Чтение онлайн

— Ты решил про всех своих девушек рассказать? — не сдержалась я от смешка. — Ладно, не обижайся. Что за Изабелла?

— Я тогда старше был уже, — охотно начал рассказывать Ричард. — А вот она гораздо младше, совсем девчонка. Не знаю, как объяснить. Если Кристина вызывала по большей части физическое влечение, то Изабелла привлекала чем-то внутренним. Смелая и бесхитростная. Взъерошенный воробей. Не знаю, где она сейчас, если честно.

Надо же. Никогда бы не подумала, что Дик так тепло может вспоминать что-то из прошлого. Невольно я позавидовала неизвестной Изабелле, потому что, судя по рассказу, она была совсем маленькой, но все равно сумела оставить след в душе Форса. Я настолько задумалась, что не сразу заметила, как на меня двух сторон уставились братья, явно чего-то ожидая.

— По идее, на этом моменте должен быть твой душещипательный рассказ, — подсказал Дик, — а потом ты торжественно скажешь, как его звали.

— Да. Откровенность за откровенность, — поддакнул Эван.

— Я не просила об этом, — улыбнулась я. — Я не знаю имени.

— Как так? Вэл, это нечестно!

— Эван, я правда не знаю. Я его видела всего один раз в жизни, когда маленькая была. И мы не представились как-то друг другу.

— И каким был этот мальчик?

Я некоторое время ехала и молчала, не зная, как ответить на вопрос. А правда, каким? Я плохо помнила его, твердо знала лишь то, что он был старше меня лет на пять. Лучи солнца скользнули по моему лицу и заставили сморщиться, а потом я сказала:

— Теплым. — Я ответила на недоуменные взгляды: — У него руки очень теплые были. Так, давайте закончим уже с детскими воспоминаниями, а то смотрите, как мы отстали.

Это было действительно так — наши спутники пустили коней рысцой по ровной дороге, ведущей к Дорздену. Я стукнула Дьёго пятками, подгоняя вперед, а братья на некоторое время остались позади. И воспоминания снова отнесли меня на несколько лет назад, в весенний сад Торнтонов, где я и встретила мальчика с теплыми руками.

========== Глава двадцать четвертая, о компрометировании и невидимых ношах ==========

— Проходите, проходите, — суетливо говорил губернатор Дорздена, рассыпаясь перед нами в поклонах. — Эй, ребятушки, коней в порядок приведите, чтобы они к утру бодрячком были.

Господин Освальд Крид занимал должность губернатора Дорздена и близлежащих к нему территорий вот уже пятнадцать лет, и за это время преступность на вверенных ему землях существенно снизилась. Во всяком случае, так он сам утверждал, пока сопровождал нашу делегацию в дом. В этом мужчине чувствовалась военная выправка, каждый шаг был четко отмерен, но речь его была торопливой, словно тот опасался забыть заготовленную фразу. Возраст уже начал оставлять на нем свои следы — светлые волосы были тронуты сединой, а вокруг глаз прочно обосновалась сеточка морщин. Но со спины ему нельзя было дать больше сорока лет, хотя на деле возраст губернатора перевалил уже за пятый десяток.

— Это такая честь принимать вас в нашем доме, — продолжал рассыпаться в благодарностях господин Крид. — Через час извольте откушать, а пока отдохните, комнатки вам уже подготовили, ванны осталось только заполнить.

Ванна! О да, о ней я сейчас мечтала больше всего. Широкие лестницы с белыми ступенями показались какими-то особенно длинными, а каждый шаг давался с невероятным трудом. Но я не смогла не отметить великолепное убранство особняка, находящегося почти в самом центре столицы. Даже снаружи здание поражало воображение своими размерами, а внутри так и вовсе оказалось еще более впечатляющим. Отделка явно была дорогой, но не броской, отсутствовали те безвкусные предметы, которыми так стремились заполнить свои дома дорвавшиеся до власти выходцы из средних слоев населения. Несмотря на то, что Освальд Крид поднялся по карьерной лестнице с самых низов, его дом не похож на дешевую безделушку. Здесь чувствовались стиль и утонченная женская рука.

Слуги, которые попадались нам по пути, выглядели очень опрятно и сыто, при виде хозяина они не падали в благоговейный обморок, но мужчины тут же отдавали честь, а женщины слегка приседали в поклоне. Сам же губернатор вежливо улыбался им, и улыбка эта отнюдь не была натянутой. Во всем доме царила какая-то светлая атмосфера, а яркое освещение и белая мебель только добавляли уюта.

Отведенная мне комната тоже оказалась очень уютной и достаточно просторной. Я опустила свои сумки на пол и начала увлеченно в них копаться. Достав банные принадлежности, сразу же потопала в ванную, на ходу расставаясь с одеждой. А увиденная бадья так и вовсе заставила застонать от будущего удовольствия — она была просто огромна. С наслаждением погрузившись в ароматную воду, которая источала запах миндаля и шиповника, я откинулась на бортик и удовлетворенно закрыла глаза. Усталость медленно отступала, мысли прояснялись, а также появился аппетит. Пар от воды приятно щекотал лицо, невольно заставляя улыбаться, а все тело стало таким расслабленным. Я умудрилась заснуть и с бульком погрузиться на дно бадьи. Внезапный нырок тут же пробудил и заставил покинуть начавшую остывать воду. Кинув в емкость впитывающие кристаллы, я обмоталась потуже полотенцем и прошла в комнату, затем завалившись на кровать.

Свежее постельное белье услужливо хрустнуло под моим телом, надо бы начать собираться, но сонливость опять навалилась с новой силой. Видимо, ванная была все-таки слишком горячей. Больше всего хотелось подремать пару часиков, чтобы потом сразу же направиться в храм, но это невежливо по отношению к принимающей нас стороне. Сумки находились как-то возмутительно далеко, заставив пожалеть о том, что телекинезом я не владела. Еще и разбросанные по всей комнате вещи не мешало бы собрать, моя форменная рубашка так и вовсе покоилась на ширме, а штаны улетели под стул. Хорошо, что с собой есть еще комплекты формы.

Пересилив себя, я начала собираться. Но первым делом вытащила собранную омелу и разложила ее на комоде, чтобы она немного подсушилась, а уже затем начала разбираться с одеждой. Вещи теперь аккуратно лежали стопочкой на стуле, а васильковое платье дожидалось своей минуты на кровати. Больше всего времени ушло на то, чтобы распутать то воронье гнездо, что образовалось на голове. Сами по себе волосы мои были не особо густыми, но кудри все равно постоянно путались. Пару раз я пыталась их обрезать, но меня за этим занятием застукала леди Игрейн и чуть не придушила. Свои волосы она наоборот всячески пыталась превратить в локоны, но укладка у нее долго не держалась.

Заплетя волосы в привычную косу, я обулась, а затем начала надевать платье и столкнулась с проблемой — шнуровка располагалась сзади. Руки просто отказывались вывернуться под нужным углом и затянуть верх достаточно туго. Мои попытки справиться со шнуровкой прервал стук в дверь.

— Прайд, ты скоро?

Обернувшись, я увидела, что в комнату просунул голову король и терпеливо дожидался ответа на свой вопрос.

— Три минуты, ваше Величество. Будьте добры, позовите кого-нибудь из служанок, мне нужна помощь.

— Есть более быстрый вариант, — сказал правитель. Сначала я не поняла, что он подразумевал, а потом почувствовала, что шнуровка затягивается.

— Ваше Величество, вы меня компрометируете! — возмутилась я. — Не так туго, мне еще дышать надо.

— Прайд, расслабься, нас губернатор вообще хотел в одной комнате поселить. Слухи, слухи.

— О, сплетни о нашем маленьком представлении и до Ронии долетели? — поинтересовалась я, поправляя длинные рукава платья.

— Вроде того. Зараза, — ругнулся сквозь зубы король.

— Сами вообще-то тогда план разработали, теперь пожинайте плоды.

— Да я петельку пропустил, — объяснил Блейк, а затем начал ослаблять шнуровку.

— И это более быстрый вариант? — обреченно спросила я, в очередной раз лишенная доступа к воздуху резким рывком, который теперь уже затягивал верх. — Есть в этом здании хоть кто-то, способный одеть женщину?

— Тут, знаешь ли, больше в обратных действиях все как-то практиковались.

— Ваше Величество!

С горем пополам монарху удалось справиться с добровольно взваленной на собственные плечи миссией, и мы все-таки направились в столовую. Разумеется, торжественный выход не остался незамеченным: мы практически сразу столкнулись с Тревором Саксом. Он торопливо шел к лестницам, небось, опять зачитался у себя в комнате. Увидев нас, Трэв притормозил и удивленно спросил: