Горящие туры в Драконьи горы
Шрифт:
Я даже зажмурилась, головой тряхнула, с опаской приоткрыла один глаз. Но глюк не желал таять, а заходил на второй круг, прямо над моей головой.
Да, да, да, над моей головой, в безоблачном небе парил… ОН!
БЕЛЫЙ ДРАКОН!
Точь-в точь как в том злосчастном тайском храме. Только настоящий, живой.
Огромный, с гигантскими перепончатыми крыльями, длинным шипастым хвостом, изящной лебединой шеей, когтистыми лапами. Ослепительно-белая чешуя сверкала на солнце, как снег в ясный морозный день, так что слепило глаза. Казалось, сказочное чудище покрыто алмазной пылью, вокруг него даже серебристое сияние разливалось.
Зрелище было, конечно, невероятное! И я бы с удовольствием на это шоу полюбовалась… С безопасного расстояния.
А вот над моей собственной головой этот летающий динозавр вызывал у меня лишь одно желание – немедленно упасть в обморок, чтобы меня сожрали в состоянии полного коматоза, и я это ни капельки не почувствовала.
И будь я сейчас одна, наверняка бы отключилась. Ноги у меня, по крайней мере, уже подогнулись, и даже холодный пот прошиб.
Но на мне ведь оставалась забота о беспомощном Лине! Бедняга даже не подозревал, какая опасность над ним нависла. Причём, в прямом смысле этого слова.
А гадское чудище так и кружило в небе, как злобный стервятник, и явно прицеливалось утащить худосочное тело юного графа.
Этого я никак не могла допустить. Пусть от ужаса у меня сердце готово было выскочить, пусть я этому зверюге на один зуб, но я буду драться до последней капли крови! Маша Солнцева не сдастся и не бросит друга в беде!
Я подхватила обломок какой-то доски, сжала покрепче, как биту.
И, когда дракон стал снижаться и протянул свою когтистую лапищу к Элиану, с диким криком бросилась на чудовище, размахивая своим оружием.
Вот только белоснежного гиганта это не напугало нисколько. Меня тотчас аккуратно смахнули хвостом в сторонку.
Потом крылатый змей вцепился в тот самый кусок каменной подпорки, который рухнул на Лина, и легко отбросил эту тяжеленную плиту в сторону. После чего плавно опустился в самый центр площадки, рядом с обломками галереи.
Я с ужасом поняла, что сейчас дракон схватит моего друга и утащит прочь. Подскочила на ватных ногах и снова бросилась на защиту Элиана.
Но тут на моих глазах произошло нечто совсем уж невообразимое. Сияние вокруг исполинской белоснежной фигуры запылало ещё ярче, дракон стал стремительно уменьшаться, а через несколько секунд в замковом дворике уже не было никакого крылатого чудовища. А прямо передо мной стоял сир Дариан Айр, граф Айринара.
Вот тут уж ноги меня подвели окончательно. Я рухнула на колени, беззвучно открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба.
Дариан, хмурый и мрачный, как никогда до этого, метнул взгляд от брата ко мне, и даже инстинктивно дёрнулся в мою сторону, но потом всё-таки подскочил в первую очередь к лежащему на земле Элиану.
Вот и правильно! Я-то только планирую отъехать ненадолго, а наш красавчик уже несколько минут в беспамятстве.
В голове у меня шумело, в глазах темнело, а в темечко настойчиво, как дятел, стучалась одна единственная мысль: «Дракон! Настоящий дракон. Это настоящий дракон».
Единственное, что я успела разглядеть сквозь туманную пелену забвения, как ладони Дариана, касавшиеся груди Элиана, засветились слегка, и младшего окутало мерцающее золотистое облако.
Я даже не пыталась что-то понять и переварить, не радовалась подоспевшему так вовремя спасению. И, вообще, если честно, собиралась благополучно упасть в обморок от избытка эмоций.
Но тут как раз рядом с сиром Айром засиял новый портал. Он приподнял безвольно обмякшего брата, прислонил его к себе, пытаясь удержать, и, протянув руку в мою сторону, требовательно рыкнул:
– Маша!
Несмотря на своё абсолютно неадекватное состояние, я нашла в себе силы подскочить и за долю секунды оказаться рядом.
Одним бескомпромиссным движением граф крепко прижал меня к себе и, прихватив таким образом нас обоих, шагнул в портал.
***
Сир Айр
Я услышал её зов прямо на заседании Королевского Совета.
Сегодня оно выдалось жарким. Шли разгорячённые дебаты. Как раз выступал с речью его величество, и тут…
Её зов. Да такой резкий, отчаянный, призывный! Меня словно иглой прошило.
Я подскочил, едва ли контролируя себя. Готов был сорваться с места в тот же миг.
Звенящий голос в голове заглушил все звуки, мысли и попытки разума достучаться до меня. Я сразу понял – случилось нечто ужасное, медлить нельзя.
Столько страха и отчаяния было в её мольбе о помощи!
– Ваше величество, – самым бесцеремонным образом перебил я пылкую речь короля, – прошу меня простить, но я вынужден немедленно вас покинуть.
Король, онемев от такой дерзости, удивлённо взирал на меня, да и не только он.
А я, продолжая нарушать все мыслимые приличия, проворно выскочил из-за стола и прямо тут, в зале для заседаний, при всём Совете, распахнул окно портала и шагнул в него.
Обычно у меня на это уходило несколько минут. Всё-таки в портальной магии я не так силён, как Лин. Но сейчас, подгоняемый тревогой, я сделал всё за одно мгновение.
И исчез, прежде чем его величество успел возмутиться и возразить хоть что-то.
Вопиющая бестактность, скажете вы, и будете абсолютно правы!
Боюсь, за своё возмутительное поведение мне ещё придётся ответить, но это потом…
А сейчас, главное, успеть!
Каким-то необъяснимым образом я понимал, что самые худшие мои опасения сбылись, недаром на душе вчера и сегодня было так неспокойно – кара Маша угодила в какую-то серьёзную неприятность.
Время сейчас решало всё, медлить было нельзя.
Я нащупал тонкий шлейф уже почти растаявшей магии брата и потянулся за этой блеклой нитью. Портал сработал как должно и выбросил меня в том месте, куда Лин перенёсся вместе с Машей.
Удивительно, но след Элиана я ощущал гораздо слабее, чем недавнее присутствие здесь кары Маши. Это было странно, ведь она обычный человек, а Лин – дракон. В нас с братом одна кровь и магия, а эта девушка мне, по сути, чужая.
Но я чувствовал её так сильно, остро, ясно. Необычное ощущение – волнующее, манящее, будоражащее и совершенно неуместное в данный момент.
Мне бы, конечно, стоило прислушаться к себе и разобраться с этими странностями, понять, что значит это незнакомое чувство, но сейчас было совершенно не до этого.