Чтение онлайн

– Женщина не курит – надо же! – сказал вдруг Дима и быстро затушил сигарету. Всё это время он дымил ей прямо в нос. – Извини.

– Ничего, я привыкла, – ответила она немного ехидно.

– Да, мы отвыкли от некурящих девушек в своей компании, извини, – поддержал Роман, – Они так смолят, похлеще нас. Надо отучить их, к чёртовой матери.

Дима даже не удостоил Веронику взглядом. Голос был приятный, но она не назвала бы его завораживающим или как-то так. Скорее наоборот, отрезвляющим, возвращающим в реальность. Кажется, она уже понимала, почему Дима так нравится женщинам: немногословный, загадочный, с красивым лицом – настоящий романтический герой.

– Могу я забрать папку? – спросила Вероника с лёгким вызовом в голосе.

Роман широко улыбнулся. Проводил её до двери, дежурно поблагодарив за оказанное внимание. Даже пытался поддержать, пока она застёгивала туфли.

Вероника чувствовала себя полной дурой. Не исключено, что Роман поспорил на что-то со своей компанией, и она была объектом спора. От его наглой физиономии всего можно было ожидать.

Выскочив на улицу, Вероника выругалась от души, напугав какую-то бабулю, вдохнула воздуха и немного постояла у машины, вертя в руках ключи с пультиком от сигнализации. Теперь она будет мучиться и гадать, во что её втянули.

К владениям Елизаветы Аркадьевны Вероника подрулила, когда уже совсем стемнело. На чистом небе не по-городскому ярко горели звёзды. Погода на свадьбе обещала быть прекрасной. По замершему «парку» время от времени проносился лёгкий ветерок, чуть притрагиваясь к листве.

За дорогу Веронике удалось немного восстановить своё душевное равновесие. А от вечернего цветочно-ветренного запаха стало вдруг так хорошо, словно именно здесь в эти самые мгновенья только-только начиналась жизнь, а всё прошедшее было репетицией, суммированием опыта. Она была молодой и открытой для чего-то неведомого, прекрасного.

У девушек всё оказалось полной противоположностью: играла незатейливая музыка, ярко горел свет, на маленьком диванчике лежало одно из бесчисленных платьев Ирины. Девушки набились в полукруглую комнату с высоким потолком, выходящую на полукруглый же огромный балкон, увитый цветами. На стеклянном столике с резными ножками сияли красивейшие фужеры из хрусталя. Названия вин словно придумывались для роскошных блондинок: «Голубые небеса», «Нектар любви»… Джин и пара ликёров – кажется, пытались делать коктейли. Центр стола занимала роскошная горка «Богемия» с россыпью орешков, разноцветных цукатов, конфет, фруктов и уже перемежающихся с ними фантиков.

Действующие лица с другой стороны тоже в представлении почти не нуждались. Сама Ирина кружила по комнате в розовом платьице с постоянно спадающими бретельками. На её шее болталась подвесочка из золота с ярким рубином. Ирина сразу же бросилась к Веронике.

– Ничего себе, ты опаздываешь! Я думала, ты совсем не явишься.

Удивительно, что Роман ей ничего не сказал. Странные у него предсвадебные фантазии. Вероника извинилась. Ирина, впрочем, тут же забыла об этом. Она схватила большой чёрный футляр и сунула его Веронике под нос.

– Ты только посмотри на это! Привезли наконец-то.

В футляре лежало великолепное ожерелье из жемчуга и такие же серёжки. Роскошное обрамление свадебного наряда.

Восхитившись украшениями, Вероника плеснула себе чистого джина, опустилась в глубокое кресло и с наслаждением вытянула уставшие ноги. Редкая возможность посидеть без движения.

Разговоры о нарядах свели Веронику с ума, мальчики и чудеса косметики её тем более не интересовали, поэтому она с чистой совестью положила на колени журнал с моделями свадебных платьев и ушла в себя.

Подруги Ирины относились к ней немного настороженно, некоторые даже враждебно. Впрочем, почти как большинство девушек, с которыми Веронике приходилось иметь дело. Очевидно, в ней за версту чувствовалось некоторое превосходство, нечто для них непостижимое и непонятное. Чаще всего, когда они выясняли, что Вероника до бесконечности, не перебивая, может выслушивать про их переживания, эта враждебность сводилась на нет и даже переходила, порой, в тесную привязанность. Вероника запросто превращала себя в подобие «свободных ушей», но всегда отводила черту, до которой сближалась. По-хорошему, она мало в ком нуждалась.

Алла и Надя были девушками Вадима и Сергея, соответственно. И Алла, без сомнения, могла бы составить конкуренцию любой модели с мировым именем своими ростом и фигурой. Её бёдра были немного тяжеловаты, но это уже с придирками. Черты лица слегка простоваты, но лишь на фоне ангельского личика Ирины. Естественно и умело осветлённые волосы до плеч, Алла расчёсывала на прямой пробор и подкручивала кончики внутрь. Косметикой пользовалась лишь натуральных светлых тонов. Не удивительно, что Вадим так высоко задирал нос, когда где-нибудь появлялся вместе с ней. Но, надо заметить, Алла и смотрела на всех точь-в-точь как Вадим: важно и надменно, из-под полуопущенных век. В этот вечер на ней было короткое светло-зелёное платье без рукавов по фигуре. Рядом с босыми ухоженными ступнями лежали красивые чёрные босоножки.

Надя проигрывала подруге в росте, но формы у неё были попышнее, и лицо отличалось большей миловидностью. Отросшую и немного потерявшую первоначальный вид стрижку Надя и не пыталась как-то укладывать, и тонкие заострённые каштановые пряди небрежно закрывали ей лоб и подчёркивали маленькие причудливой формы ушки. Из под прядей выстреливали безупречные полосочки бровей. Едва заметные коричневатые румяна ещё больше выделяли её резко очерченные скулы. На девушке были узкие белые джинсы с красивым ремнём и чёрная поблёскивающая маечка с глубоким вырезом. Не требовалось защищать диссертацию по психологии, чтобы понять – с Сергеем она потому, что у того водятся деньги. Но относилась она к нему демонстративно уважительно.

Младшая сестра Ирины Люда сидела в стороне от всех, во втором кресле и молчала. Вид у неё был отрешённый, впрочем, как и всегда, сколько Вероника видела её. Вообще-то, это была довольно красивая девушка, но, конечно, не в какое сравнение с Ириной не шла. У неё были идеально правильные черты нежнейшего лица. А фигура, пожалуй, даже лучше, чем у Ирины. В ней во всей чувствовалась какая-то утончённость, большая женственность, что ли, словно она вся из фарфора. И всё же не было того золота волос, пронзительной голубизны глаз, насыщенной яркой улыбки с влажным блеском белоснежных зубов, как у сестры. Рядом с Ириной ей, бедняжке, наверняка на всю жизнь были уготованы вторые роли. Хотя, нельзя было не признать, что Люда ничего подчёркнуто не предпринимала, чтобы выглядеть столь же ослепительно. Совсем не пользовалась косметикой, не следила за волосами – всегда распущенные они беспорядочно развевались и липли к лицу, одевалась с подростковой небрежной распущенностью в мешковатые нелепые вещи. Странный взгляд, как будто она где-то далеко, не в реальности, и чрезмерная несвойственная такой молодой девушке серьёзность притягательности ей тоже не добавляли. Оставалось загадкой, к кому её постоянно ревнует Артур.

Ксения, жена Вани, в столь блистательном благоухающем духами обществе выглядела засидевшейся домохозяйкой. Её и приглашали, как Вероника заметила, по большей части для того, чтобы быстро «сообразить» на стол. Зачем-то она упорно совсем коротко стригла свои тёмные волосы. От этого лёгкие отёки под глазами выходили на передний план. Суховатым телосложением и длинными ногами Ксения напоминала легкоатлетку. Но был у неё и свой козырь: совершенно обезоруживающая милая улыбка, от которой удивительно преображалось лицо, и начинали играть ямочки на щеках. Другие девушки относились к ней немного пренебрежительно, но Ксения не обращала на это никакого внимания и активно поддерживала шумный разговор.