Чтение онлайн

Молодой мужик, набычившись, смотрел на меня и, словно разминаясь, пошевеливал могучими плечами. По всей вероятности, он рассчитывал на хорошую драку, но я ему такого удовольствия не доставил. А вдруг он, на самом деле, окажется физически и сильнее меня, и выносливее. А это значит, что не в моих интересах по-честному долбашить его в корпус! Оно мне совершенно не надо! Поэтому, подойдя на заранее намеченное для себя место, я крутанул классическую «вертушку» и четко приложил тяжёлый армейский ботинок к голове аборигена. Постоял немного над телом поверженного противника, потом нагнулся над ним, приложил руку к шее и, к своему удивлению, не нащупал пульсирующей жилки.

«Вот блин! – чертыхнулся про себя. – Убил я его что ли? Не хотелось бы. Если возле модуля они на нас сами напали, а значит, нехрен обижаться, что получили по полной программе, то вот здесь, всё честно, без оружия. Убийства у них запланировано не было».

Но всё обошлось, я просто заметил, как грудина мужика начала подниматься и опускаться. Задышал, слава богу. Если я у него на шее ничего не нащупал, значит у них расположение органов и сосудов другое.

Разобравшись с противником, я гордо и не торопясь вышагивал к своему второму скелету, с которым за время путешествия уже сроднился, и чувствовал себя без него неуютно. Когда мне осталось пройти метров пять-шесть, ожидавшая меня с широко раскрытыми глазами змея вдруг взвизгнула:

– Сзади!

Когда с такими глазами и таким голосом орут «сзади», нет времени оборачиваться и разглядывать, что же такое происходит за твоей спиной! Вот и я, не стал разбираться, а кувырком ушёл влево, а затем, не останавливаясь, точно так же кувыркнулся вправо, успев разглядеть, как двое из ожидавших всадников накладывают на тетиву по стреле. Причём две стрелы уже торчали из земли недалеко от того места, где я только что стоял. Но ещё раз выстрелить они не успели. Раздался гортанный рёв, и стрелки опустили луки. С земли, пошатываясь, поднялся местный амбал и опять что-то сказал стрелявшим, после чего они быстренько закинули луки за спину и ускакали в сторону леса. Затем абориген опять поклонился зелёной и что-то сказал ей. Потом ловко забросил массивное тело на своего низкорослого скакуна, прошёлся по мне недобрым взглядом – и троица быстро умчалась вслед за своими соплеменниками.

– Что он сказал? – спросил я у Маэллайны и начал упаковываться в экзо-скелет.

– Он сказал, что он больше нас не тронет, и мы можем спокойно уходить и заниматься своими делами.

Я задумался. Не давал мне покоя его взгляд: не смотрят так на того, кого отпускают на все четыре стороны. Проиграл он! Проиграл с одного удара. Упал он перед своими соплеменниками и, скорее всего, перед своими подчинёнными. И, как я полагаю, это станет известно и у него дома! Обязательно станет – четыре пары глаз это видели.

– Он как сказал, – опять прицепился я к женщине, – мол, я не трону вас! Он имел в виду лично себя или говорил вообще обо всех.

Инопланетянка задумалась.

– Вы знаете, мне показалось, что он имел в виду только себя. Он лично не будет нас трогать.

– А это значит!.. – надавил я.

– Это значит, что его люди вполне могут на нас опять напасть, – ответила она и начала тревожно озираться вокруг.

Вот уже три часа, как мы с зелёной быстро уносили ноги от модуля. Быстро настолько, насколько, конечно, это позволяли мне сделать четыре кассеты, закреплённые на спине и на груди экзо-скелета. Их вес я, естественно, ощутить не мог, но знал, что серво моторы без вреда для своего здоровья могут выдержать сто сорок килограммов внешнего веса. Дрон, отправленный мной на приличную высоту, признаков погони пока не заметил. И мы в таком же быстром темпе спокойно отмахали ещё три часа, после чего я объявил привал.

Отдыхали минут двадцать – за это время успели съесть по кусочку инопланетного НЗ и по очереди сбегать до кустиков. После чего напились воды из ближайшего ручья, благо, что она во всех встреченных нами водоёмах была чистейшая, и её можно было пить без опаски. И я, наконец, задал давно не дававший мне покоя вопрос:

– Скажите, пожалуйста, леди, а откуда Вы знаете местный язык?

Зелёная недовольно дёрнула подбородком, но всё же ответила:

– Видите ли, я не знаю этого языка! – и с досадой, посмотрев на мою вытянувшуюся физиономию, добавила. – Я не обманываю Вас, это правда, я никогда не учила языка подобного этому. Мы, как правило, знаем множество языков, можно сказать, владеем речью всех разумных, которые прилетают или прилетали к нам на планету. И хотя этот язык я не учила, тем не менее, понимаю его, не весь конечно, но домысливая сказанное, могу разобрать достаточно много.

Женщина задумалась, а затем, словно боясь забыть слова, зачастила:

– Я предполагаю, что информация об этом языке была заложена в моём роду довольно давно, но затем по какой-то причине этот язык был забыт.

Она посмотрела в темнеющее небо, потом грустно вздохнула.

– И когда я вновь услышала его, мой мозг, по всей вероятности, активизировался в этом направлении.

Женщина ещё раз вздохнула и, коротко глянув на меня, закончила:

– Другого объяснения у меня нет.

– Значит, – констатировал я, – либо вы были на этой планете и жили на ней довольно долго. Либо местные жители были доставлены сюда с вашей планеты.

– Я не знаю, – пожала плечами зелёная, – но, если я смогу вернуться домой, я это обязательно выясню. Дома моему роду доступно многое! – С заметной гордостью заявила она.

Следующие два дня мы провели в спокойном равномерном беге, не очень усердствуя. Как чувствовали, что силы поберечь надо, и в основном это относилось к силам инопланетянки. Свою энергию я почти не расходовал, пользуясь своим вторым скелетом, который добросовестно таскал и меня, и немалый груз, навешенный на него.

Меня инопланетянка ненавидела тяжко и с нешуточным наслаждением. Если такое понятие вообще имеет место быть! Она демонстративно не слушала, что я ей говорил. Она смотрела на меня, как на таракана, и мне казалось, что если бы у неё вдруг появилась возможность раздавить меня, она бы с удовольствием это сделала! Она перестала соблюдать установленные мной правила, связанные с её безопасностью, и, не реагируя на мои просьбы не уходить одной в лес, уходила, презрительно скривив свои красивые губки. Зараза! Этим своим пренебрежением к моим советам она, можно сказать, сама и вывела на нас большую стаю местных панцирных волков, с которыми я познакомился практически сразу же после приземления.

После очередного привала на довольно большой поляне я попросил её сделать все свои неотложные дела за росшими тут же густыми кустами и не уходить в лес. Она, разумеется, мой совет, как всегда, не услышала и, в очередной раз убив меня зелёными глазами, гордо удалилась в лес. Её не было довольно долго, и я уже начал беспокоиться, как бы чего не случилось. С ней ничего не случилось. Она вернулась. Вернее, я услышал из леса истошный визг, а потом следом за своим визгом из леса вылетела зелёная и с сумасшедшей скоростью понеслась ко мне. Вякнул тревогой «говорун», и дрон, стремительно рванувшись в сторону женщины, сделал несколько выстрелов. Я сместился в сторону, чтобы не оказаться с инопланетянкой на траектории выстрела, и опустил приготовленный к стрельбе гранатомёт. Правки не требовалось – дрон практически никогда не промахивается! Вот и сейчас за спиной быстро приближающейся женщины лежали три неподвижных тела.

Зелёная вихрем пролетела мимо меня и, не останавливаясь, повизгивая от страха, ускакала дальше.

–Стойте! – заорал я. – Их уже нет! Они уже за Вами не гонятся!

Но они гнались! И ещё как гнались! Я вдруг с ужасом увидел, как из леса разом выпросталась большая стая этих тварей и, подвывая, понеслась в мою сторону. Нас спасало то, что эти твари бегали медленно. Лапы у них были короткие. Как я уже успел заметить, коротконогость местных жителей была, можно сказать, их фишкой. От дрона толку уже не было: он перестал воспринимать сплошную массу тел, состоящую из сотни особей как одиночную цель. И теперь бесполезно болтался у меня над головой. Однако, на расстоянии эту кодлу я всё же удерживал, периодически оборачиваясь и постреливая из гранатомёта. Эти волчары, как я уже упоминал, тварями оказались умными. После потери двух десятков особей они значительно отстали, и только самые оголтелые и голодные единолично вырывались вперёд, чтобы благополучно пасть от выстрелов дрона.