Чтение онлайн

Стоило Гленде спуститься на пару ступенек, и её сковал ужас — из-под двери кухни пробивался свет. Она не могла оставить там лампу — когда она пришла было ещё светло. Не мог это быть и Хэвлок — он бы не упустил возможность забраться к ней в постель. А больше никто в этот дом заходить не имел права.

Гленда внутренне подобралась и быстро прикинула варианты. В кухню вело две двери — одна рядом с парадным входом, напротив двери в гостиную, другая — рядом с лестницей и ближе к чёрному ходу. Можно было выбежать на улицу через чёрный ход, но где гарантия, что в тёмных дворах не поджидает новая опасность? К тому же хорошо бы узнать, что там на самом деле происходит. Может, просто лампа включилась случайно, а она панику разводит?

Гленда осторожно приоткрыла заднюю кухонную дверь… Нет, опасность ей не почудилась! У стола, согнувшись с фонариком над глендиными бумагами, стояла фигура в чёрном — классический наряд наёмных убийц. Гленда не столько испугалась, сколько разозлилась — это кто ж позволил себе покушение на жену патриция? Они себя бессмертными считают?

Позже, обдумывая свои действия, она поняла, что бессмертной, скорее, считала себя она. Ничем иным нельзя было объяснить то, что она не воспользовалась возможностью сбежать, но ворвалась в кухню, схватила стул и, как учил Хэвлок, спинкой врезала злоумышленнику по шее. Тот упал как подкошенный, а Гленда, скинув тапочки, перепрыгнула через него и прямо в пледе выбежала на улицу через парадную дверь.

Улица празднично сияла — фонари освещали свежевыпавший снег. Ногам немедленно стало холодно. Не успела Гленда пробежать и пары шагов по тротуару, как кто-то подхватил её на руки. Она уже согнула колено, чтобы ударить этого второго негодяя по шарам, как нос уловил знакомый аромат, а тело расслабилось в привычных объятиях.

— Хэвло… Поставь, спина! — выкрикнула она невпопад.

— Ты же должна была быть на собрании, — проворчал Хэвлок, опустив её на верхнюю ступеньку и толкнув дверь. — Он хоть жив остался?

— Газон меня отпустил. Наверное, остался, а… Постой… Ты! — до Гленды окончательно дошёл смысл сказанного, и она рассвирепела. — Ты подослал ко мне наёмного убийцу?!

— В своё оправдание могу сказать, что в данном случае он выполнял функции вора. Зайди в дом, простудишься.

— Если я тебе надоела, мог бы попросить развод!

— Не говори глупости! Это всего лишь Родрик, сын тёти Роберты. И я предпочёл бы поскорее его осмотреть. Очень не хотелось бы сообщать тётушке о кончине единственного сына.

— И что, скажи на милость, делал Родрик в моей кухне? Втайне от меня?

Она всё ещё кипела гневом, но не мешала Хэвлоку зайти в кухню и включить верхний свет. С пола доносились стоны.

— Что ж, по крайней мере, он живой, — констатировал Хэвлок и опустился на колени рядом с неудачливым убийцей.

— А мог бы и не быть! Я ведь ударила его стулом, как ты меня учил. Что происходит?

— Будем считать, отчасти его извиняет тот факт, что ты воспользовалась моими уроками, хотя для будущего члена Гильдии Наёмных Убийц всё равно вопиющая небрежность.

— А я говорил, — донёсся с пола страдальческий голос. — Говорил, что хочу пойти в актёры. Дядя Хэвлок, может, вы хоть теперь согласитесь, что мне не место в этой вашей Гильдии?

— Это уж точно…

— Что. Он. Тут. Делает?! Отвечай, Хэвлок Ветинари, или я приложу сковородкой вас обоих, а потом сдам Ваймсу — то-то он порадуется!

— Ну же, объясни её светлости, зачем я тебя посылал, — Хэвлок помог Родрику подняться. Родрик оказался тощим бледным юношей. Гленда вспомнила, что видела его однажды, когда тот приезжал вместе с матерью, но он был неразговорчив и старался держаться в тени.

— Я должен был сфотографировать черновики, — всё так же страдальчески сообщил Родрик, потирая шею. — Сфотографировать черновики романа и найти схему, чтобы узнать, кто убийца.

— Ты сама виновата, дорогая, — обиженно добавил Хэвлок. — Если бы ты честно рассказала, кто преступник….

— Да не знаю я! — взорвалась Гленда. — Не решила ещё!

— То есть, как это не решила?

— Да очень просто. Так, знаешь ли, вдохновение работает — сразу всей картины не видишь. Сейчас вообще получается, что у всех будет алиби, и я не представляю, кто мог бы совершить преступление, и в чём оно, собственно, состояло.

— Но так не бывает, дорогая моя. Либо одно из алиби — поддельное, либо круг подозреваемых очерчен неточно, и есть кто-то неучтённый, вне подозрений.

— М-м, неучтённый… — эта мысль Гленде понравилась.

— Дядя Хэвлок, можно я пойду? — пробормотал тем временем Родрик, продолжая потирать шею.

— Бедный ребёнок! — снова разъярилась остывшая было Гленда. — Посмотри, что ты натворил со своими интригами! — бросила она Хэвлоку и совсем другим тоном, обращаясь к Родрику, добавила: — Может, ты хочешь чаю, дорогой?

— Спасибо, но я бы лучше выпил что покрепче и приложил лёд, — смущённо пробормотал тот. — Я хотел дойти до “Клатчского лабиринта”, они недавно открылись рядом с Почтамтом.

— Возьми мою карету, — предложил Хэвлок будто нехотя. — Скажи кучеру, что я останусь тут до утра. И — да, выпускной экзамен в Гильдии с такими талантами тебе лучше не сдавать. Я сам напишу Низзу и твоей матери на этот счёт.

— О, спасибо! — юноша буквально расцвёл.

— Если ты действительно хочешь стать актёром, я могу написать подруге в Ланкр, — добавила Гленда. — Король Веренс вдохновлён успехом оперы и собирается открыть театр. Моя подруга, директриса оперы, говорит, что этим будет заниматься брат короля, Томджон Витоллер из Дискуса, знаешь его?

— О. О-о! Да, конечно! Это было бы… Спасибо! — Родрик расцвёл и, кажется, забыл даже о больной шее.

— Тогда так и сделаем, — улыбнулась Гленда.

— Не смеем тебя задерживать, — процедил Хэвлок.

Когда юноша ушёл, он повернулся к Гленде.

— Ты что-то придумала, — сказал он, надвигаясь на неё и поправляя плед у Гленды на плечах. — Ты ведь уже знаешь, кто преступник.

— Придумала, — не стала отпираться Гленда. — Но тебе не скажу, — она показала язык. — Будешь знать, как подбивать честных людей проникать в чужие дома.

— Кстати об этом — ты ведь могла просто выбежать через любую из дверей, зачем ты полезла в кухню?

— Должна же я была выяснить, что происходит.

— Любопытство, говорят, сгубило не одну кошку.

— Ну, эта кошка, как видишь, может за себя постоять.

— Хорошо. Я рад, что моим урокам нашлось применение. И всё же… Не будем уходить от темы.

— Не скажу ни слова!

— Ты вынуждаешь меня пойти на крайние меры…

— Крайние меры? Да тебе ещё извиняться и извиняться за тот ужас, который я пережила сегодня.