Чтение онлайн

— Нет! — вскрикнула я. Слезы наконец-то хлынули из моих глаз, потому что представляла, чем это все обернулось.

— Клана Прайд больше нет, — тихо сказал Лекс, подходя ко мне и обнимая сзади за плечи. — Ваша кровная вражда переросла в практически официальную войну, и… В общем, из Форсов теперь остался только Дик.

Мне казалось, что я сейчас потеряю сознание. Тупая боль расползлась по всему телу, заполняя каждую его клеточку. Слова Лекса доносились, как сквозь одеяло, а я не могла ничего сказать, потому что из горла вырывались только маловразумительные хрипы. Я почувствовала, как Лекс вложил мне в руку стакан. Поднося его к губам, я искренне надеялась, что там яд. Ледяная вода свела зубы и рухнула в желудок, обдав холодом пищевод.

— Договаривай, — прошептала я, понимая, что Лекс еще не все мне рассказал.

— Королева Виктория поспособствовала началу войны с Ламелией, в которой и так была смута. Нашей страны теперь больше нет. Кстати, новоиспеченная правительница не особо долго горевала, несмотря на то, что скоропостижно овдовела. А потом разом лишилась детей. Да, принц Эдвард и принцесса Аннабель тоже погибли. Но это уже произошло после нашего отъезда из Ронии. Я даже толком не знаю, что с ними случилось.

Я сидела, обхватив голову руками. Как же такое могло получиться? Этого не должно было произойти, не должно. Но почему-то все случилось. Почему я оказалась здесь, в будущем, где от моей команды осталось только два человека?

— А где мы вообще? — неожиданно даже для самой себя спросила я, чтобы как-то отвлечься и не начать истерить.

— В Лерии, это дом моей матери, — почесал шрам Лекс. — Он, правда, продан давно. Но владельцы сюда и носа не показывают. Так что мы тут основательно засели.

— А остальные где? Тоже в Лерию перебрались?

Лекс замолчал. Тишина, которая повисла в кухне, мне не понравилась. Сердце нехорошо замерло, я притихла, ожидая, что скажет маг.

— Никого больше нет, Вэл, — выдохнул наконец Лекс. Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы покатились по щекам. Стало так невыносимо больно, что захотелось опуститься на пол и сжаться в комочек. Хотелось защититься хоть как-то от внешнего мира. А Винтер тихо продолжил: — Новая власть нас всех вне закона объявила. Как же, самые преданные покойному правителю Ламелии люди. Хорошо, что семьи успели переправить в разные страны. Нас методично всех истребляли, мы с Диком чисто случайно выжили. Недавно вот Гвендолин весточку прислала. Она после смерти Уилла совсем плохая была, но ради деток справилась, — отстраненно произнес Лекс, глядя куда-то пред собой.

Гвендолин и Уилл Темплы… У них была такая любовь, которую разрушили ради политической игры. А многие ребята так и не завели своих семей. Это же нечестно, совсем нечестно. Больше всего на свете я хотела проснуться и понять, что это все страшный сон. Я ущипнула себя за руку, но картинка перед глазами по-прежнему оставалась ясной, лишая последней надежды на то, что это все ненастоящее. Лекс присел рядом со мной на стул, покопался в одежде и извлек папироску. А раньше он не курил…

Все, за что мы так яро боролись, кануло в небытие. Принцип домино — толкнули одну костяшку, а повалились все. Если бы мне кто-то раньше сказал, что моя смерть может повлечь за собой такие последствия, то я бы расхохоталась этому человеку в лицо. По кухне пополз сладковатый дымок, я принюхалась к нему и закипела от возмущения — запах льёрника, растения обладающего наркотическим эффектом, я ни с чем не могла перепутать.

— Ты совсем, что ли? — в очередной раз крикнула я, отвешивая магу хорошую оплеуху и отбирая зажженную папиросу.

— Ты чего? — схватился Лекс за ухо.

— Чего я? Чего я? — я нервно вскочила и начала метаться по кухне. — Я полчаса назад узнала, что умерла три года назад. Согласись, немного выбивает почву из-под ног. Затем я узнаю, что мой лучший друг погиб от руки моего отца, его брат спился, а мой названный брат — подсел на наркотики. Вся моя семья уничтожена. Наша страна уничтожена. А в довершение — дело всей нашей жизни улетело в бездну!

Закончив гневную тираду, я кинула окурок на пол и уставилась на Лекса, пытаясь выровнять дыхание. Я понимала, что он ни в чем не виноват, но просто не могла сдержать нахлынувших эмоций. Такое чувство, что весь мир рухнул, разлетевшись на тысячи осколков, каждый из которых пронзал тело насквозь. Собственно, так оно и было.

— Знаешь, я уже и забыл, что тебя по запаху не проведешь, — впервые за все время улыбнулся Лекс.

— Толку-то от этого…

— Знаешь, я не хотел навредить тебе, честно. Просто, представь себе, что я испытал, когда увидел нашу погибшую сестренку.

Я передернула плечами, не очень приятно слушать про то, как тебя не стало. Но я же здесь, как такое могло произойти? А Лекс тем временем отстраненно продолжал:

— Да, тебя только по этой белой рубашке и смогли найти, единственное светлое пятно, демон! — дальше Лекс ругнулся так витиевато и заковыристо, что я в очередной раз подивилась его лексикону.

Что-то в произнесенной им фразе заставило меня насторожиться. Белая рубашка?

— Повтори, — резко попросила я.

И Лекс повторил, добавив еще парочку крепких выражений.

— Я не об этом, ты сказал, что меня нашли в белой рубашке.

— Да.

— Но я ее надела перед тем, как спустилась! Я была в форме, я пришла в себя наверху, моя черная рубашка, — я особенно выделила цвет, — оказалась вся порванная, меня не могли найти в этой рубахе!

Мы с магом ошарашенно уставились друг на друга, все происходившее было странным. Нет, не так. Это было слишком странным даже для нас. Лекс опять потянулся к шраму и сосредоточенно поскреб его ногтями. Выражение лица мага постепенно менялось с недоуменного на удивленно-понимающее. Он взял меня за руку и повел в какую-то комнату, которая находилась рядом с кухонькой.

Комната была практически полностью завалена всякими магическими штуковинами, по стенам висели пучки непонятных волокон, а на столе свалены разные баночки и скляночки. Кто-то, видимо Лекс, передвинул всю мебель по периметру комнаты, освободив центр. В центре комнаты мелом была начерчена пентаграмма с немного неровными лучами.

— Помещение, из которого ты вышла, находится прямо над этой комнатой.

— И что это нам дает? — непонимающе спросила я, нервно расплетая косу и поскребывая макушку.

То, что рассказал Лекс, заставило мои глаза полезть на лоб: за несколько часов до нашего с ним разговора он провел обряд. О том, во что ему выльется это, маг умолчал, но ставка явно была очень высока. Кратко суть обряда сводилась к следующему: Лекс намешал свои порошки, поджег их и разбил сосуд со смесью в центре пентаграммы, требуя явить ему то, что поможет исправить этот кошмар, в котором все живут последние годы. Сам маг толком не знал, что должно было произойти, но, когда дым рассеялся, перед его глазами было волшебное «ничего». Он, конечно, ради приличия постоял некоторое время в помещении, проверил его на присутствие чего-либо, а затем в самом мрачном расположении духа отправился в комнату, где я его и обнаружила.

Все сводилось к тому, что заклинание сработало, обряд был проведен удачно, а призвал Лекс меня. Каким-то образом он умудрился выхватить меня в момент смерти в настоящем и отправить в будущее. Оставался открытым вопрос: как же все исправить? Ответ прост, словно полено, я не должна умереть в 969 году, тогда и спустя три года все будет иначе. Лекс должен отправить меня назад, в день моей гибели, но спустя секунду после того, как я исчезла в том времени. Это все казалось просто невероятным, но, если удалось сделать скачок в будущее, то и с прошлым все тоже должно было получиться.