Голоса Серебряного века. Поэт о поэтах
Шрифт:
Думается, прекрасен был в нем жест великодушной снисходительности. Не с позиций высокомерия, надменности, разумеется. Но как бы горькие сожаления об искажении, об ущербе сущего, высокая печаль о неизбежности падения.
Ему несвойственно было произносить резкие осуждения. Так, о поэте Ратгаузе, идеале бездарности, он писал: «Рыцарь нивских приложений». В «Письмах о русской поэзии» щедро, добро, гибко откликается он на разнообразные достоинства разнохарактерных поэтов [317] . Как зорко видит малейшую крупинку золота и радуется ей.
317
Даниил Максимович Ратгауз (1868–1937) — поэт, автор многочисленных сборников; в 1922 году эмигрировал. На стихи Ратгауза писали романсы: П. И. Чайковский («Снова, как прежде, один…», «Мы сидели с тобой…» и др.), А. Т. Гречанинов, Ц. А. Кюи, С. В. Рахманинов, М. И. Ипполитов-Иванов, Р. М. Глиэр. Вместе с тем поэтическое творчество Ратгауза оценивалось современниками невысоко. В. Я. Брюсов, например, назвал 2-томное издание стихов Ратгауза (СПб., 1906) «полным собранием стихотворных банальностей». (См.: Брюсов В. Я. Д. Ратгауз. Поэт банальностей. — Весы. 1906. № 5)
«Нива» (СПб., 1870–1918) — иллюстрированный, еженедельный журнал для семейного чтения, общественно-политическая жизнь освещалась в нем в «благонамеренном» духе. В 1894–1916 годах выходили «Ежемесячные литературные приложения» к журналу «Нива».
Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии. Пг., 1923 (отдельное издание).
Вероятно, в данном случае имеет место ошибочное цитирование. В «Письмах о русской поэзии» Н. С. Гумилев так оценивал творчество Д. М. Ратгауза: «Есть в деревнях такие лавочники, которые умеют только писать, но не читать. Я думаю, таков и Ратгауз. Потому что иначе у него не хватило бы духу в нудно-безграмотных стихах передавать мысли и ощущения отсталых юношей на шестнадцатом году» (Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии. — В кн.: Гумилев Н. С. Соч.: В 3 т. Т. 3. М., 1991, с. 56). А чуть дальше он писал о стихотворении А. А. Сидорова «Рыцарь с лебедем»: «Скучный рыцарь из нивских иллюстраций — у Алексея Сидорова такая же скучная принцесса» (там же, с. 86) и о поэзии Г. Рачинского: «Такие стихи, как у Григория Рачинского, можно встретить теперь только в мелких еженедельниках и иллюстрированных приложениях к провинциальным газетам» (там же, с. 85).
А он ли не страдал от жестоких нелепостей жизни, мрачной тупости людских мнений. Он — капризно-нервный, аристократически-изысканный:
«Какая странная нега В ранних сумерках утра» [318] , —писал он. Вот, представляется мне, его скрытый душевный фон. Героичным было само его внешнее спокойствие, самообладание. Ведь он неоднократно кончал с собой. Он постоянно играл со смертью.
Стихотворение «Душа и тело» в его предсмертном сборнике [319] — духовный храм. Он, сказавший:
318
Гумилев Н. С. «Какая странная нега…» Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Колчан. Пг.; М., 1916.
319
Гумилев Н. С. Душа и тело. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.
— встал во весь рост и рост исполинский. Эта, в сущности, поэма вызывает трепетный холодок при чтенье.
Отмечу начало 2-й части:
«И тело я люблю».
Т. е. даже и тело, такое стеснительное, требовательное, досадное нередко. То, которое водило его по «задворкам мира», где мы «средь теней», где «так пыльна каждая дорога, каждый куст так хочет быть сухим». Только раз вырвалось в поэзии Гумилева выражение огненной плеткой:
320
Гумилев Н. С. Слово. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Огненный столп» (Пг., 1921). — Впервые опубл.: Дракон. Альманах стихов. Вып. 1. Пг., 1921.
«Что в проклятом этом захолустье» [321] .
Я не нашла ему имени. «Николай Степанович» — это еще звучало сносно, но сокращенные имена — никуда. Фамилия «Гумилев» — стальное забрало. Во всем бесконечном разнообразии многонациональных имен — ничего подходящего. И вот в III, заключительной части, «Душа и тело», слова поразительные по значенью:
«Я тот, кто спит, и кроет глубина Его невыразимое прозванье, А Вы — Вы только слабый отсвет сна, Бегущего на дне его сознанья!» [322]321
Гумилев Н. С. Канцона вторая. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Огненный столп» (Пг., 1921). — Впервые опубл.: Вестник литературы. 1921. № 4/5.
322
Гумилев Н. С. Душа и тело. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.
Вы — душа и тело.
Кто не понял, что Гумилев безмерно выше самого себя, не понял в нем ничего. Автор изящных стихов, любитель путешествовать.
И не лучшим ли определеньем его сущности останется название его предсмертного сборника «Огненный столп» [323] .
1. Ольга [324] .
2. Канцона вторая. «Огненный столп» [325] .
323
Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.
324
Гумилев Н. С. Ольга. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.
По свидетельству П. Н. Лукницкого, это стихотворение посвящено Ольге Николаевне Арбениной-Гильдебрандт (1899–1980), актрисе и художнице. (См.: Богомолов Н. Примечания. — В кн.: Гумилев Н. С. Собр. соч.: В 3 т. Т. 1.М., 1991, с. 546)
325
Гумилев Н. С. Канцона вторая. Стихотворения из сборника Н. С. Гумилева «Огненный столп» (Пг., 1921). — Впервые опубл.: Вестник литературы. 1921. № 4/5.
3. «Мои читатели» — по впечатленьям наших московских хождений. «Огненный столп» [326] .
4. «Я сам над собой насмеялся…» Посмертный сборник [327] .
5. Поэма «ОМ» (Названье неточно). В 1919 году брошюрка на грубой бумаге, где сюжет был построен на созвучии ОМ [328] .
326
Гумилев Н. С. Мои читатели. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.
327
Гумилев Н. С. «Я сам над собой насмеялся…» Стихотворение, вошедшее в книгу Н. С. Гумилева «Стихотворения. Посмертный сборник» (Пг., 1922, 1923). — Впервые опубл.: Альманах «Цеха поэтов». Кн. 2. Пг., 1921.
328
Гумилев Н. С. Поэма начала. — Впервые опубл.: Дракон. Альманах стихов. Вып. 1. Пг., 1921. Ом — магическое слово, заклинание, взятое из древних эзотерических учений.