Чтение онлайн

— Спи, неугомонная, — откинул с моего лица нависшие пряди волос Форс, а затем быстро проскочил в ванную, захлопнув за собой дверь.

Пока я выпутывалась из одеяла, дверь в ванную, Дик, разумеется, уже запер. Я пару раз стукнула по ней, но открывать мне не спешили. И этому человеку летом исполнится двадцать три года! А по поводу входной двери — это он прямо в точку, надо бы исправить эту оплошность, а то новых ночных визитеров моя психика не вынесет. Уже засыпая, я вспомнила слова Ричарда о деликатном тексте, видимо, братья сейчас сосредоточенно писали ответ госпоже Жаклин. Эта мысль заставила шевельнуться в груди какое-то непонятное чувство, но понять, что это, я так и не смогла, окончательно сморенная сном.

***

Настроение было просто прекрасным, несмотря на то, что провели очередную экзекуцию собранием. Короли обсуждали последние детали договора, внося дополнительные коррективы, советники дружно поддакивали, а остальные маскировались под предметы мебели. Иными словами, это совещание должно было навевать тоску, но я так сияла улыбкой, что под конец на меня уже начали коситься мужчины из ордена. Еще бы, выглядело это действительно подозрительно, ведь обычно моё лицо во время таких мероприятий больше напоминало вежливую маску. Грей даже с опаской поинтересовался, в честь чего это я так сияю, но полученный ответ про хорошую погоду его мало удовлетворил.

Причина веселья была на редкость банальна: проснувшись сегодня утром, я почти сразу вцепилась в Эвана и незаметно для него все-таки смогла провести диагностику. Возвращение дара и послужило причиной приподнятого настроения, а также редкостного благодушия. Я даже добровольно вызвалась поехать завтра в Гнильцы, чтобы «осмотреть» подарочек в последний раз. Изначально меня собирались оставить в замке, заменив Оливером. Грей и Кристалл будут проверять все вокруг с помощью магии, а Эван и Сакс должны были удостовериться в безопасности опытным путем. Тронный зал по случаю такого события, как подписание мирного договора, уже сегодня начали заставлять мебелью. Король Августин уверял, что в его замке мы можем ни о чем не волноваться, но все же следовало перестраховаться. Меня, конечно, могли бы припахать к простукиванию стен или еще к чему-нибудь, но рядом наверняка крутился бы Джейсон и вдалбливал бы мне в голову что-то про нежить. Так что, рассмотрев возможные перспективы, я выбрала поездку на свежем воздухе, туманно намекнув, что в замке от меня не было бы вообще никакой пользы.

На самом деле, поездка в Гнильцы носила чисто формальный характер, если бы не дань традициям, то ее вообще бы не было. О каких традициях так упорно все твердили, я не поняла. Видимо, король Филипп завтра должен будет биться лбом о землю в Гнильцах и плакать, что отдает их, родимых, совершенно незнакомым людям. Но всегда будет их помнить и рассказывать своим потомкам, что когда-то принадлежала эта деревенька Ламелии… В очередной раз посмеявшись над своими глупыми мыслями, я устремилась дальше по коридору в сторону комнат, напевая одну песенку про дракона, который хотел похитить принцессу, но перепутал башни и украл пожилого мага. В песне дракон еще долго удирал от обрадовавшегося такой удаче колдуна — ведь шкура дракона и его зубы — очень ценные ингредиенты для зелий.

— Соскучилась по мне? — поинтересовался Джереми, который стоял между рыцарскими доспехами. Я его даже сразу не заметила, неплохая маскировка, однако.

— Чего тебе? — настроение сразу же упало, а вместо песни про дракона в голове настойчиво закрутился мотив «Шел б ты…».

— Хочу показать тебе мою комнату, — встал передом мной парень, не пропуская вперед. — Но она в другом крыле.

— Вот и осматривай ее в одиночестве, — фыркнула я, пытаясь пройти, но Джереми оказался более проворен, чем предполагалось. — Я тебя предупреждала, по-моему. Проблемы со слухом? Или появились дополнительные ноги?

— Давай тогда прямо здесь, по-быстренькому, — ухмыльнулся сын министра и потянулся к ремню, — а потом побежишь всех остальных ублажать.

Помимо воли я подскочила к потерявшему всякий стыд молодому человеку, который не иначе как по недоразумению являлся аристократом, и залепила пощечину, от которой его голова слегка дернулась в сторону. Он дотронулся пальцами до, как я надеялась, пламенем горящей щеки и стер выступившую кровь. А я с мрачным удовлетворением наблюдала, как набухала царапина на его щеке.

— О, кошечка с коготками, — слизнул Джереми кровь с пальца. — Правда глаза колет? Скажи, а с кем тебе больше нравится кувыркаться в постели? С блондинчиками? Или тебе нравятся мужчины поопытнее? А может, ты предпочитаешь рассказывать сказки на ночь вашему королю?

— Да как ты смеешь даже упоминать их своим поганым ртом? — окончательно вызверилась я, выхватывая кинжал. Оскорбления в свой адрес я еще как-то могла стерпеть, потому что прекрасно представляла, как со стороны смотрится единственная девушка среди стольких мужчин. Но то, каким тоном этот червяк выплюнул слова о моих товарищах. Даже не червяк, слизень, его глаза так и наполнились испугом, когда я прижала лезвие к его горлу. — Ты даже мизинца не стоишь, жалкий трус. Где же твое красноречие? Язык проглотил? Боишься, что твою шкурку попортят, слизняк?

Он действительно был напуган, над губой выступили капельки пота, а глаза нервно бегали из стороны в сторону. Отчаянно прижавшись к каменной стене, Джереми даже не делал попыток высвободиться. Как же он был жалок. Убивать его я не собиралась, да и что говорить, парню бы не составило большого труда выбить из моей руки оружие, которое я судорожно сжимала в подрагивавшей от гнева ладони.

— Если, если, — дрожащим голоском практически пропищал Джереми, судорожно сглатывая. — Ты что-то сделаешь, это будет политический скандал. Мой отец этого так не оставит!

— Смотри, как запел! — изобразила я удивление. — Только и можешь прикрываться политикой да спиной папочки, без которого ты — пустое место, — прошипела фразу, отходя на пару шагов назад и отмахиваясь от него, давая понять, чтобы Джереми проваливал.

Надо сказать, без стали под горлом он стал чувствовать себя гораздо увереннее. На лице опять появилась самодовольная усмешка, хотя руки, которыми он вытер пот со лба, все еще немного дрожали. Спиной Джереми отступал назад, придумывая, чтобы еще такого сказать мне, дабы последнее слово осталось за ним.

— Дешёвка, — презрительно сплюнул он себе под ноги, сморщив нос, как будто смотрел на что-то не очень аппетитное.

Я же равнодушно смотрела на него, потому что знала, что через секунду он горько об этом пожалеет. Но я ошиблась, все случилось гораздо быстрее. Джереми Бэкон даже сообразить не успел, что произошло, как его руку заломили за спину, а потом он уже полировал лицом стенку. Тревор Сакс незаметно подкрался к парню сзади. На какой части разговора товарищ присутствовал, я точно сказать не могла, потому что сама заметила рыжего воина практически в самый последний момент.

— А сейчас, мальчик, — тоном, не предвещавшим ничего хорошего, пропел Тревор. — Ты будешь извиняться перед леди Валерией. Да так, чтобы она эти извинения приняла.

— Трэв, не надо, — запротестовала было я, но тут же осеклась, столкнувшись с взглядом Тревора.

— Не слышу извинений, мальчик.

— Прости, — прохрипел Джереми, колени которого выплясывали какой-то танец.

— Издеваешься? Даже я не слышу, а она — тем более. И будь добр, на «вы» обращайся, — силой развернул парня Сакс ко мне лицом.