Чтение онлайн

Как видно из цитат, приведенных выше, по какой именно причине произошел пожар, в какой временной отрезок произошла трагедия, кто стал виновником пожара и были ли попытки его потушить – все эти факты полностью покрыты мраком страшной тайны.

Весьма примечательно также то, что документальный первоисточник, ставший для СМИ истиной в последней инстанции и утверждающий о существовании в здании курзала «Казино» дома отдыха для офицеров 11-й армии вермахта, так и не был обнаружен историками-архивистами СССР/ РСФСР. Получается, что эту информацию специально вбросили, чтобы общественность не задумывалась о потере такого архитектурного объекта, как курзал «Казино» – творение рук Н.П. Краснова.

К сожалению, у меня нет возможности найти документы о пожаре бывшего дома отдыха ЦИК «Суук-Су», и другие исследователи их тоже не найдут по вполне определенным причинам. Причин всего три. Первая – это постоянное уничтожение в течение 50–60 последних лет архивных документов, хранящихся в «Особой папке» общего отдела ЦК КПСС и архивном управлении КГБ СССР. Вторая – это возможное участие в поджоге (возможно, и взрыве), а также последующем уничтожении здания дома отдыха ЦИК «Суук-Су» (курзала «Казино» курорта «Суук-Су») спецгруппами НКВД или роты спецминирования ТОС (техника особой секретности) РВГК НКО по приказу, исходящему от руководства страны. Третья причина кроется в молчании непосредственных участников тех событий, а именно наркома ВД Крымской АССР комиссара госбезопасности 2-го ранга Петра Максимовича Фокина, дожившего до 1979 года, но не проронившего ни слова о подрыве и поджоге культурно-материальных ценностей, архитектурных памятников и правительственных резиденций в октябре – ноябре 1941 года. Именно П.М. Фокин по долгу службы знал об истинной причине уничтожения дома отдыха ЦИК «Суук-Су», но из-за подписки о неразглашении не выступал в СМИ и не давал на эту тему интервью. Одним из секретоносителей, также знавших истинную правду об уничтожении архитектурных объектов Крыма, мог быть и майор ГБ Г.Т. Каранадзе, принявший бразды правления от П.М. Фокина 31 июня 1941 года, исполнявший до этого обязанности главы НКГБ Крымской АССР. Еще хочу добавить, что Институт военной истории и Управление спецпропаганды Главпура МО СССР всегда историю страны не изучали, а лепили ее по заказу сверху, по заданным параметрам.

Ну вот сами подумайте, если в Дворце пионеров пионерлагеря «Суук-Су» (бывшем доме отдыха ЦИК «Суук-Су»), приспособленном под «санаторий для немецких офицеров», по непонятной или понятной причине начался пожар, то на эту животрепещущую тему бойкие советские борзописцы вскорости наклепали бы тонны всякой бумажной чепухи, с подробным описанием, как гауптманы вермахта вусмерть перепились, а после голышом скакали на столах под культовую «Розамунду», пока сами себя не подожгли. Но нет, все журналисты уже 73 года молчат как в рот воды набрали и категорически эту тему обходят стороной. Вот, допустим, дворец С.В. Кокорева, ставший с весны 1938 года домом отдыха УД СНК «Мухалатка», был предположительно взорван в октябре-ноябре 1941 года бойцами 82-го отдельного инженерного батальона по приказу из Москвы. Впрочем, более детально об этом я расскажу в другом своем повествовании. Скрыть факт уничтожения дворца С.В. Кокорева и обставить его при этом героическим ореолом оказалось невозможно, но тем не менее инициаторов этой акции, достаточно бессмысленной, до сих пор не называют по имени и фамилии. Также был подожжен (предположительно бутылками с зажигательной смесью КС) сотрудниками Крымского НКВД санаторий УД СНК «Красное знамя», бывший дом отдыха ЦИК «Дюльбер». Вероятно, что дом отдыха ЦИК «Суук-Су» / Дворец пионеров мог тоже, как и дом отдыха УД СНК «Мухалатка», стать объектом поджога или подрыва со стороны органов НКВД по многим причинам, однако документальных фактов, доказывающих уничтожение особо ценного архитектурного творения Н.П. Краснова, сейчас не найдено. Разнятся месяцы и годы в официально обозначенном СМИ временном интервале, при котором произошел пожар дома отдыха ЦИК «Суук-Су», что свидетельствует о тщательно подготовленной дезинформации, вброшенной потом в печать.

Историки из Крыма называют датой поджога ноябрь-декабрь 1941 года или январь 1942 года. На самом деле в этом отрезке времени кроется очень глубокий смысл для профессиональных дезинформаторов. Если спецгруппа из Наркомата ВД Крымской АССР уничтожила «Суук-Су» в ноябре 1941 года, то, согласитесь, почему нельзя через 10–15 лет Главпуру Минобороны СССР и идеологическому отделу ЦК КПСС с честным и серьезным видом говорить о том, что «немецко-фашистские варвары» подожгли данный объект в декабре того же года?! В этом случае очень просто скрыть следы поджога и свалить его на 11-ю армию вермахта, тем более после ожесточенных боев на Крымском полуострове многие архитектурные памятники действительно были сознательно разрушены оккупантами. Возможно, квасные патриоты могут меня обвинить, что автор льет воду на мельницу немецко-фашистских захватчиков и оправдывает их злодеяния. Совсем нет. Я просто хочу выдвинуть несколько версий событий, произошедших поздней осенью на курорте «Суук-Су», ставшем по воле судьбы частью ВПЛ «Артек».

Анализируя многочисленные исторические факты и проводя аналогии, а также просматривая внимательно хронологические даты наступления в Крыму 11-й армии вермахта Э. фон Манштейна, можно прийти к следующим выводам о судьбе дома отдыха ЦИК «Суук-Су» / Дворца пионеров ВПЛ «Артек»:

1. Из-за стремительного наступления 11-й армии вермахта, стремившейся захватить Крымский полуостров, начавшегося 18 октября 1941 года, провести подготовительные работы по минированию всех назначенных объектов (правительственных резиденций, зданий обкомов/горкомов, санаторно-курортных учреждений, заводов и фабрик) спец-группам подрывников НКВД и Отдельной Приморской армии (прикомандированной к ним роты спецминирования ТОС РГВК) не хватило времени. По этой причине многие объекты особо важного значения так и не были уничтожены, хотя наркоматы ВД и ГБ Крымской АССР по приказу Главкомата планировали взорвать или поджечь большую часть всех административных зданий на полуострове, чтобы они не могли использоваться врагом.

2. Из-за сложившейся ситуации на ЮБК, когда минировать особо важные объекты уже не хватило времени, их по приказу комиссара госбезопасности 2-го ранга П.М. Фокина пытались поджечь всеми доступными способами, так как поджог наиболее эффективное средство уничтожения объекта в максимально короткий срок. Поджог мог осуществляться:

а) с использованием штатного армейского ранцевого огнемета РОКС-1;

б) с использованием нефтепродуктов (керосина, бензина, лигроина и т. д.);

в) с использованием штатных диверсионных средств (боевых зажигательных средств), например термитных шашек ЗШ-1, термитных патронов ТШ-100 и термитного шара ТШ-300 (приняты на вооружение 4-го управления НКГБ СССР и Разведуправления ГШ РККА в марте 1941 года);

г) бутылок с зажигательной смесью КС или БГС.

В настоящее время на Крымском полуострове стал известен в подробностях только факт попытки примитивного поджога Воронцовского дворца-музея в Алупке, который закончился неудачей по причине явного противодействия старшего научного сотрудника С.Г. Щеколдина. Был совершен и «удачный» поджог санатория УД СНК «Красное знамя», бывший дворец «Дюльбер» – творение рук прекрасного зодчего Н.П. Краснова, по заказу великого князя П.Н. Романова. Подожгли и Малый Ливадийский дворец, о чем сохранились свидетельства офицеров Отдельной Приморской армии от ноября 1941 года. В этой создавшейся ситуации поджог здания Дворца пионеров / дома отдыха ЦИК «Суук-Су» спец-группой сотрудников 4-го отдела УНКВД Крымской АССР представляется вполне обоснованным и логичным. В дальнейшем, когда здание уже было уничтожено в ноябре 1941 года в огне пожара спецгруппой НКВД, данный поджог Дворца пионеров / дома отдыха «Суук-Су» был вменен в вину немецким оккупационным властям.

3. Самовозгорание здания Дворца пионеров / дома отдыха ЦИК «Суук-Су», а также последующий пожар действительно могли произойти в дни оккупации, то есть в период с 8 ноября 1941 года до весны 1944 года. Часто в старых зданиях (объект на тот момент непрерывно эксплуатировался уже 38 лет), где проложена электропроводка, рассчитанная на определенные запитанные мощности (электроприборы), возникают короткие замыкания и возгорания, по причине подключения к ней дополнительных источников, например самодельных «козлов», электроплит, средств освещения. Учитывая тот факт, что в бывшем здании курзала «Казино», где разместился дом отдыха для старших офицеров 11-й армии вермахта, из-за холодной крымской зимы 1941 года, вероятно, были включены многочисленные импровизированные обогреватели, то с течением времени (скорее всего, ночью) произошло короткое замыкание, возгорание и пожар. Однако этому возможному факту совершенно противоречит то, что дом отдыха для офицеров вермахта, размещенный в ноябре 1941 года в здании курзала «Казино», был типовым военным объектом, обеспеченным штатным взводом охраны; штатными противопожарными средствами; комендатурой и комендантом, назначенным штабом 11-й армии, и надежной пропускной системой; персоналом из местных жителей, проверенных отделом гестапо в Ялте и находящихся под особым наблюдением.

Дом отдыха во время военных действий такой же объект, как и склад боеприпасов или ГСМ, госпиталь, штаб, парк техники и т. д. По этой причине часовой, стоящий на посту, увидевший возгорание на любом из трех этажей, обязан по уставу объявить тревогу и помогать тушить возникший пожар. Утверждать, что здание курзала «Казино» загорелось в каком-либо месте и горело в течение длительного времени под любопытными взорами солдат и офицеров вермахта, нельзя. Значит, в здании курзала «Казино» был создан искусственно очаг (или очаги) пожара, которые не смогли локализовать офицеры и солдаты вермахта подручными средствами, хотя в 120 метрах от объекта находилось Черное море с неисчерпаемыми запасами воды. Искусственный очаг возгорания могли создать только глубоко законспирированные сотрудники аппарата НКВД Крымской АССР или партизанских отрядов, которые являлись служащими в доме отдыха офицеров 11-й армии вермахта.