Чтение онлайн

— Я всё время ей про это говорю, сэр! — запальчиво вмешался юный Сэм.

Хэвлок окатил его ледяным взглядом.

— Но, тем не менее, вы поддерживали этот спектакль?

— Честно говоря, сэр, я надеялся, что она втянется в управление и сама меня оттеснит. И я смогу с чистой совестью отправиться в экспедицию в Очудноземье.

— Только через мой труп, — глаза у Робби опасно заблестели.

Ага, понял Хэвлок, вот она и причина.

— Милая, — Хэвлок разложил кота на столе и обнял дочь за плечи, — в наши дни путешествия — даже в Очудноземье — больше не представляют смертельной опасности.

— Это для тех, кто не собирается лезть в глубокие джунгли! — вспыхнула Робби, выворачиваясь из объятий. — А знаешь, что собирается делать этот идиот? Открывать новые племена — вот, что он хочет! Зачем? Чтобы они пригласили его на обед и им же отобедали?

— Знакомство с новыми цивилизациями представляет огромное значение для развития общества…

— Лично я всегда считал, что слово “цивилизация” применимо там, где носят брюки. Иди хотя бы прикрывают… Стратегически важные места.

— При всём уважении, сэр, то, что их жизнь примитивна, не значит, что они хуже нас.

— О. В самом деле?

— Теперь ты понимаешь, почему я хотела, чтобы он и дальше оставался твоим министром?

— Да, но я не допущу, чтобы его светлость передавал мне полномочия. Я этого не заслуживаю.

— Не волнуйтесь, дорогой Ваймс, теперь и я вижу, что мне рано отходить от дел.

— Значит, я могу собирать экспедицию?

— Папа, нет.

— Милая, я не могу препятствовать людям свободно передвигаться по Диску…

— Не-ет…

— Да!

— Однако… Если мистер Ваймс желает, чтобы результаты его экспедиции были признаны научным сообществом, боюсь, ему придётся взять с собой представителей Университета.

— Ты хочешь сказать, — прищурилась молчавшая до того Гленда, — профессора жестокой и необычной географии?

— Совершенно верно. У Ринсвинда есть два неоспоримых достоинства, которые прекрасно уравновешивают друг друга: трусость и удачливость.

— Он будет не в восторге. Но лично я думаю, что стоит пригласить ещё и Библиотекаря.

— Дорогая, твой острый ум, как всегда, на высоте. Конечно, лучше пригласить Библиотекаря, а не ждать, что он тайком отправится неучтённым пассажиром в места, где бананы растут в естественной среде и можно совершенно законно передвигаться на руках по лианам, не касаясь земли.

— Но я хотел получить опыт индивидуальной работы исследователя…

— А получишь опыт работы представителя Анк-Морпоркской гигиенической железной дороги, — сказала Робби очень спокойным тоном и соединила ладони, как делал сам Хэвлок, вежливо наклонив голову в сторону. Юный Ваймс поёжился. — И с тобой поедут люди мистера Симнела.

— Но, но… Это же разрушит уникальную природную среду! Что если аборигены не захотят, чтобы прогресс приходил в их жизнь? Мы должны уважать культурную среду местных жителей!

— О, я не сомневаюсь, что кое-кто из аборигенов не захочет, чтобы в их культурную среду вмешивались, — прищурилась Робби, и сердце Хэвлока наполнилось гордостью — фирменный прищур Гленды в сочетании с его собственным уничижительным взглядом давали сокрушительный эффект. — И я даже скажу тебе, как они будут выглядеть. Готова спорить — это будут бородатые мужики, чья власть держится на “вековых традициях”. Но знаешь что? Меня мало интересует их культура, если она имеет что-то против того, чтобы больному ребёнку вовремя оказали медицинскую помощь. Такие традиции должны умереть.

— Требование вполне справедливое, — поддержал дочь Хэвлок.

— И если вы, молодой человек, считаете, что сможете улизнуть в эту экспедицию, никого не предупредив, — добавила Гленда, — я расскажу о ваших планах вашим родителям. Уверена, капитан Анва окажет командору Ваймсу любезность.

— Да зачем же тревожить капитана Ангву, — усмехнулась Робби. — Фаундер прекрасно сам справится. Когда ты мог от него уйти?

— Ладно, — нехотя проворчал Ваймс-младший. — Могу я теперь пойти и сам поговорить с родителями?

— Безусловно, — милостиво улыбнулся Хэвлок, — но к вечеру я жду вас — нужно будет передать дела.

— Вообще-то Робби и так в курсе всего, но я, конечно, приду.

— Я испеку пирог пахаря, если тебя это утешит, — пообещала Гленда.

— Спасибо, леди Гленда, — вздохнул юноша, бросил Робби извиняющийся взгляд и вышел.

— Это было неожиданно, — сказал Хэвлок, когда его шаги стихли. — Но, что греха таить, приятно. Я рад, что в конце концов именно ты оказалась ответственна за все лучшее решения. Но я всё ещё не понимаю, почему ты скрывала от меня свои таланты.

— Да потому что как бы я иначе узнала, что это действительно хорошие идеи? — жалобно отозвалась Робби и сама подошла к Хэвлоку, чтобы по-детски уткнуться ему лбом в плечо. — Вы же с мамой меня всегда за всё хвалите. Мне хотелось… Независимой оценки.

— Но целых три года?

— Время пролетело незаметно.

— Я тобой горжусь, — Хэвлок обнял дочь, и на этот раз она не выворачивалась.

Гленда однако по-прежнему хмурилась.

— А мне вот что хотелось бы знать… — начала она с подозрением в голосе. — Кому из этих молодых людей ты морочишь голову? Сэм старше вас с Фаундером, но мне всегда казалось, что они двое — лучшие друзья, благо выросли в Страже бок о бок. А ты, как мне кажется, ведёшь себя не вполне честно, заигрывая с обоими. Должна сказать, меня такое поведение разочаровывает.

— Ну-у… — протянула Робби, отошла от отца и повернулась к столу, чтобы её лица не было видно.

— О, дорогая, — вздохнул Хэвлок. — Думаю, наша дочь просто не знает, как сказать тебе, что они… Скажем так, давно нашли взаимопонимание втроём.

— Ты… Ты откуда знаешь? — Робби выглядела испуганной, и Хэвлок снова напомнил себе о необходимости научить дочь скрывать эмоции. Всё-таки в этом она была больше похожа на Гленду, чем на него.

— Милая, в этом городе происходит мало такого, о чём я не знаю. И уж конечно, ваши с мистером Айронфаундерссоном упорные попытки склонить юного Ваймса ко греху от меня не укрылись. И что они в конце концов увенчались успехом — тоже.

— Всё-то ты знаешь, — проворчала Робби.

— Как выяснилось, не всё, но каким бы я был отцом, если бы игнорировал настолько важный аспект жизни единственной дочери?

— Нормальным?

— Не вздумай применять против меня эту улыбочку, Роберта.

— А у дядюшки Мокриста срабатывает.

— Дядюшка Мокрист — мошенник.

— И ты сам говорил, что это его ценнейшее качество.

— ПРЕКРАТИТЕ! — Гленда всплеснула руками, и по её виду Хэвлок понял, что к новости она не была готова. Собственно, именно поэтому он и не спешил делиться с ней донесениями тёмных клерков о том, с кем и как Робби проводит свободное время. — Вы… Ты… Как?! — продолжала заикаться Гленда.