Чтение онлайн

Приземистое серое здание на улице Пеша-вар в Исламабаде, где располагается Разведывательное Бюро МВД Пакистана, построено в лучших традициях архитектуры тоталитарного государства. Метровой толщины стены, унылый фасад, прямоугольные окна с вечно задернутыми занавесками, тяжелые двери высотой в два человеческих роста, широкие выщербленные ступени лестницы парадного входа и мрачные арки боковых подъездов. Картину оживляют только вымазанные синей краской железные ворота, перегораживающие въезд во внутренний двор, да парочка деревьев, сиротливо приткнувшихся по бокам парадной лестницы.

И само здание, и работающие там люди вызывают у жителей города смешанные чувства. Вроде всем понятно, что разведка и контрразведка - это краеугольные камни безопасности государства.

Но лучше бы их не было.

Ибо попадающий в сферу интересов Разведбюро МВД пакистанец не мог быть уверен в том, что в один отнюдь не прекрасный день его не привезут во внутренний изолятор здания на улице Пешавар и он не исчезнет затем бесследно, будучи похоронен в общей могиле вместе с попрошайками и бродягами; Понимание демократии и прав человека на Востоке своеобразно и сильно отличается от европейского, поэтому нередки случаи допросов с пристрастием, финалом которых может быть и смерть подозреваемого. Или такие телесные повреждения, что контрразведчикам проще пристрелить задержанного, чем выдавать его родственникам и нарываться на скандал.

Разведка, естественно, действует тоньше. Интересов внутри страны у нее нет, отсюда нет и необходимости кого-то арестовывать и допрашивать. Но боевые группы, члены которых учатся убивать на практике, а не на манекенах, имеются.

Омар Масуд, начальник седьмого отдела управления внешней разведки, почти десять лет курировал программу подготовки диверсантов и самолично преподавал курс ножевого боя, коим увлекался с раннего детства, приобщенный к древнему искусству дедом. Доживший до девяноста лет старик с презрением относился к ненадежному и требующему боеприпасов огнестрельному оружию, почитая главным козырем любого мужчины спрятанный в рукаве широкий кинжал, и привил внуку почтение и любовь к сверкающей стали.

Несколько раз в своей жизни Омар убеждался в том, что дед был абсолютно прав, обучив его внешне совсем неэффектным, но очень эффективным приемам. Виртуозное владение ножом по меньшей мере трижды спасало Ма-суду жизнь, когда он работал на неконтролируемой Исламабадом территории пуштунских племен у границы с Афганистаном.

И даже теперь, когда Омар Масуд работал в центральном аппарате Разведбюро, он не расставался с клинком, покоящимся в закрепленных на левой руке ножнах.

Начальник седьмого отдела миновал внутренний пост между пятым и шестым этажами, махнул прямоугольником удостоверения перед носом у молодого лейтенанта и ровно за тридцать секунд до назначенного ему времени аудиенции у заместителя директора РБ переступил порог приемной полковника Парвени.

* * *

Егор предъявил удостоверение высоченному прапорщику, облокотившемуся на конторку, поприветствовал знакомого опера из Службы контрразведки, поплотнее запахнул пуховик, миновал предбанник третьего подъезда здания Управления, поправил висящую на плече сумку с термосом и бутербродами, натянул шапку и толкнул дверь на улицу.

Утренний морозец слегка обжег щеки, и Егор поежился.

Зиму он не любил.

В пяти метрах от третьего подъезда здания на Литейном, 4 стояли люди и о чем-то громко спорили. Старший лейтенант покрутил головой, высматривая "Волгу" переговорщиков, понял, что те еще не подъехали, и переключил свое внимание на спорщиков.

В центре, окруженные затаившими дыхание слушателями, друг против друга стояли низкорослый начальник пресс-службы УФСВ и громадный, аки бурый медведь, заместитель коменданта Управления подполковник Украинцев.

– Это безобразие,- начальник пресс-службы держал Украинцева за нижнюю пуговицу черного овчинного тулупа,- ваши люди чуть не разбили дорогостоящую камеру...

За спиной заместителя коменданта в ряд возвышались три мрачных прапорщика, которые, по всей видимости, и были виновниками инцидента. Рядом с начальником пресс-службы переступали с ноги на ногу двое юношей в ярких куртках с баулами в руках и девушка в длинном желтом пальто.

– Позвольте, а где разрешение на съемку?
– прогудел Украинцев, нависая над собеседником.- Откуда охрана может знать, кто они такие?

– Но, Опанас Григорьевич, я же рядом стоял!
– в десятый, наверное, раз объяснил начальник пресс-службы.

– Не рядом,- выдал подполковник,- а в нескольких метрах.

– Естественно! Я же не буду мешать съемке и лезть в кадр!

– Неубедительно,- отрезал Украинцев.

Мальков спрятал улыбку.

Заместитель коменданта был фигурой легендарной.

Его рвение в службе не знало границ. Он приходил к семи утра, за два часа до начала рабочего дня, а уходил ближе к полуночи, самолично обходя все этажи здания и проверяя печати на дверях запертых кабинетов. Иногда Украинцев останавливал замеченного после восемнадцати часов сотрудника и долго его расспрашивал, по какой причине тот задержался на работе. Подполковник обладал феноменальной памятью, знал имена всех без исключения офицеров и номера их кабинетов.

Молодые сотрудники посмеивались над Украинцевым, сравнивая его с Камнеедовым из повести братьев Стругацких "Понедельник начинается в субботу", но тот не реагировал, давая острословам тем самым понять, что повести он не читал.

– Я и так стараюсь как можно реже приводить журналистов в здание.Начальник пресс-службы крутанул пуговицу на тулупе подполковника.

– А вот это правильно,- одобрил Украинцев.

– Да поймите же вы, это моя работа - общаться с прессой и телевидением!
– разошелся глава подразделения по связям с общественностью.- Я обязан давать комментарии! Обязан! Где, по-вашему, я должен это делать?

– Можно на той стороне улицы,- Опанас Григорьевич ткнул пальцем в красочную вывеску "Галантерея", висящую на доме напротив.

Начальник-пресс службы оглянулся и рассвирепел еще больше.

– Я что, пресс-секретарь директора магазина?! Вы подумайте, как к нам люди относиться будут, если я начну давать интервью, а в кадре над моей головой будет сиять надпись "нитки-пуговицы-тесьма" или "пиво"!

Егор рассмеялся, прикрыв рот ладонью и повернувшись спиной к спорящим.

– Пусть думают, что это происки журналистов,- выдал Украинцев.- Монтаж с целью в очередной раз опорочить ФСБ.

Начальник пресс-службы задохнулся от такого предложения.

– А вы не дадите нам интервью?
– язвительно спросил один из парней.

– Не дам,- отрубил подполковник.

– Я почему-то именно так и подумал,- сказал тележурналист.

Стоящие за спиной у Украинцева прапорщики угрюмо зашевелились.

Начальник пресс-службы, которому надоело комментировать работу ФСБ то на фоне вывески "Следственное управление ГУВД Санкт-Петербурга", то под жестяной табличкой "Въезд только для машин скорой помощи"[ На Захарьевской улице, куда выходят боковые подъезды здания ФСБ, располагаются СУ ГУВД СПб и ведомственная автобаза.], сжал пальцы и почувствовал, что пуговица с тулупа заместителя коменданта наконец оторвалась.