Чтение онлайн

Сизин подалась вперед; бокал с вином застыл, поднесенный к губам. Она знала, что прошлое человека может многое сказать о его настоящем и, что более важно, о его будущем.

– Наверняка история на этом не закончилась? Итейн говорит, что ты – деловой человек, и с каждым днем становишься все богаче. Как выходец из низов смог создать такую империю?

Темса покачал головой.

– Как еще можно добиться успеха? Я отряхнулся и стал действовать лучше. Я научился играть в карты. Я научился играть в кости. Через год я начал свое дело – стал играть на чужие деньги. На выигрыши я покупал недвижимость. Купил-продал, купил-продал, таков был мой метод. Через три года позже я отомстил Рофу Ханету – купил его любимый игорный дом и всего за час сжег дотла. По чистой случайности Роф Ханет и Мясник оказались внутри. Еще через десять лет я навсегда забыл о жульничестве и стал честным человеком. Сейчас я владею таверной и занимаюсь весьма прибыльным делом – торгую душами в районе Бес. Нога напоминает мне о том, что поражение сделало меня сильнее.

– Значит, выпьем за силу. – Сизин протянула свой бокал, и Темса чокнулся с ней. – Оставьте нас! – сказала она солдатам.

Темса еле заметно вздрогнул, когда она выкрикнула приказ. Солдаты в блестящих доспехах помедлили. Из соседней комнаты вышел Итейн.

– Ваше высочество? – сказал он.

– Гвардейцы, оставьте нас!

Солдаты двигались крайне медленно – собеседнику будущей императрицы они явно не доверяли – но они все-таки вышли. Дверь в покои осталась открытой.

Итейн сжал губы.

– И я?

Сизин поманила призрака к себе.

– Останься. И ваши спутники, господин Темса, тоже могут остаться, если вы им доверяете.

– Я доверяю им, как самому себе.

Дверь заперли, и Сизин повернулась к Темсе. Даниб и Джезебел двинулись вперед и встали за его диваном.

В соседней комнате заскрежетало что-то тяжелое и металлическое, и появился Итейн со своим огромным двуручным мечом – не изогнутым аркийским, а прямым обоюдоострым клинком – одним из тех, которые куют на Разбросанных Островах. Одна сторона лезвия была из острой стали, другую окунули в медь. Вес оружия, похоже, Итейна совсем не беспокоил. Сизин знала, что меч называется «Пересеф», и это как-то связано с чьей-то мертвой матерью или женой. Она никак не могла запомнить, и уж тем более понять, зачем кому-то понадобилось давать имя оружию.

Итейн расположился рядом с Сизин, поставил меч между ног и перевел взгляд с Даниба на Джезебел.

– Сто лет после смерти – это много свободного времени, – сказала Сизин. – Пока Итейна не убили в ходе междоусобицы между моими предками, домами Талин и Ренала, он сам был принцем и к тому же превосходным фехтовальщиком. Таким он остался и после смерти. Он каждый день тренируется – верно, Итейн?

Раздался свист: призрак разрезал воздух мечом. Сизин была готова поклясться, что слышит шепот металла.

Улыбка на губах Темсы застыла.

– Зачем угрожать нам, ваше высочество? Я думал, что мы собирались поговорить о делах.

– Это не предупреждение. И да, мы говорим о делах. Однако мне показалось полезным обратить ваше внимание на прошлое Итейна, раз уж оно переплетается с историей Даниба. Похоже, что когда-то они были в злокозненном культе Сеша, о котором, насколько я понимаю, вы знаете. И я невольно задаю себе вопрос: может, эта связь существует до сих пор? Прежде чем я скажу что-то еще, я должна знать, имел ли ты какие-либо дела с этим культом. Если да, то Итейн с радостью проводит вас к выходу из Иглы.

Темса не отвел взгляд.

– А я-то думал, что благородные и короли никогда не говорят начистоту. – Он допил вино и поставил бокал на стол. Затем он положил ногу на ногу, и лапа засверкала в ярком свете ламп. – Будьте покойны, будущая императрица, я время от времени продаю культу пару теней или каких-нибудь безделушек. Иногда в качестве платы его приспешники сообщают мне о том, где можно добыть много теней.

– Законным образом.

– Разумеется. В больницах, приютах, обрушившихся домах и так далее.

Хмыкнув, Сизин разгладила юбки.

– Вероятно, вы знаете, что Талин-Ренала и Облачный двор вовсе не благоволят к культу Сеша, особенно после того, как его сторонники втерлись в доверие к моей семье и превратили моего деда, императора Милизана, в безумного фанатика. Чтобы привести дела королевского рода в порядок, потребовалось убить моего деда, а бабку отправить в изгнание. Я не допущу, чтобы история повторилась.

– Мне прекрасно это известно. Я помню, как радовался слухам об истреблении членов культа. Ваш отец быстро усадил их задом на мостовую. Я знаю, что ваш гордый род, произошедший от костей мертвых богов, никогда не опустится до того, чтобы снова иметь дело с фанатиками и безумцами – или преступниками, если уж на то пошло.

Сизин подняла свой бокал.

– Кстати, о преступниках… Говорят, что в последнее время стали пропадать талы и торы, что они начали внезапно умирать, что в их пустых особняках и башнях расставлена стража. Самое странное, что никто пока не предъявил права на их богатства – ни родственники, ни партнеры. Все половины монет, которые хранились в их сейфах, пропали, а остальные по-прежнему лежат в банковских хранилищах – их еще не передали новым владельцам. Здесь, по меньшей мере, попахивает преступлением, но таким, с которым Аракс еще не сталкивался. Что вам известно об этих делах, босс Темса?

Темса с шумом втянул в себя воздух сквозь зубы.

– Ну, если честно, ваше высочество, то мне мало что известно. Мы, торговцы душами и деловые люди, прислушиваемся к тому, о чем болтают в городе, так что про исчезновения мне известно, но кто за ними стоит, мне неведомо. Пока что люди об этом помалкивают.

Сизин разочарованно опустила голову.

– Жаль.

– Полагаю, это встревожило двор.

– Я жалею не об этом.

– Вот как? А о чем?

Сизин вздохнула.

– Аракс прогнил насквозь, но люди, способные его изменить, делают вид, что все в порядке. Сереки предпочитают тратить время на пререкания, мой отец по-прежнему не желает покидать свое убежище, а моя мать решила сбежать. Как ни позорно это звучит, только убийства привлекли всеобщее внимание. Этот уровень хаоса, если он сохранится – или даже усилится, – возможно, принесет пользу городу. Мне бы очень хотелось поздравить человека, который стоит за всем этим.

Темса явно попытался скрыть усмешку, но вспыхнувшие глазки выдали его. Он немного подумал над ее словами.

– Если для возрождения такого великого города, как наш, требуется убийство, значит, в его истории настали темные времена.

– Именно. Но это в любом случае плод моих фантазий: подобная задача, несомненно, является невыполнимой. Да, этот человек, возможно, смел, но я бьюсь об заклад, что до сих пор ему просто везло. Вряд ли у него есть влияние, сведения и даже ресурсы, которые необходимы для того, чтобы продолжить эту работу.

– Возможно, вы удивились бы, узнав правду, ваше высочество.

– Почему же?

Откашлявшись, Темса наклонился вперед.

– Даже заколдовав нескольких торов и тал и разграбив пару башен, этот предприимчивый человек – скорее всего, из низов – не удовлетворится добытым богатством. Он захочет большего. Но чем дальше, тем опаснее и тем больше внимания со стороны дознавателей и Палаты Кодекса. Если этот человек умен, то он будет действовать осторожно и медленно или вообще отойдет от дел. Разве только…