Чтение онлайн

Мебели в доме его сына Джоя было предостаточно, однако бывший викарий не захотел бросать свою в Бостоне, потому что свыкся с нею и почти всю привез с собою в Хирламенс.

Рядом с комодом красного дерева, по-восточному подобрав под себя ноги, сидел Уорлок. Он внимательно всматривался в страницы старинного пергамента и удовлетворенно пробегал одну строку за другой. Затем он оторвал взгляд от рукописи и сделал магический знак рукой согласно описанному.

Нисколько не вредя колдуну, над ладонью его вырвалось пламя. Его длинные, алчные языки направлялись туда, куда хотелось колдуну. Уорлок чертил в воздухе колдовские знаки. Пламя следовало за рукой колдуна, целиком подчиняясь его воле.

«Получается, получается», — радость и удовлетворение колдуна возрастали. Он чувствовал себя всё более и более могущественным. И колдовская сила его возрастала с каждой прочитанной страницей, с каждым поглощенным им и познанным знаком. Подчиняясь желанию Уорлока, пламя погасло. Колдун вновь углубился в страницы книги «Грем-Гремуар».

Пернилла открыла духовку и достала из неё форму с пирогом. Удивлению её не было предела.

— Смотри-ка, — сказала она вошедшему на кухню мужу. — Странно как, пирог стал коричневым, однако тесто не пропеклось.

И в этот момент дверь распахнулась, и на кухню ворвался Рэтфорд.

— Скажите, — вскричал он в состоянии величайшего возбуждения, — кто-нибудь из вас занимается колдовством? Кто нарисовал знак на фронтоне вашего дома?

Джой недоуменно пожал плечами. «Что это за пришелец, и почему задает такие странные вопросы?» Помедлив немного, он ответил.

— Да нет.

— А кто нарисовал белый знак на вашем фронтоне?

— Не знаю. Я вообще последние двадцать лет не видел такого знака.

— Это мой знак, — сказал Элвис О'Брайен, входя на кухню.

Рэтфорд радостно бросился ему навстречу и горячо пожал ему руку, почувствовав родственную душу.

Бывший викарий подтвердил догадку Рэтфорда:

— Да, в нашей семье когда-то занимались колдовством.

Старик О'Брайен выбежал из дома, и Рэтфорд последовал за ним. Во дворе к ним присоединилась Кассандра. Элвис О'Брайен кивком головы поприветствовал её и указал на чердак:

— Вот там!

Рэтфорд на мгновенье задумался и сказал:

— Мне нужны лестница, молоток и гвозди.

Буквально через минуту он получил требуемое.

Взобравшись по лестнице, он захлопнул дверцу, ведущую на чердак, и стал заколачивать её широкими уверенными движениями.

Когда старик О'Брайен, Рэтфорд и Кассандра зашли в дом, Джой обратился к отцу с вопросом:

— Объясни же наконец, что вы делаете? Что происходит в доме?

Пернилла также недоуменно смотрела на свекра.

Но вместо него на ходу ответил Рэтфорд — ведь именно ему принадлежала инициатива.

— Если в доме есть дети, то их лучше увезти.

— А разве им что-то угрожает здесь?! Как мать я имею право знать это? — вскричала Пернилла.

И тогда навстречу невестке и сыну двинулся Элвис О'Брайен.

— Сметана, которая прокисла, хотя взбита накануне, лошадь, которая стоит с утра в холодном поту, хлеб, который не испекается в печи, — всё эти приметы должны быть хорошо известны и вам.

Джой с Перниллой тревожно переглянулись и побежали искать детей.

Распоряжался в доме Рэтфорд.

Он протянул Кассандре маленькие заостренные палочки, попросил зажать их зубами и сказал:

— Пусть это будет у тебя во рту. Это поможет предохраниться от колдовских чар.

Старик О'Брайен зажал в зубах точно такие же палочки. Он внимательно прислушивался к словам Рэтфорда, кивая в знак согласия.

— Уберете лестницу только по моей команде! И, ради Бога, старайтесь не встречаться с ним взглядами. Но если ваши глаза встретятся с глазами колдуна, прошу вас, не выказывайте при этом никакого страха!

всё трое двинулись к люку, который вел из прихожей на чердак. Старик О'Брайен потянул за веревку и притянул к себе лестницу, складывавшуюся пополам у самого потолка. Одним концом она уперлась в пол прихожей, а второй крепился у люка, ведущего на чердак.

Рэтфорд решительно двинулся по лестнице, держа в правой руке свой плетеный бич и сверкающий нож.

— Эй!

Рэтфорд оглянулся, стоя на верхних ступеньках лестницы.

— Ты, пожалуйста, поосторожней там! — попросила его Кассандра.

Оказавшись на чердаке, Рэтфорд не стал вставать в полный рост. Да и высота ската крыши над люком не позволяла сделать этого. Продвигаясь на четвереньках, он миновал лампу «летучая мышь», затем пробрался мимо плетеной корзины и, наконец, поднявшись в полный рост, оказался у груды мебели.

Рэтфорд осмотрелся. Лестница, старый разбитый комод, прялка, умывальник, старая металлическая кровать. Когда Рэтфорд подошел к груде старых резных стульев, то из темноты на него что-то с шумом понеслось. Это что-то, едва не задев его лицо, промчалось к лестнице. Рэтфорд развернулся и ударом бича настиг серое пятно.

Раздался пронзительный писк. Рэтфорд приблизился к лестнице и увидел, что на ней, зацепившись крылом, повисла огромная летучая мышь. Рэтфорд поднял её за крыло и та закачалась, безжизненно обвиснув. Рэтфорд бросил её на пол и отфутболил ногой в темный угол.

Отступив несколько шагов назад, он ударился теменем о свод крыши и от неожиданности вздрогнул. Взгляд его упал на чердачное окно, приоткрытое и подпертое палкой.

— Я вижу, я знаю, я чувствую, он был здесь! — вскричал Рэтфорд. — Был здесь, но ушел.

И всё же Рэтфорд не прекращал поисков, чтобы убедиться в своей правоте, чтобы найти следы пребывания колдуна на чердаке.

Он проходил, исследуя каждый квадратный сантиметр чердака, пока наконец не обнаружил то, что искал. Это был перевернутый и разбитый старый комод.

Пройдясь ножом по потайной нише в комоде, он обнаружил в ней пергаментную страницу. Рэтфорд взял её и попытался разобрать строки заклинания. Он догадался, что это страница из колдовской книги «Грем-Гремуар». Теперь он знал, что ищет колдун, но еще раз захотел увериться в своей правоте, в том, что эта страница обладает колдовской силой.