Горький осадок
Шрифт:
– Чего?
– переспросила девушка.
– Пиво? Люблю я пиво? А что это ты имеешь в виду? Я чего-то не понимаю!
– Да нет, это я так спросил!
– попытался исправиться я.
– Наверное, немного не так выразился.
– А - а - а - а - а - а! Ясно.
Маша, очевидно, успокоилась, осмыслив сказанное мной.
– Ну тогда что, пойдём?
– прибавила она.
– Конечно, пойдём.
Мы направились к подземному переходу. Впереди бодро шагала моя спутница, я нехотя шёл сзади.
"Это что же такое получается?
– твердил мне мой внутренний голос.
– Она что же, сейчас напьётся? И что мне с ней дальше делать? Ну и ну!"
– Ты не волнуйся, - обратилась ко мне Маша, взяв меня за руку и начиная стаскивать вниз по лестнице.
– Я сейчас бутылочку одну, буквально, возьму, и мы пойдём. Хорошо?
– Конечно-конечно, - отозвался я, едва поспевая за любительницей пива.
– Вот и хорошо!
– продолжала она громко.
– Ты со мной в магазин пойдёшь?
– Нет-нет, я тебя на улице подожду.
– Ну ладно... я сейчас... быстро. Не беспокойся.
Мы прошли по подземному переходу, и, выйдя на другой стороне, направились к магазину "Двенадцать месяцев". Он располагался тут же, неподалёку.
– Сейчас, - произнесла Маша, повернувшись ко мне.
– Я сейчас. Подожди меня три минутки, хорошо?
– Конечно-конечно!
– заверил я девушку.
– Давай. Иди. Я жду.
– Ага...
Моя спутница исчезла в дверях магазина с такой скоростью и лёгкостью, которую я никогда бы не мог представить в ней. Только ветер пронёсся.
"Ничего себе, поворотик!
– сказал я про себя.
– Без пива свидания ей не в радость!"
Я остался на улице, и вдруг почувствовал нечто странное. В тот момент, у меня произошло какое-то раздвоение личности. Возникли сразу два Сергея. Один - мягкий и умеренный, другой - требовательный, критичный и нетерпеливый. И если первый, всё время старался оправдать что-то или кого-то, то второй только возмущался и негодовал, недовольно сопя при этом.
– Вот, - говорил внутри меня тот требовательный, критичный я.
– Это всё ты виноват! Опять поспешил! Встретился чёрт знает с кем! С какой-то толстой пьянью! Вот до чего ты дошёл со своими дурацкими желаниями!
– Нет, - возражал другой я - мягкий и снисходительный.
– Ты не прав! Никакая она не пьянь! Оттого что девушка выпьет бутылочку пива, что тут нехорошего? И насчёт её толщины - это ты напрасно! Да, Маша не модель! Но она девушка. С губами, ногами, грудью. А потом, что я могу позволить себе на зарплату в восемнадцать тысяч?! Алину Кабаеву? Екатерину Редникову?
– Вот вечно ты всё стремишься оправдать!
– наседал в ответ раздражительный я.
– Что я мог позволить, что я мог позво - о - о - о - лить? Да мало ли возможностей? Вдруг, не сегодня - завтра, откликнулась бы мадам постройнее? А?
– Да я смотрю - ты просто фантазёр?
– возражал мой покладистый я.
– Где ж это видано, что бы дамочки постройнее искали такого как ты в интернете? Ты что, совсем спятил? Или ты с ними мало общался? Вот эта "пивнуха" - как раз твой уровень! Ни больше, ни меньше. Или такая как она, или... сиди один, занимайся онанизмом. Демонстративным.
– Ха!
– вещал, не спеша угомониться прежний "упрямец".
– Посмотрите-ка на него! Прямо вчера, можно подумать, ты откопал себя на местной, городской помойке, и теперь согласен на любую дрянь, которую тебе подсовывают. Куча людей живёт себе, не тужит, а только ты один вечно паришься и морочишь мне голову. Денег у него нет! Так и что же? Разве деньгами всё исчерпывается? Вот где это чудо из "Двенадцати месяцев"?
– Скоро придёт.
– Да? А сейчас она где? А? Молчишь? А хочешь, я скажу, где она сейчас? Хочешь? Она - в винном отделе! Выбирает себе пиво! Хотя пришла на свидание! Знаешь, о чём это говорит? О том, что пиво ей дороже, чем ты! И что она совсем в тебе не заинтересована! Плевать ей на тебя, и всё! Понял? И она совершенно не боится, что сейчас ты вдруг куда-нибудь свалишь, не дождавшись её здесь. А знаешь, почему? Потому что завтра, она встретиться с ещё одним, таким же как ты. Ей плевать: Серёжа, Миша, Саша... Есть кто-то, и ладно. Нету, ну и так хорошо. И не унизительно тебе здесь торчать возле магазина? Неужели не унизительно? Ладно бы если ждать приходилось кого достойного! Или не ради пива, а по крайней необходимости какой. Где-нибудь возле аптеки. Ради ингалятора от астмы для любимого дедушки! А это что?
– Ну всё!
– возмущённо восклицал мой мягкий я.
– Ты меня достал уже со своими рассуждениями! Хватит гадить мне на мозги! Я пришёл на свидание, и не смей мне его портить своим цинизмом и озлобленностью!
– Как будет угодно!
– ядовито отозвался тот.
– Но только ты сам знаешь, что я прав! И не пытайся убедить себя в призрачном успехе у женщин! Что толстая, что красивая - один хрен. Никому из них ты не нужен! Не нужен! Осознай это со всей очевидностью!
Всё это время я топтался возле магазина в ожидании Маши. Но она отчего-то не спешила. Миновало уже и пять минут, и больше, а девушка не возвращалась. На смену волнению пришло удивление. Я никак не мог взять в толк - что это? Шутка или реальность? Если шутка - то довольно скверная. Если правда, то... Чёрт возьми! Я ощутил первые признаки зарождавшегося раздражения.
"Только не надо сцен на лестничной площадке!" - всплыли в моей памяти слова героя Леонова из кинофильма "Зигзаг удачи".
К чему - и сам не понял. Во всяком случае, я сумел выдавить из себя улыбку, и принять прежний, простецко-дурашливый вид.
В тот же самый миг, на пороге "Двенадцати месяцев" возникла моя спутница с очень довольным и счастливым видом.
– Заждался?
– прыснула она весёлым голосом.
– Да не так уж...
В её пухлых руках красовалась двухлитровая бутыль отечественного пива.
– И это твоя "бутылочка"?
– поинтересовался я, указав рукой на пиво.
– Ага!
– с крайним удовольствием расплылась в улыбке девушка.
– Люблю его!
Она нежно погладила пластиковый сосуд, бережно взяв его под мышку.
"Что б никто не утащил, наверно!" - мелькнула у меня догадка.
Моя спутница спустилась по ступенькам вниз, и проговорила:
– Ну что, пойдём, погуляем? Чем ты меня будешь развлекать?
" Ну вот!
– пронеслось у меня в голове.
– Дождались! Здравствуйте! А пива вам, красавица, не достаточно?"
– Чем-нибудь развлечём, - отозвался я механически.
– Здорово! Ну пошли!
Мы преодолели небольшое расстояние до подземного перехода, и, пройдя по нему, поднялись на другой стороне. Маша шла, тяжело ступая ногами и энергично работая всем корпусом, отчего часто задевала локтями прохожих, совершенно не обращая на них внимания. Бутылку она держала крепко, отчего последняя весьма заметно прогибалась под тяжестью руки девушки.
Мы вошли в парк и направились по пустынной дороге. Было тепло и сухо. По обеим сторонам от нас шелестела перебираемая ветром сухая листва, оставшаяся после зимних сугробов.