Чтение онлайн

— Ты уверен, что это не просто окситоцин? — говорю я, и он в растерянности склоняется надо мной.

— Не бери в голову, — поспешно добавляю я.

— Просто подумай об этом, — снова жалобно говорит он.

Я молча киваю, и минуту мы стоим, глядя друг на друга.

Я поражена. Он такой красивый. Такой красивый мужчина хочет меня, я нравлюсь ему, он хочет быть со мной, а я не способна ясно мыслить.

— Ты можешь не торопить меня? — наконец говорю я, нарушив молчание.

Он глубоко вздыхает, внимательно глядя на меня.

— Конечно. — Он касается моего лица, и я задыхаюсь. Сейчас он поцелует меня, сейчас он поцелует меня, сейчас он поцелует меня, сейчас он поцелует меня…

Он уходит.

Я иду в свою комнату и ложусь на пол. А потом встаю и принимаюсь за картину.

12.27, пятница 5 апреля в Великобритании или 4.27, суббота б апреля в Лос-Анджелесе — полагаю, где-то в этом промежутке? О, стойте, сейчас 12.28.

Местоположение: Шикарный рейс «British Airways», вызывающий легкое ощущение того, что ты потерялась во времени, но также ощущение совершенной крутизны, когда ты смотришь на поднос с фирменными продуктами «ВА», где на ложе из элегантно завернутого салатного листа покоится безупречно оформленная миниатюрная порция макрели, лежат семь бесполезных салфеток и стоят две крохотные порожние бутылочки из-под белого вина, а также пластмассовый стаканчик с выгравированными на донышке буквами «ВА». Так элегантно.

Я просмотрела половину Заколдованной Эллы [71] . Вы видели этот фильм? Черт побери, он замечательный. Почему все жалуются на Энн Хэтэуэй [72] Н Она — удивительная! Посмотрите на нее, когда она во власти заклятья, по сравнению с молодым Хью Дэнси [73] она совершенно очаровательна. Жизни следовало бы больше походить на кино. Мне следовало бы иметь больше платьев, испытать больше приключений, чаще околдовывать.

Вам не кажется, что, когда вы в самолете смотрите фильм на крохотном экране, воткнув в уши одноразовые халявные наушники, вы испытываете какое-то особое ощущение? Это то же ощущение, которое вы испытываете, когда, не в силах поверить в свою удачу, смотрите по телевизору фильм, который тысячу раз смотрели на DVD. Или это похоже на вкус еды, которая кажется гораздо вкуснее, если ее приготовил кто-то другой. Или же на удовольствие от бесплатного латте в кафе «Pret», полученное вами только потому, что вы целый месяц ежедневно флиртовали с барристой. Оно того стоит.

Я глубоко вдыхаю воздух самолета и чувствую, как постепенно слабеет напряжение, в котором я прожила последние несколько недель. Впервые за целую вечность я чувствую себя хорошо. Ладно, неплохо. И с каждым проходящим часом, удаляясь все дальше и дальше от Великобритании, я все сильнее ощущаю себя самой собой. Это было прекрасное решение. Уехать из Лондона, сбежать от проблем, потратить кучу денег со своей кредитки на авиабилет. И самое главное, заплатить бешеную цену за то, чтобы полететь рейсом «ВА» и почувствовать себя более крутой рядом с потным, уже-уставшим-на-вид пассажиром, летящим рейсом «Easyjet» [74] . При любых обстоятельствах вы должны ощущать свое превосходство.

Оглядевшись вокруг, я встречаюсь глазами с красивой, безукоризненно одетой стюардессой, и она, бросаясь ко мне, тихо спрашивает, не нужно ли мне принести еще бутылочку вина. Да, разумеется, леди, принесите, черт побери. Посмотрите на них, они такие классные!

В последние несколько дней уровень моей БОЕГОТОВНОСТИ был абсолютно дерьмовым. Как и прежде, ни слова от Софи и Томаса, а дома Джош игнорировал мое требование дать время на раздумье. Каждый вечер, когда я возвращалась с работы, он сидел на диване, старательно притворяясь, что это случайность и что он вовсе не поджидает меня, отнюдь нет. Я испытывала невыносимое чувство вины, немедленно извиняясь и направляясь в свою комнату, а он смотрел на меня так, будто я каблуком-шпилькой отдавила ему пенис. А вчера, когда я вернулась, он стоял возле двери с цветами и вином, проигрыватель с караоке был наготове. Похоже, он думает, что, воссоздав ту же атмосферу, что сложилась на прошлой неделе, он заставит меня понять, как сильно мне хочется сблизиться с ним. Сблизиться с серийным бабником, обладателем умопомрачительной мускулатуры, на глазах у которого я никогда не смогла бы раздеться догола. Даже в полном одиночестве я не смогла бы раздеться догола, зная, что мой приятель выглядит вот так. Серьезно, мне пришлось бы принимать душ в утягивающем белье.

И, господи Иисусе, цветы? Я понимаю, что все любят цветы, я согласна, они красивые. Но они буквально повсюду. Дарить цветы — все равно что сказать: «Я понятия не имею, что тебе нравится, но поскольку ты — девушка, значит, ты обязана получать удовольствие от красивых роз, купленных мной через «Interflora» [75] со скидкой 25 %. Ты будешь вынуждена сказать «большое спасибо», затем потратить четверть часа своего заслуженного вечернего времени на то, чтобы обрезать стебли и поставить ненужные цветы на видное место, в высокий бокал для пива, у кого же есть вазы? А потом, в следующие несколько дней, ты будешь наблюдать за тем, как они увядают. Если тебе повезет, ты сразу же забудешь о них, и к тому времени, когда через две недели ты вспомнишь об их существовании, они будут очень неприятно пахнуть, а чтобы избавиться от гниющих останков, придется бежать к мусорному контейнеру на заднем дворе, надев тапочки и наступив в собачье дерьмо.

Тим, по обыкновению, часто покупал мне цветы. Уф.

Очевидно, я веду себя как настоящая сука, и мне очень жаль. Но я зла. Я зла на свою жизнь и зла на то, что Джош не хочет оставить меня в покое и дать подумать. И сейчас в моей голове слишком много мыслей для того, чтобы должным образом обдумать его предложение. Возвращается стюардесса, неся еще две бутылочки вина и заговорщицки подмигивая мне. Парень рядом со мной ворчит во сне «Пожалуйста, Пэм!», и мы тихо хихикаем, переглядываясь через его голову.

Ладно, мне правда нравится Джош. Я произнесу эти слова. Я достаточно хорошо себя знаю, чтобы признаться в этом. Он нравится мне, я питаю склонность к нему. Он будоражит меня, заставляет задуматься и смешит. Вероятно, он страдает венерическим заболеванием, но никто не идеален.

Тогда в чем же проблема? Почему я колеблюсь? Полагаю, малая толика моих страхов зиждется на том, что с ним я никогда не почувствую себя в полной безопасности и никогда не стану счастливой. Я видела слишком многих из его женщин, которых он ни во что не ставил, и не верю, что он когда-нибудь будет только моим.

Но может быть, это оттого, что я знаю его только с плохой стороны. Он говорил, что вел себя так потому, что хотел, чтобы я заметила его. Не слишком зрелый подход, но, возможно, это льстит мне? А в последнюю неделю я видела совершенно незнакомого, прежде неизвестного мне Джоша. Милого, доброго, внимательного Джоша. Он даже убрал из душевой все полупустые флаконы из-под геля «Radox» и выбросил их. Я чуть не влюбилась в него за это.

Ох, просто не знаю.

Честно говоря, прежде чем подумать о том, что делать с Джошем, я должна разобраться с Софи и Томасом. Итак, хорошо, что я собираюсь делать с ними? Не понимаю, почему я не написала им, чтобы извиниться. Не понимаю, почему они не написали мне. Может быть, это не важно. Может быть, мое путешествие будет таким увлекательным, что я решу переехать? Я найду новые, загоревшие копии своих друзей.