Чтение онлайн

Примечательно, что западные исследователи технических открытий утверждают, что основоположником изобретения фотоэлемента и фотоэлектрического эффекта является немецкий физик из г. Дрездена Вильгельм Гальвакс. Однако А.Г. Столетов предложил тупиковый путь в дальнейшем развитии фотоэлемента как основополагающей детали любого технического прибора, например аппаратуры связи (фотоэлементом Столетова следует считать именно цинковую пластину, соединенную с электроскопом, которая теряла свой заряд под действием не световых, а ультрафиолетовых лучей). Пять лет спустя, в 1893 году, два немецких ученых, Х.Ф. Гейтель и Ю. Эльстер, кардинально изменили конструкцию фотоэлемента Столетова, заменив цинковую пластину цинковым шаром. Это был второй в мире вид фотоэлемента, который те же два ученых из Германии значительно улучшили, повысив в разы его чувствительность. В новом приборе Эльстера и Гейтеля светочувствительный слой металла тонкой пленкой наносился на часть внутренней поверхности стеклянного сосуда, имеющего форму груши. В центре сосуда размещалось металлическое кольцо на металлической подставке. Данный газонаполненный фотоэлемент с внешним фотоэффектом, светочувствительный слой которых состоит из лития, цезия или натрия, в практически неизменном виде (более приспособленный для массового производства, в виде шарообразной стеклянной колбы с двумя металлическими цилиндриками – выводами электродов) использовался и производился с начала 20-х годов прошлого века дочерними предприятиями концерна Siemens, фирмой Radiovisor и компаниями Westing-house Eletric Company и General Electric.

В соответствии с известными в научной литературе данными, первое упоминание о создании устройства ТСО помещений относится к 1928 году, когда для развития технологии звукового кино концерны Siemens & Halske и AEG организовали компанию Klangfilm GmbH. Одной из самых важных деталей, используемых в то время в кинопроекторах для получения звука при просмотре звуковой киноленты, считался газонаполненный фотоэлемент с внешним фотоэффектом, уже имевшийся в макетном варианте у дочерней компании Simens & Halske фирмы OSRAM GmbH KG. Данный фотоэлемент стал серийно выпускаться и применяться для преобразования пучка света, направленного на фонограмму киноленты, в электрический сигнал звуковой частоты. Те же фотоэлементы, с внешним фотоэффектом, вскоре были использованы для производства охранной сигнализации, смонтированной в помещениях банков. Тогда же, в 1928 году, старейший банк Германии Berenberg Bank (Joh. Berenberg, Gossler & Co. KG) обратился в правление компании Siemens с просьбой оборудовать все его филиалы современной охранной сигнализацией, размещенной как в хранилищах, так и в офисных помещениях. Фактически, выражаясь современным языком, компании Siemens & Halske предложили в конце 1928 года создать ТСО помещений на основе последних научных достижений. Примечательно, что аналогичная система ТСО была впоследствии установлена в здании личной резиденции А. Гитлера «Бергхоф» («Дом Вахенфельд»). Что же предложила фирма Siemens & Halske для контроля помещений банка Berenberg? В середине 20-х годов британская компания Radiovisor и германская Simens & Halske практически одновременно предложили для потребителей серийный образец охранной сигнализации на основе инфракрасных лучевых систем, предназначенной для контроля помещений. Принципиальная схема работы данной сигнализации базировалась на размещении в охраняемом помещении лампы с фильтром, испускающей лучи невидимого спектра, то есть инфракрасные. На противоположном конце пучка света длиной 940 ммк устанавливался фотоэлектрический приемник (еще можно его назвать фотоэлектрический цезиевый элемент). При этом через фотоэлемент проходил слабый электрический ток, удерживающий при помощи электромагнита все исполнительные органы от действия. При прерывании луча нарушителем, зашедшим в помещение, прекращается подача тока на фотоэлемент, в результате чего срабатывает звуковая сигнализация (или на пульте у дежурного загорается лампочка).

Данная система охранной сигнализации нашла широкое применение в Западной Европе, Великобритании и США уже с начала 30-х годов прошлого века, но использовалась исключительно при контроле помещений в частных и государственных банках, крупных магазинах и предприятиях по выпуску ювелирных украшений (например, компания из ЮАР De Beers уже с 1932 года начала применять на своих складских помещениях инфракрасные лучевые системы, или, как их еще называют оптические лучевые инфракрасные сигнализаторы, разработанные британской компанией Radiovisor). А вот весомых причин для разработки периметровых ТСО у ведущих электротехнических компаний пока не было. Загородные объекты руководителей стран западной демократии (я это выражение использую больше в ироничном смысле) до начала Второй мировой войны 1 сентября 1939 года охраняли спецслужбы с достаточно высокой эффективностью и без ТСО периметра, полагаясь на отменно развитую агентурную сеть среди местного населения.

Гораздо сложнее обстояло дело в СССР, где после убийства С.М. Кирова АХУ НКВД СССР по личной инициативе начальника оперода ОГПУ (1-го отдела ГУГБ НКВД) и с явного одобрения И.В. Сталина, на каждой загородной резиденции советских вождей (около 14 человек из СНК и ЦИК СССР подлежало охране) стали возводиться многорубежные системы охраны объектов. Однако в СССР, даже во времена начала массовой истерии возведения циклопических дощатых пятиметровых заборов, в середине 30-х годов, никто в ГУГБ НКВД СССР не задумался об использовании технических средств охраны периметра. Над этим вполне адекватным вопросом серьезно задумались в нацистской Германии, причем достаточно компетентные люди, а именно начальник Reichssicherheitsdienst – RSD (Имперская служба безопасности) группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции Ганс Раттенхубер, являвшийся еще и руководителем службы личной охраны А. Гитлера с июня 1933 года.

Г. Раттенхубер, бывший сотрудник полиции безопасности – Sicherheitspolizei – SiPo (с 1920 по 01 июня 1933 года в звании гауптмана), будучи профессионалом, в соответствии со спецификой своей деятельности, прекрасно разбирался во всех технических новинках, предлагаемых концерном Siemens & Halske и Rohde & Schwarz (в том числе дочерней фирмой Telefunken Systemtechnik GmbH), а именно подслушивающих устройствах, системах охранной сигнализации, портативных системах радиосвязи и пеленгации и т. д. По его личной инициативе, вскоре после того, как шале вдовы коммерческого советника Винтера (так называемый Haus Wachenfeld – Дом Вахенфельд) в апреле 1936 году стал личной загородной резиденцией канцлера Германии А. Гитлера, штандартенфюрером СС Г. Раттенхубером был подан письменный запрос на имя управляющего компанией Simens & Halske с предложением разработать для нужд RSD эффективную систему сигнализации для охраны помещений и периметра на закрытых спецобъектах. Тактико-технические требования Г. Раттенхубера к создаваемому в фирме S&H периметровому средству обнаружения были следующие: вероятность обнаружения, то есть выдачи сигнала тревоги при пересечении человеком зоны обнаружения. Она определяет «тактическую надежность» рубежа охраны и должна составлять не менее 90–95 % при средней частоте ложных срабатываний менее одного за десять суток при длине блокируемого участка до 500 м;

наработка на ложное срабатывание – самый важный показатель, во многом определяющий общую эффективность комплекса безопасности и ТСО периметра;

универсальность и гибкость средства обнаружения – возможность работы в широком диапазоне условий эксплуатации в различных климатических условиях для защиты разнообразных объектов с охраняемым периметром большой протяженности;

возможность максимального определения уязвимости системы охраны объекта, то есть возможность преодоления рубежа без выдачи сигнала тревоги;

максимальная маскировка (визуальная и техническая) средств обнаружения на участке специзгороди большой протяженности, для увеличения надежности системы;

надежность, долговечность, простота монтажа и эксплуатации;

цена погонного метра рубежа охраны, то есть суммарная стоимость аппаратуры, чувствительных элементов, их монтажа и наладки, приходящихся на один метр длины периметра;

возможность эффективного управления и контроля за ТСО при помощи пульта со световым и звуковым извещением, находящегося на значительном удалении от ограждения.

Примечательно, что к моменту превращения обычного особняка в правительственную резиденцию вокруг будущего места отдыха канцлера нацистской Германии не было даже малейшего намека на какие-либо заборы или просто примитивные штакетники. Г. Раттенхубер собирался к началу сентября 1936 года осуществить первую серию мероприятий по глобальной реконструкции помещений резиденции «Бергхоф», оборудовав на самом объекте ТСО на основе использования инфракрасных лучевых систем, а также оснастив гостевые помещения подслушивающей аппаратурой. А к апрелю 1939 года глава RSD планировал окружить правительственный комплекс в предгорье, состоящий из ряда главных и вспомогательных зданий, специзгородью высотой в три метра, оснащенной эффективной охранной сигнализацией.

Между тем к началу сентября 1936 года в новую правительственную резиденцию «Бергхоф» ожидался приезд бывшего премьер-министра Великобритании Ллойд Джорджа. Одновременно, с августа 1936 года (при выпадении снега все работы прекращались до весны), на самых опасных участках резиденции А. Гитлера и его соратников (Г. Геринга, М. Бормана, Й. Геббельса и А. Шпеера) началось возведение капитальной изгороди из колючей проволоки, высотой в три метра, с навесом в сторону внутреннего охраняемого периметра. Вдоль изгороди стали прокладывать электрический кабель, который обеспечивал освещение и питание ТСО фирмы Simens & Halske. В течение трех лет, к апрелю 1939 года вокруг комплекса правительственной резиденции А. Гитлера «Бергхоф», площадью 10 кв. км, был сооружен практически неприступный забор, общей протяженностью 27 км. Необходимо заметить, что сам главный инициатор строительства специзгороди, оснащенной по последнему слову науки и техники, глава RSD группенфюрер СС Г. Раттенхубер 2 мая 1945 года при попытке вырваться из окруженного Берлина был тяжело ранен в ногу и взят в плен бойцами Красной армии и в тот же день передан сотрудникам ГУКР НКО СССР. Бывший глава службы охраны А. Гитлера содержался в Бутырской тюрьме (находилась в непосредственном подчинении Тюремного управления НКВД/МГБ СССР до 1949 года), где в течение продолжительного времени давал многочисленные признательные показания (Раттенхубера часто допрашивал глава 6-го отдела ГУКР НКО подполковник А.Г. Леонов), которые по долгу службы читали руководитель ГУКР НКО СССР В.С. Абакумов и его заместители. Определением военного трибунала Московского военного округа от 15 февраля 1952 года Г. Раттенхубер был приговорен к 25 годам лишения свободы.

Однако на основании указа Президиума Верховного Совета СССР от 28 сентября 1955 года, в соответствии с личной просьбой канцлера ФРГ К. Аденауэра об амнистии всех немецких военнопленных в СССР, Г. Раттенхубер был досрочно освобожден из мест заключения и 10 октября того же года передан властям ГДР, которые разрешили ему выехать на ПМЖ в Западную Германию.

Примечательно в данном случае, что следователи ГУКР Смерш НКО (Главное управление контрразведки Народного комиссариата обороны СССР, существовало с 21 апреля 1943 года до 6 мая 1946 года как самостоятельная единица, но затем было влито на правах управления в МГБ СССР) денно и нощно фиксировали до мелочей все то, о чем мог вспомнить бывший глава службы охраны А. Гитлера, но из-за неприязни и категорического духа соперничества своим коллегам из НКВД/НКГБ СССР тексты признательных показаний не передавали, согласно личному распоряжению главы наркомата генерал-полковника В.С. Абакумова. По этой самой причине до июня 1946 года все протоколы допроса Г. Раттенхубера, покрытые пылью времен, пролежали в архиве 6-го отдела ГУКР НКО, пока об их существовании не узнал глава 1-го управления охраны МГБ СССР Н.С. Власик (с 28 ноября 1946 года стал руководителем ГУО МГБ СССР). Возможно, с подачи своего шефа – И.В. Сталина генерал-лейтенант Н.С. Власик затребовал протоколы допроса Раттенхубера, где узнал много нового для себя лично, тщательно сравнив эффективность двух соперничающих служб, в чем-то по методу оперативно-агентурной работы копирующих друг друга. Узнал из протоколов допроса, к своему большому удивлению, Н.С. Власик и о технических средствах охраны помещений и периметра, которыми оснастила резиденцию А. Гитлера «Бергхоф» компания Simens & Halske (впрочем, примитивные средства сигнализации компания Simens поставляла еще и практически во все концлагеря смерти нацистской Германии). Замечу, что органы ГУКР Смерш НКО СССР в апреле 1945 года арестовали председателя совета директоров S&H Хайнриха фон Буоля и вывезли его в Москву, где он покончил с собой 2 мая 1945 года (повесился в камере Бутырской тюрьмы). Следователи 6-го отдела ГУКР НКО также вели допросы Х. Буоля, но эти протоколы официально в СССР и РФ не были опубликованы.

Между тем, кроме небывалого богатства и наследства фирмы Simens, доставшегося СССР в виде новейшего оборудования, трофейные службы НКО и НКВД СССР захватили громадное количество документации по многим выпускавшимся ультрасовременным приборам (например, радарам, ПУАЗО, средствам связи, сигнализации и т. д.). Сейчас не вызывает сомнения, что техническую документацию по производству технических средств охраны помещений и периметра у фирмы Simens & Halske тоже вывезли в СССР после 1945 года, правда, понадобилась она лишь… в 1963 году Министерству среднего машиностроения СССР как база для разработки аналогичных систем для охраны режимных объектов. В данное время можно с уверенностью заявить, что сложную систему охранной сигнализации фирмы Simens & Halske, смонтированную по всему периметру специзгороди на Ближней даче И.В. Сталина в 1946 году, просто скопировали с той, которая была установлена в резиденции А. Гитлера «Бергхоф» в Восточной Баварии и успешно функционировала до 25 апреля 1945 года. Что же представляла собой резиденция канцлера нацистской Германии А. Гитлера, расположенная в Баварских Альпах, под названием «Бергхоф»?!