Чтение онлайн

– Никто в Ордене ничего не знал о семье Грифона. Он появился пятнадцатилетним подростком из ниоткуда, вопреки обыкновению, без сопровождающего и рекомендаций. Как он узнал об Ордене, тоже никто не понял. Но Грифон пришел в Цитадель и заявил, что умеет летать. Он спрыгнул с самой высокой внешней скалы Цитадели в море, с помощью обычного плаща, и остался жив. Сам старый Магистр сделал его своим Учеником. А потом погиб от его же руки!

Старый Наставник помолчал, а затем внезапно охрипшим голосом продолжил:

– Он был и моим Наставником! К тому моменту Сфинкс был очень стар, а я совсем недавно получил звание Мастера и не очень хорошо разбирался в подковерных интригах. А Грифон, ставший самым молодым из Совета Мастеров, рвался к власти, заявляя, что необходимо сменить политику Ордена во внешнем мире на более активную. Возможно, он был прав. Орден в те годы существовал очень замкнуто, почти не воздействуя на внешний мир и не ощущая притока свежей крови. Но убивать ради этого своего старого Наставника было бесчестно!

Все это я узнал гораздо позднее. Я был, с миссией, далеко от Цитадели в то время, когда в ней разворачивались эти печальные события, а когда вернулся, то понял, что у нас сменился не только Магистр, но и почти весь Совет Мастеров. В Совете теперь оказались сплошные союзники Грифона. Я хотел бросить ему Вызов, но Хранитель отговорил меня, сказав, что этим я ничего не добьюсь. В тот момент Грифон был, и в самом деле, лучшим воином Ордена. Очень быстрым, жестоким и беспощадным. Он без колебаний бросал Вызов и убивал любого несогласного. Хранитель отметил, что даже, если мне и повезет, кто-нибудь из его сторонников прикончит меня, сразу следом за нашим Поединком. Сфинкса, все равно, уже не вернуть, а я могу принести много пользы, обучая молодежь.

Кондор отошел к окну и отвернулся, глядя на занимающийся рассвет:

– Наверное, это – трусость, но Хранитель назвал это благоразумием. Я стал Наставником, пытался вырастить смену, верящую в добро и благородство. Обновить Орден. Я изучал Грифона, его методы, стиль Поединка и передавал его своим Ученикам. И ждал подходящего случая. Грифон же часто бывал во внешнем мире. И однажды он вернулся оттуда с тобой. Ты уже знаешь, что твой отец был членом Ордена, тем, кто искал для нас пополнение. Был самым удачным из вербовщиков. Когда он неожиданно перестал выходить на связь, Грифон сам взялся расследовать его смерть. Так он нашел тебя, Кошка.

– Значит, он выслеживал меня довольно долгое время, раз, сумел поймать именно в тот момент, когда я решила прыгнуть с утеса, рядом с нашей виллой на берегу! – догадалась Кошка. – И он, запросто, мог посещать мать Барса, Элизу, еще до свадьбы, дом ее семьи совсем недалеко оттуда. И даже после.

Кондор задумчиво кивнул:

– У Грифона всегда была слабость к блондинкам.

– Поэтому-то он и оставил в живых моего мужа, чтобы обеспечить будущее своего возможного ребенка!– Кошка словно бы выплюнула эти слова. – И запрещал мне мстить его семье!

Перед ее внутренним взором всплыла картина той жуткой ночи, когда женщина, поскальзываясь, карабкалась по мокрым скалам на берегу моря. Буря, бушевавшая на море и доносившая до нее соленые брызги и пену, была сродни той, что бушевала в ее душе. Ветер, разбивавший могучие водные валы о скалы, походил силой на рок, в единый момент разметавший в клочья всю ее жизнь. Еще каких-нибудь пару часов назад, Кошка была любящей женой и матерью, уверенной в себе и довольной своей судьбой. У молодой женщины был муж, которому она доверяла свою судьбу и судьбу своего сына. Этот человек вырвал ее из привычного мира странствующего цирка, обещая безопасность и благополучие, до скончания века. Он подарил ей сына, и, казалось, любил их, обоих. Целых пять лет. А разрушил все за одно мгновение, сообщив, что женится на другой женщине. Хороший подарок в новогоднюю ночь!

Ее первым, неосознанным, желанием стала потребность, оказаться как можно дальше от этого человека, поэтому Кошка выпрыгнула из окна и убежала в ночь. Ноги сами принесли ее на этот мыс, глубоко выдававшийся в океан. За годы жизни на берегу моря, женщина не единожды приходила сюда, чтобы почувствовать свежее дыхание ветра, вспомнить блаженное чувство полета.

Для воздушной гимнастки, летавшей, как птица, под куполом цирка, роскошная вилла мужа стала золотой клеткой, и только здесь она вновь становилась собой. Сюда женщина приводила маленького сына, пока муж не увез его в какой-то пансионат. Боль утраты снова скрутила ее внутренности, когда бедняжка вспомнила его слова о том, что сына ей не вернуть. Кошка застонала, проклиная тот день, когда поверила этому богатому лощеному красавцу, так кстати, появившемуся в ее жизни незадолго до неожиданной смерти отца. Девушка была слишком юной и наивной, ей было так одиноко! А Марк сулил любовь и счастье. И он так радовался рождению их сына.

Кошка выбралась на самый верх утеса и подставила ветру разгоряченное лицо. Женщину терзала не только обида, но и необходимость принять сложное решение. Муж сообщил ей, что более не нуждается в ней, самой, но обеспечит будущее их ребенка. Должна ли она поверить тому, кто однажды уже нарушил обещание? Или необходимо взять судьбу своего сына в собственные руки? И хватит ли у нее сил, обеспечить мальчику счастливую жизнь, или лучше смириться и оставить его отцу? И не будет ли она жалеть о принятом решении всю оставшуюся жизнь?

Налетевший порыв ветра рванул ее платье, растрепал волосы и толкнул в сторону обрыва. Кошка взглянула в сторону моря. Она уже прыгала в воду с этого мыса, но несколько ниже по склону и не в такую бурную погоду. Даже в тихий, ясный день полёт с такой высоты был сродни лотереи, а сейчас благополучный исход был в руках богов. Женщина тряхнула головой и шагнула к обрыву. Пусть боги и решат, хватит ли у нее сил, чтобы выстоять против судьбы! Кошка сбросила туфли и разорванное длинное вечернее платье, придавила их камнем. Если у нее хватит сил и умения спрыгнуть вниз и вынырнуть из моря, то она за ними вернется.

Кошка раскинула руки, тихонько качнулась вперед. Ветер некоторое время удерживал ее на обрыве, затем женщина толкнулась и прыгнула вперед. Чувство свободного полета, как обычно, наполнило душу неизъяснимым восторгом. А затем вода приняла ее в свои объятия. Кошка верно рассчитала траекторию и вошла на глубину, миновав прибрежные скалы. Но не учла штормового волнения, бросившего ее обратно к берегу. Волны крутили и переворачивали пловчиху, выжимая воздух из легких, но женщина продолжала бороться, пока ее не стукнуло головой о камень.

– Не судьба! – промелькнуло у нее в мозгу, прежде чем Кошка погрузилась в темноту.

– Ты, определенно, баловень судьбы, раз, выжила после такого прыжка! – услышала она мужской голос рядом с ухом, затем почувствовала толчок в грудь и закашлялась, выплевывая воду из легких.

– Кто ты и зачем вытащил меня? – прошептала Кошка, вглядываясь в светлые, фосфоресцирующие, глаза и бледное пятно лица, с трудом различимые в неверном свете луны, проглянувшей в разрыв между туч.