— Я люблю по временам скакать на быстром пони, — добавил Волк, — но стоит замолвить словечко и за мужчину, который не торопится. Когда он делает свое дело неспешно и легко. А ты как думаешь, Скай?
— Абсолютно с этим согласна. Я узнала об этом от паука. — Она откровенно глядела на него в упор. Волосы у него были мокрые, а лицо отмыто от черных угольных потеков. — Ты освежился.
— Скорее, собрался с силами и подтянулся. — Он картинно изобразил дрожь. — Бр-р-р! Вода в ручье такая холодная!
— Возьми. — Скай протянула ему лист бумаги. — Работа поможет согреться. Нарисуй что-нибудь еще.
— В другой раз.
Не говоря больше ни слова, он повернулся и пошел в направление их типи.
Возбуждение переполняло ей грудь; легкие напряглись, дыхание участилось. Скоро начнется исполнение танцев.
Тита настояла на том, чтобы Скай пришла к ней в типи. Они помыли и расчесали друг другу волосы. Скай сидела, разинув рот, когда Тита показывала ей, как она расчесывает и заплетает свои длинные черные волосы.
Скай вертела пальцами верхнюю пуговицу желтой рубашки, надетой по настоянию Титы. Она надела ее навыпуск поверх джинсов и схватила поясом Осаге. Золотой Початок одобрительно кивнул, когда Тита и Скай вышли из типи. Скай горделиво улыбалась.
— Осторожно, Утреннее Небо! — дразнил ее Золотой Початок. — Помни, что ты принадлежишь к меньшинству из меньшинств, к коренным американцам. Нахмурься. Прищурь глаза. Взгляд искоса — самый устрашающий. Мы обязаны всегда выглядеть серьезными.
Скай искоса посмотрела на него.
— Ну, как?
Золотой Початок покачал головой.
— Глаза в полном порядке. Вот только светлые волосы… — Он рассмеялся. — Многие из Осаге до сих пор неравнодушны к светловолосым женщинам. Забудь про угрожающий взгляд. Мы здесь одна семья. Гляди вольно и гордо, если тебе этого хочется.
Ярко-голубые и желтые ленты свисали с воротника и вдоль рукавов красной рубашки Золотого Початка. Голос его стал серьезнее и тише.
— Тебе идет эта рубашка.