Чтение онлайн

– Не подходи или я убью тебя! – завизжала женщина, взводя курок.

– Ты, и так, почти уже сделала это! – промолвил Джоэль, и лицо его в этот момент было похоже на гипсовую посмертную маску. – Ты отняла у меня любовь и веру в людей! И возможность летать.

Он протянул ей обруч, из которого посыпалась черная пыль.

– Ты – не человек, а демон ночи! И я убью тебя! – взвизгнула женщина.

– А кто же тогда наш сын? – в голосе ее мужа не было злобы, только печаль.

– Выродок, как и ты! – Амели словно выплюнула эти слова. – Вам незачем жить среди людей!

Волна бешенства ударила в голову Морского Змея, и он прыгнул в сторону женщины. Прозвучал выстрел, пуля обожгла его ребра, но Джоэль успел схватить жену за горло.

– Ты можешь ненавидеть меня, но не смей вредить нашему сыну!– воскликнул он.

Мужчина еще успел заглянуть в ее горящие от злобы глаза, как Амели вдруг обмякла в его руках. А затем и он, сам, потерял сознание.

– Хорошо, что ты не поленился натянуть облеган! – услышал Джоэль голос своего брата, боль возвращалась к нему вместе с сознанием. – Он, похоже, спружинил, и пуля поменяла направление, в результате, у тебя скользящее ранение, а иначе пуля пробила бы тебе печень!

Морской Змей открыл глаза и увидел Барса, который бинтовал его живот обрывками простыни.

– Зря мы послушались и отпустили тебя одного! Эта стерва едва не забрала тебя с собой, на тот свет! – низкий голос Кондора прозвучал откуда-то сбоку.

С трудом повернув голову, Змей увидел своего Наставника, который заворачивал в покрывало тело Амели.

– Это я виноват, что ждал так долго, надо было сразу разбить стекло! – с раскаянием промолвил Барс, заканчивая перевязку. – Зато, теперь мы можем утверждать, что Морской Змей сам защитил честь своей семьи!

– Истинно так! – согласился Кондор, переворачивая тело женщины. – Предательница мертва, а ее подельник доживет до того, чтобы рассказать в Цитадели все, что он знает о планах Конторы. Лучшего исхода для операции не стоило и ожидать.

– Мне нужно еще забрать своего сына! – промолвил Джоэль, пытаясь приподняться.

– И сделать так, чтобы люди решили, что вы, все, мертвы! – добавил Барс, затягивая последний узел на бинтах.

– Хоть для этого, доброго, дела сгодится эта злобная тварь! – прогудел Кондор, вскидывая на плечо сверток с Амели.

Густые, белокурые волосы женщины откинулись в сторону, и на ее шее проступило маленькое красное пятнышко.

– Нам, пожалуй, стоит изменить первоначальный план! – предложил Барс, помогая брату подняться на ноги. – Я, сам, заберу мальчика из спальни, в доме его бабушки, и передам тебе, Джоэль. Кондор подгонит машину, мы погрузим туда Амели и остальные тела, а затем сбросим в кювет и подожжем. А потом ты отвезешь сына в Цитадель.

– И огонь, в очередной раз, уничтожит все следы! – грустно усмехнулся Джоэль. – Такое ощущение, что судьба водит нас по кругу!

– Я предпочитаю думать, что по спирали! – возразил Барс, выводя его на крыльцо.

В то же мгновение перед ними приземлилась маленькая крылатая фигурка.

– Ты ранен, Джоэль? Что тут у вас стряслось? – вскричала Кошка, кидаясь к сыну.

– Ты была права, когда хотела, чтобы я навел порядок в своей семье! – с трудом промолвил Морской Змей. – Я восстановил честь нашей семьи, Магистр! Теперь у меня остался только сын.

– Больше всего на свете я хотела, чтобы тебе не пришлось ничего из этого пережить! – прошептала Кошка, заглядывая ему в глаза, полные безграничной печали.

Кошка лежала в своей келье, свернувшись в клубок на узком и жестком ложе, уставившись на шершавую серую стену. Она бы и глаза закрыла, но тогда перед ней сразу снова появится опустошенно-печальное лицо сына, каким оно было на последнем Совете Мастеров. Словно, вся жизнь ушла из него после смерти жены. И хотя, Барс после Совета, втихаря, сообщил ей, самой, а заодно и Морскому Змею, что это именно его стрела, а не смертельное объятие Джоэля, убила Амели, а промолчал он для того, чтобы брат с большей достоверностью доложил Совету об исполнении своего долга перед Кодексом Чести, легче от этого Морскому Змею не стало. Он потерял любимую женщину, и не имело значения, что та сначала предала его, а потом попыталась убить.

А она, Кошка, предала своего сына. Предала, когда, забирая его с собой, из внешнего мира, обещала, что найдет для него лучшую судьбу. И когда обещала, что сумеет защитить его от всего зла этого мира. А значит, в том числе, и от Ордена. И не сумела. Словно какой-то злой рок преследовал ее семью. И теперь женщине казалось, что та же, злая, тень подбирается к ее дочери, хотя, все вокруг твердили об обратном.

Райя была страшно обрадована, хотя и несколько обескуражена тем, что красавец Барс, которому она так симпатизировала, оказался ее отцом, а Кошка – матерью. Девочка с рождения воспитывалась у Целительницы Ханны, занимавшейся всеми приемышами Ордена, которые были еще слишком малы, чтобы стать Учениками. Райя предполагала, что кто-то из ее родителей был членом Ордена, иначе она не оказалась бы здесь, сразу после рождения. Но то, что ее матерью оказалась одна из самых уважаемых Мастеров, явилось для нее изрядным потрясением.

Имя Магистра было скрыто от нее, но девочка видела, что мать не менее влиятельна, чем Мастер-Наставник Кондор или Хранитель архива Ордена. И она, конечно же, немедленно заявила о своем желании вступить в братство. При большом количестве свидетелей. И Барс горячо поддержал ее. А сама Кошка, в сердцах, приказала ему быть Наставником дочери. Тоже при свидетелях. О чем сейчас ужасно сожалела. Женщина вновь отняла у отца возможность, просто любить и баловать дочь, с этого мгновения их жизнь была втиснута в жесткие рамки Кодекса, отношения ограничены постулатами об Ученике и Наставнике. А Кошка, и так уже, отняла у них более тринадцати лет общения.

Еще до того, как она привела Кейна в Орден, Кошка осознала, насколько несовместимо ее решение, стать Наставником своего молодого друга, и предстоящее рождение их общего ребенка. Для Магистра рамки Кодекса были ещё жестче, чем для остальных братьев. Поэтому, опасаясь осуждения Совета Мастеров и негативных последствий для Кейна, Кошка взяла с него и с Морского Змея слово, что они не будут распространяться о ее беременности, пока она, сама, им не разрешит.

Дополнительные трудности создавала необходимость проведения срочного слияния Кейна с симбионтом, на котором настаивала Целительница Ордена. Все это привело к тому, что Кошке пришлось посвятить в свою тайну еще и Кондора, переложив на него большую часть первичной подготовки Кейна. Женщина не хотела демонстрировать свою изменившуюся фигуру, занимаясь с Кейном в Тренировочном Зале. Сама Кошка большую часть времени проводила в своей келье и узле связи с внешним миром, обосновывая это желанием поскорее ввести в действие заключительную часть плана построения новой финансово-промышленной сети во внешнем мире. Те же причины послужили оправданием для ее длительного отсутствия, когда женщина проводила последние месяцы перед родами на крохотном острове с маяком. Рядом с ней была только Ханна. Целительница же и приняла у нее малышку, а потом ухаживала за девочкой еще месяц, прежде чем, вслед за Магистром, вернуться в Цитадель.

Женщина застонала и попыталась еще туже сжаться в клубок, чтобы отгородиться от всего мира. Как ей хотелось распрощаться с ним навсегда! Но шелест крыльев, раздавшийся у ее окна, привлек внимание. А затем последовал мягкий толчок приземления. Кошка вздрогнула. Для того, чтобы приземлиться на подоконник кельи Магистра, необходимо было обладать высочайшим искусством пилотирования. Во всем Ордене такой маневр способны были совершить человека три-четыре. Кошка нехотя повернулась к окну, чтобы посмотреть на визитера. Неяркий свет Луны, проникавший снаружи, освещал стройную темноволосую фигуру.