ЖАНРЫ

Гордость, сила и зима: стирая границы
Шрифт:

— Просто… Я даже не колебалась, когда замахивалась, я какой-то монстр.

— Хватит ерунду говорить, — сердито произнес Дик. — Если кто и был монстром, так это Арчер. Ну вот, опять плачешь, что же мне с тобой делать? — на удивление нежно спросил он.

Форс выудил из кармана штанов неестественно большой платок и приложил его к моему носу.

— Сморкайся. Ну, не слышу, громче. Вот и умница. Нет, себе оставь, — отказался Ричард от протянутого платка. — Знаешь, только не говори никому, что я это тебе сказал. Нам бы и за десять лет не удалось бы найти в команду кого-то лучше, чем ты.

— Форс, ты ли это? — прогундосила я из-за платка, который вновь подвергся истязаниям. Но эта фраза Дика заставила сердце екнуть.

— Сам в шоке. Но я серьезен как никогда — ты гораздо сильнее, чем кажешься. И чем ты сама думаешь. У нас на заданиях ещё не раз будут возникать такие ситуации, это оборотная сторона медали. Только выглядит всё красиво — благородные цели, мир в королевстве, а на деле — много чернухи. И все в ордене убивали, ради самозащиты в основном, но факт остается фактом. Вспомни хотя бы тот момент, когда твоя лжесвадьба была. Помнишь же, чем дело кончилось.

— И ты тоже? — удрученно шмыгнула я носом, откладывая мокрый платок в сторону.

— И я, и Лекс, даже Эван. Эван, кстати, сильнее всех переживал, но с ним проще было — выпили да по девочкам пошли. Как говорится, приятное с полезным совместили, — лицо Ричарда приобрело мечтательное выражение.

— Эй, — пихнула я его локтем в бок, — ты вообще-то меня утешаешь, так что рассказы о твоих похождениях не совсем то, что нужно.

— Вот, уже улыбаешься.

— Тебе лишь бы шутить, — попыталась я легонько стукнуть его костяшками пальцев по лбу, но руку проворно перехватили.

— А ты сумасшедшая, — фыркнул Ричард, продолжая сжимать мою ладонь.

— Вот как? — посмотрела я на него, слегка прищурив глаза и вытирая свободной рукой следы слез. Весь этот наш разговор как-то успокаивал и оттеснял посторонние мысли.

— А какая нормальная девушка добровольно будет разъезжать по стране и рубить нечисть направо и налево, а еще попутно раскрывать заговоры? Но, вынужден признать, я восхищаюсь вами, леди Прайд, — Дик шутливо изобразил поклон и поцеловал мою руку.

И кто из нас сумасшедший? — почему-то я произнесла эту фразу шепотом.

— Может, оба?

Некоторое время мы сидели и смотрели друг на друга, не пытаясь отвести взгляд или начать ненужный разговор. Я с удивлением заметила, что сердце начало стучать все быстрее и быстрее. Тревоги улетели куда-то далеко-далеко, мир сузился до размеров одной комнаты, а потом и вовсе сосредоточился на сидящем рядом человеке. Затуманенное сознание отметило тот факт, что мы непроизвольно тянулись навстречу друг другу…

Раздавшийся раскат грома помог сбросить нахлынувшее оцепенение. Я резко выдернула свои пальцы из ладони Форса, а он сам вскочил с кровати и переместился к двери.

— Я вспомнил, мне еще к Лексу зайти надо, — Дик попытался найти дверную ручку, но удалось это ему только с третьего раза.

— Да-да. А я вообще спать хочу, — я старалась смотреть куда угодно, только не в его сторону.

— Вот и чудненько.

Дверь за Форсом закрылась, и я снова осталась в одиночестве. Подойдя к окну, отодвинула занавеску и прислонилась лбом к холодному стеклу. Похоже, я действительно сошла с ума.

***

Утро не принесло с собой ничего хорошего — угрызения совести отступали очень медленно, настроение было на редкость мрачным, а вскочивший красный прыщ на носу только усугубил ситуацию. Хорошо, что этой ночью я спала без кошмаров, приняв на ночь убойную дозу успокоительных капель, а то сейчас бы вообще напоминала недавно укокошенного Арчера.

Зеркало безжалостно отразило мою бледную физиономию с залегшими под припухшими глазами тенями. Волосы после сна и вовсе напоминали развороченный стог. Расческа предательски запуталась и напрочь отказалась работать по своему прямому назначению. Безуспешно подергав ее пару раз, я плюнула на это дело и оставила ее болтаться где-то сзади, не распутаю — так выстригу.

Спрятав лицо в ладонях, я прокручивала в голове прошедшие события. Я — убийца. Сердце неприятно кольнуло от этих мыслей, а на глаза опять начали наворачиваться слезы. Если физически я все-таки оказалась готова дать отпор, спасибо тренировкам, то морально — нет. Разница между усекновением вурдалака и живого человека — колоссальна. Вступая в орден, я знала, на что иду, но где-то в глубине души надеялась, что до убийства людей дело не дойдет. Дошло. Убеждения Форса, конечно, успокоили меня, но червячок сомнений все равно остался.

Ричард Форс. Надо же было ему зайти ко мне в комнату! Как же вовремя гром прозвучал, иначе… Представив картину, которая могла бы произойти, я слегка смутилась и начала яростно дергать висевшую расческу. Этого только не хватало — увлечься кровником, да меня отец за такие дела лично в могилку уложит! От этих мыслей по телу прокатилось какая-то щемящая боль. Пробежав практически от макушки до пяток, она прочно обосновалась в районе сердца.

Я тряхнула головой, отгоняя от себя ненужные мысли, и расческа вылетела из волос, закатившись куда-то под кровать. Как вести себя теперь с Диком — я вообще не представляла. Эх, Веронику бы сейчас сюда, она бы мне точно совет смогла дать. Она-то уж не допустила бы подобной ситуации, а если и допустила, то выкрутилась как-нибудь. Нет, такое произошло только потому, что я не до конца протрезвела. И была стрессовая ситуация. Иначе мне бы и в голову такое не пришло, правда?

Грязная одежда всё ещё лежала под стулом, при взгляде на неё к горлу опять подкатил липкий комок. Нервно сглотнув, я подошла к смятым вещам и брезгливо скомкала их, а затем швырнула в камин. Потом переместилась к комоду и сделала пару глотков успокоительного прямо из флакончика. Надо было развести настойку в воде, но вряд ли бы мне сейчас помогла слабая концентрация. Лекарство подействовало достаточно быстро, уже через несколько минут по телу разлилось чувство расслабления. И в голове все словно разложилось по полочкам. Появилось спокойствие, неестественное, но спокойствие.

Видеть никого не было никакого желания, но и отсиживаться целый день в комнате тоже нельзя. Сделав еще несколько глотков настойки, я вышла в коридор и не спеша направилась в сторону лестниц. В висках теперь почему-то ломило, а тело слушалось немного заторможенно. Если меня кто-то и окликал, то я не отвечала, направляясь куда-то. Куда — я сама не знала. Голода не ощущалось, на улицу тоже идти не хотелось: во-первых, там было еще мокро от ночной грозы, во-вторых, дождь мог снова начаться в любую минуту. Сама погода словно издевалась, нагоняя еще большую тоску и тревогу. Немного потаращившись на затянутое тучами небо, я сделала зарубку на память — выпить еще лекарств, когда вернусь в комнату.

Поделиться с друзьями: