Чтение онлайн

— Да, здесь, — отвечаю еле слышно себе под нос, отстёгивая ремень безопасности.

— М… — осматривает он наш дом. Это, кстати, не новостройка. Обычная старая хрущёвка, и мне плевать вообще, что он думает. Внутри там вполне круто. Ухоженно и чисто. Не все столь богатенькие, как он, разъезжающий на Майбахе… Мальчик из Малибу… — Пригласишь? — звучит следом, и я закашливаюсь, вытаращив на него свои глаза.

— Что? Нет. Конечно, нет… Об этом не может быть и речи…

— Но пакеты тяжёлые…

— А мне не привыкать таскать тяжести! — выпаливаю я, открывая дверь его внедорожника.

— А я не могу этого допустить, — идёт он за мной и нагло отрывает багажник, отталкивая меня плечом. Сам вытаскивает пакеты и смотрит на меня, пока я скрещиваю на груди руки и ответно гляжу на него.

— Не-а… Нет… Бессонов, я не шучу.

— Этаж говори, Рай… — настаивает, заставляя меня проглотить ком. Господи, вот прицепился же, а… Ну, зачем? Как я смогу это объяснить потом? — Раааай… Ща уроню… А там яйца у тебя… Разобьются…

— Лучше бы твои разбились, блин, — бубню себе под нос.

— Что?

— Ничего, пошли… — веду его в подъезд, где у нас еле светит лампочка. А ещё у нас тут всегда шумно… Соседи ругаются. И сейчас тоже самое. Но мне пофиг. Лифта нет, приходится идти на четвёртый этаж пешком.

Добираемся и я открываю дверь.

— Я вообще не хочу, чтобы ты заходил… — признаюсь ему честно…

— А чё у тебя тут? Свалка? — ржёт он, но когда делает шаг внутрь, и я включаю свет, он, наверное, даже теряется от чистоты. Потому что я ненавижу бардак. Ну и гостей тоже не люблю. Я люблю, когда чисто и тихо в своей крепости. Чтобы возвращаться и просто заниматься своими делами. Правильно ведь говорят — чисто не там, где убираются… Чисто там, где не свинячат…

— Там кухня… В холодильник я уж сама разложу, если ты не против… — выдаю язвительно, пока он усмехается. Доносит пакеты до моего серебристого друга и плюхается на диванчик неподалёку.

— Ну… Уютно. Давно одна живёшь? — спрашивает, рассматривая мои стены со всякой ерундой. Я часто вешаю разные детали, они помогают заполнять пустоту. Правда, когда Тася увидела это, будучи в гостях, она сказала, что это уродство. А мне нравятся эти тарелки и часы, и фотографии. Мне вообще всё это нравится.

— Тебе-то что, Лёша?

— Тупо спросил… Как никак в одной школе учились…

— О, да. Это делает нас очень близкими людьми, — улыбаюсь я, увидев и у него красивую улыбку, но потом резко отворачиваюсь. Раскладываю всё по полкам.

— Чай будешь? — спрашиваю, сама не зная зачем. Просто это не вежливо.

— Ты же напряжена сейчас… Зачем в такой обстановке пить чай… — будто издевается он, рассматривая меня. — Ты не бойся, я не укушу. Помочь просто хотел.

— Ага, знаем мы вашу помощь…

— Что конкретно? — скрещивает пальцы в замок. Ну и ручищи у него, конечно. Всегда были накаченными, а сейчас просто нет слов.

— Да ничего… — заканчиваю я, закрываю дверцу. — Тогда отвезёшь меня до машины?

— У меня вообще-то дела ещё были, — улыбается он, поглядывая на часы.

— Ой… Ну ясно. Ладно, сама заберу на такси, — говорю ему, пока он ржёт и буквально закатывается в смехе.

— Ты что реально меня разводишь?!

— Да шучу я, блин, Рай… Какая ты ведомая, а… С ума сойти…

— Ну это совсем не смешно. И я не ведомая… — хмурюсь, а сама думаю… Неужели это так? Он создал ситуацию, в которой я нуждаюсь в нём. И я как дурочка ведусь на все его уловки.

— Что по Тасе? Придумал уже, как вернуть? — встаю возле раковины и мою руки. Кажется, при этом вопросе у меня сводит мышцы на всём теле. Хорошо, что он не видит, как дёргается мой глаз, ведь я стою спиной.

— Ага, полно мыслей, — отвечает он каким-то излишне равнодушным голосом, и я смотрю, что он делает. Зависает в телефоне… Наверное, уже ей вовсю пишет.

— Я всё, — вытираю руки полотенцем. — Можем ехать? Или…

— Поехали чё, — встаёт он и выходит из-за стола, направившись обратно в прихожую.

— Тебе нравилось в другом городе?

— Нет. Не моё, — отрезает без раздумий.

— Понятно… Целый год ты присматривался… Ничего себе…

— Так бывает, Ир… Порой не замечаешь, что то, что нужно находится прямо у тебя под носом, — усмехается он и выходит в подъезд, а я гашу везде свет и выхожу за ним следом.

Все его странные выражения и намёки конечно весьма и весьма интересные, но… Я не могу брать их на свой счёт. Потому что у меня интуиция, которая подсказывает мне, чтобы я держалась от Бессонова подальше.

— Так чё за девчонка тебе сегодня строчила? — спрашивает, когда мы собираемся садиться в машину.

— Да… Долгая история…

— Я весь внимание…

— Ну в общем… — только хочу рассказывать, как сверху вниз летит старый советский телевизор, и Лёша буквально рывком дёргает меня к себе, пока я смотрю наверх на соседей в ужасе.

— Вот тебе съела?! Тварь жирная! Только и делаешь, что перед телеком своим сидишь и жрёшь! Задолбала!

— Ах ты гад неблагодарный! Я тебе всю жизнь отдала! А ты с Людкой за моей спиной! И это я ещё жирная?! Я тебе троих детей родила, скотина!

— О, Боже… — произношу я, ощущая тепло Бессонова, пока он ржёт и смотрит наверх.

— Весело тут у вас…

Мне становится реально стыдно. Район не очень… А эти скандалы — просто стэндап какой-то.

— Да, так бывает… Блин…

— Не задело же, нет? — переспрашивает, глядя на меня. Мы слишком близко снова… И у меня перехватывает дыхание… После чего я тут же отворачиваюсь.

— Нет… Тебе спасибо. Всё хорошо.

— Ладно… Поехали, — говорит он, открывая мне дверь, и я тут же исчезаю в салоне, покрываясь мурашками. Очередное такое столкновение точно доведёт меня до инфаркта… Я слишком реагирую на него. На любое даже мимолётное дуновение ветра с его стороны. И это просто мучительно невозможно…

Стараюсь не смотреть, пока мы едем обратно.

Но взгляд как намагниченный тянется к нему… Рисует его черты. Профиль, руки, сомкнувшиеся на руле и всё остальное… Мне кажется, я уже в нём дыру проделала…

— На тусовку пойдёшь 11-го? — спрашивает у меня, выдирая из мыслей.

— М… — мычу неоднозначно. — Не знаю, а что?

— Да хз, зовут чё-то… Думаю, идти или нет…

— Ну ты же звезда, иди…

— В каком смысле? — улыбается он, посмотрев на меня.

— В смысле… что тебя там очень хотят видеть по-любому…