Чтение онлайн

— Сюда едет Велассия Дакун, чтобы попрощаться, — добил меня Кловисс.

Дакун — невеста.

Велассия — дочь одного из известнейших богачей нашего города. Он жертвовал деньги на дела Хранителей и пожелал лишь одного взамен — выдать свою дочь за того, кого она искренне полюбила.

Велассия проводила в детстве здесь множество дней. В перерывах между занятиями она присоединялась к нам с братом, и тогда мы могли представить себя обычными детьми. Время шло. Мы мужали, а Велассия становилась настоящим прекрасным цветком. Тогда-то у нее появились ко мне чувства. Никогда я позволял думать ей, что это взаимно.

Вела была моим другом, товарищем, чуть ли не братом в юбке. Но отец Велассии узнал о душевных муках дочери и решил помочь ей единственным известным ему способом — купить. Дядя посчитал это удачной партией и сразу же согласился, уверяя, что мы идеально подходим друг другу. Заодно и не потеряем щедрое вознаграждение.

На Инуре это в порядке вещей, но сама мысль обвязать себя узами с кем-то — вводила в ступор. Я не хотел этого, пытался отказаться, просил, бунтовал, пил, дебоширил, даже заводил множество романов на стороне, но ничто не смогло отпугнуть будущую невесту и переубедить дядю. С тех пор я избегал компанию Велассии.

— Какого дэвола ей здесь делать? — перекрикивая внутреннее чудовище, спросил я.

— Она твоя будущая жена, — строгость в голосе Верховного заставила меня выпрямиться по струнке. Но недовольство росло вместе с накапливаемой магией. — Имеет право прийти и попрощаться перед отбытием!

— Ты знаешь, что я не хочу ее видеть! Не хочу дэволово брака!

— Не выражайся!

— Здесь никого нет! — я перешел на крик, сжимая кулаки. — Если тебе так нужен этот брак, сам возьми ее в жены! Когда ты вообще успел оповестить ее, зов…

Я не успел договорить. Звон от пощечины эхом разлетелся по коридору. Я не позволил себе прикоснуться к щеке, молча поднимая взгляд и слизывая каплю крови с губ.

— Возьми себя в руки, мальчишка! Ты наследник! Не смей позорить меня своими криками! — вкрадчиво, почти угрожающе прошептал Кловисс. Я узнаю этот блеск. Будь у него возможность наказать меня прямо сейчас, он бы сделал это. Удивительно, что в этот раз обошлось лишь пощечиной. — Это твоя судьба и задача в жизни. Мы — Хранители. Мы делаем все, что в наших силах для службы мечу. Твоя роль такова.

Он оглядел меня с ног до головы, как бы говоря: «На большее, ты неспособен». Меня передернуло, внутренний монстр зарычал, пока я пытался успокоить вспышку ненависти.

— Попрощайся с невестой. Когда вы вернетесь, мы соединим вас.

Закрывая глаза, я сделал глубокий вдох. Ничего не сказав, ушел в свою комнату. Последнее, что я услышал, это печальный вздох дяди.

...

Передо мной лежала скромная худая сумка с вещами.

Имран уверял, что все необходимое есть на месте. За хранилища на других планетах отвечала специальная группа служителей. Они изучали людей, следили за изменениями и собирали полную базу знаний.

Помимо вещей, я взял единственный меч, которым мог пользоваться. Его выковали специально для меня по наставлению отца. Также в сумке уже лежали мамины шнурки для Нешама, картина, что нарисовал папа, но кое-чего все равно не хватало.

Я подошел к полкам и достал оттуда маленький сверток, развернув, посмотрел на портрет счастливой семьи. Моей семьи. Мальчик постарше сидит на коленях у отца и строит гримасы, а тот, что помладше, обнимает свою мать сзади и целует ее в щеку. Они улыбаются, их глаза горят. Они живы. Большим пальцем я провел по помятым краям, давя грустную усмешку на губах.

Имран ожидал меня, как всегда, при полном параде, держа в руках несколько сумок. Он сменил камзол на удобный черный костюм, а волосы завязал в узелок.

— Вижу, братишка, ты собрал всю свою комнату, неужто надеешься навсегда сбежать от дядюшки? — сказал я с наигранной тревожностью.

— Только самое необходимое, — коротко ответил он. — Зато смотрю, у тебя мешок наполовину пуст.

— Мне незачем таскать с собой уйму вещей. Все, что мне дорого, умещается в моем сердце. — Широко улыбнувшись, я подмигнул брату.

Но взгляд Имрана соскользнул мне за спину, а все веселье исчезло с лица. Чутье подсказывало мне, чего ожидать.

Обернувшись, я увидел Кловисса в сопровождении Велассии.

— Сотри недовольство с лица, — прошептал брат.

Взяв себя в руки, я натянул улыбку.

Золотистый лиф, открывая слишком много, тонкой тканью соединялся с массивным поясом на широких штанах. Драгоценные камни на одежде, даже в таком тусклом свете, отблескивали словно тысячами солнц. Поверх всего накинута полупрозрачная туника цвета зари. Длинные темные волосы уложены в красивых завитках, подчеркивали белизну кожи, делая девушку не похожей на инурийку. Глаза цвета синего неба с любовью смотрели только на меня.

Ее внешность экзотична. Род Велассии такой же чистокровный, как и наш. Но их семья имела характерные черты. Бледная кожа, с проступающими фиолетовыми прожилками и темно-синие глаза. Она, несомненно, одна из самых красивых женщин, которую пока мне довелось видеть. Многие мужчины возлагали к ее ногам целые города, но она выбрала одного-единственного, которому сама готова приклоняться. Но, правда в том, что, кроме дружеских чувств, я к ней ничего не испытывал.

Имран отправился получать инструкции, в то время как Вела подошла ко мне и грустно улыбнулась.

— Как долго тебя не будет? — ее голос сродни сотне колокольчиков. Мягкий и податливый.

— Не могу сказать тебе. Мне не известно, что нас там ждет, — сухо ответил я.

— Я буду скучать по тебе, ты же знаешь?

Она взяла меня за руку и сжала. Я кивнул, не в силах ответить.

— Может, мне стоит уговорить отца отправиться с тобой?

Вела опустила глаза, хлопая большими ресницами.

— Нет. Дело Хранителей, понимаешь? — от этой идеи бросило в ужас.

— А если ты встретишь там человеческую женщину и влюбишься в нее, забыв обо мне, кто так сильно любит тебя? Я слышала, многие инурийцы предпочитают экзотику.

Ее голос дрожал, она смотрела на меня, надеясь услышать желанное обещание.

— Не знаю, но есть возможность узнать.

Велассия не поднимала глаз, но ее ладошки задрожали. Я вновь сморозил глупость, но после насильственной женитьбы по-другому с ней не выходило. Шея девушки начинала краснеть, и я взял себя в руки, проклиная все на свете.

— Я помолвлен, остальные ничего не значат для меня.

Ложь легко слетела с губ.

— Пора! — раздался властный голос дяди.

Велассия напоследок отчаянно посмотрела на меня, стискивая мою руку, но я высвободился и отошел к брату.