Чтение онлайн

Весна выдалась солнечная, тёплая. Днём я учился, а часов в семь рвал когти прочь, назначая очередное свидание моей зеленоглазой прелести. Сбегать получалось не каждый день, периодически приходилось идти с отцом, братьями и кем-нибудь из дядь в одиннадцатый Ад на весь вечер и кусок ночи. Эти "развлекательные" тренировки выматывали так, что добираясь до кровати я каждый раз только чудом не засыпал где-нибудь на полпути. Не столько от усталости, сколько от обыкновенного стресса.

Как-то раз одна из тварей разодрала мне подбородок с левой стороны до самых костей. Три дня после этого я вообще разговаривать не мог, но к Лите всё равно сбежал. Пришлось объяснятся с обеспокоенной девушкой жестами, и пытаться не получить в лоб. Впрочем, швы зажили быстро, и через две недели не осталось даже шрамов. Мало что могло заставить меня отказаться от стремления увидеться с ней.

Полтора месяца подготовки пролетели одним затянувшимся днём. На время экзаменов пришлось свети личную жизнь к редким звонкам и переписке эсэмэсками. Зомбифицированное учебным процессом окружение если и замечало изменения в моём поведении, то никак не реагировало -- всех, даже железобетонного Вана, эти сверхнагрузки вымотали зверски.

Комиссия профессоров, метко окрещённая братом "голованами-экзекуторами", по моему мнению, просто развлекались, устраивая нам экзамены. Каждый экзамен длился часов шесть-семь, и это только для одного. Пока я сдавал, Ван сидел в соседнем кабинете, обложившись стопками книг и попутно не отрываясь от компа. Если мне не хватало информации -- он её находил. Когда сдавал Ван, его прежнее место занимал я. Двойняшки просекли тему и выручали друг друга так же. Боевую подготовку мы сдавали вместе. Искусства по отдельности...

В целом весь этот кошмар занял четырнадцать дней, к исходу которых я не мог связно думать вообще ни о чём.

И кое-как отодрав себя от кровати к обеду следующего дня, я выглянул в окно, и осознал, что на дворе -- май! Н-да. А ведь пару дней назад, кажется, был февраль.

– - Сын, ты герой!
– - сообщила мама, без спроса заходя ко мне. Эй, я же двери всегда закрываю на замок! Откуда у неё ключ?!

В ответ на мой сонный и недовольный взгляд, она протянула табель с оценками.

– - Не сомневался!
– - хмыкнул я, одним взглядом охватив написанное. На "отлично" всё, кроме двух дисциплин. Боевой подготовки и тёмных искусств. Боёвка "хорошо" (с натяжной, но это здесь не отмечено), искусства "удовлетворительно". Литературу я чуть не завалил тем, что моё мнение опять отличалась от мнения преподов. Но я ж обаятельный и убеждать умею.
– - Остальные как?

– - Хуже всех сдал Шон, -- вздохнула мамочка.
– - Но всё равно, вы молодцы! Признаюсь, малыш, я не ожидала, что вы все настолько способные.

– - Не столько способные, сколько целеустремлённые, -- поправил я.
– - Ладно, мам, всё, отстань, у меня дел полно! Меня ещё Мегера... тьфу, Михаил Алексеич ждёт к вечеру.

Мама весело хихикнула, подошла, растрепала ладошкой мои только что тщательно расчесанные волосы, притянула к себе, поцеловала в висок.

– - Тебя папа вечером ждёт. В мастерской. Так что планы свои отложи, не последний день на свете живёшь.

Интересно, чего от меня родителю понадобилось?

Вечером я заявился в папину мастерскую. Тот с ходу преподнёс мне стакан с прозрачной жидкостью.

– - Пей, снимай футболку и ложись, -- папа махнул рукой в сторону стерильного белого стола под яркой лампой.

Что-то мне резко расхотелось здесь быть.

– - Зачем?
– - задал я дурацкий вопрос.

– - Думаешь, у тебя одного всё это время мозговой штурм был?
– - отец ободряюще улыбнулся.
– - Да не бойся ты так, сын. Поверь, боли будет куда меньше, чем каждый раз, когда ты убираешь крылья. И снотворного в растворе нет, только обезболивающее.

Больше вопросов я не задавал. Это мой отец, и я ему доверяю. Всецело. Доверяю, сказал, заткнись, паранойя!

Хирургические скальпели, иглы, что-то непонятное, но жутко выглядящее, на маленьком столике для инструментов. Отдельно -- какая-то невесомая, непонятно из чего сплетённая паутинка.

– - Папа, ты точно всё рассчитал?
– - нервно поинтересовался я, всё-таки выпив обезболивающее и подходя к столу.

– - Точно!
– - заверил папа.

Ладно, всё равно сбегать сейчас не стану. Остаётся только закрыть глаза и довериться отцовскому таланту. Папа же всё-таки гениальнейший из ныне живущих артефактор... Вон чего со столицей сотворил!

Так, не думать про косяки со слиянием городов! Быстро не думать! Лучше подумать о том, что завтра я снова увижу Литу.

Не смотря на то, что в мою аккуратно разрезанную по шрамам спину постоянно втыкались иглы, вскоре я совсем перестал чувствовать боль. Отвлекать папу вопросами не следовало. Оставалось только закрыть глаза и немного помечтать...

...Солнце грело, но не припекало. Ласковой прохладой ветерок касался кожи. В моей руке была её тоненькая, прохладная ладошка. Не отпускал ни на секунду... Мы гуляли по летнему городу, я рассказывал ей обо всём, что видел вокруг, ведь этот город ей совсем не знаком.

– - Хочешь, пойдём на карусели?
– - спросил я, глядя на неё сверху вниз.
– - Там весело! Особенно на тех, которые самые экстремальные.

– - Не знаю, -- она повела плечом и доела остатки мороженного. Откинула за спину свои чёрные волосы. Улыбнулась.
– - А ты хочешь?

– - Мне всё равно, -- ответил я, не в силах оторвать он неё взгляд.
– - Главное, что с тобой. Родная, давай уйдём в тень. Ты такая белокожая, я боюсь, как бы ты не обгорела. Ожоги болеть будут.

– - Тогда ты меня вылечишь, -- доверчиво сказала она. Ступила поближе, обняла одной рукой за шею. Потянулась ко мне. Еле слышно шепнула: -- Ты ведь всегда будешь рядом...

– - Конечно, любимая...

Почему-то у её губ оказался апельсиновый вкус.

Медленно отстранившись, я взглянул в зелёные, с озорными искорками глаза, на красивом, загорелом от солнца лице. Вместо прохладной в летнюю жару маленькой ладошки в моей руке изящная горячая ладонь.

Всё правильно. Так и есть.

Стало так горько, что захотелось умереть...

Открыв глаза, откинул одеяло и медленно сел на диване. Где это я? Ага, папина мастерская. Вон он сам. На коврике спит, диван-то моим высочеством занят. Бедняга! Он там часто спит, когда работает над очередным шедевром. Нынешним шедевром, как ни забавно это звучало, был я. И я сейчас перемотан бинтами как мумия. Вот чёрт, надеюсь, это ненадолго.

В кармане зазвонил знакомой мелодией телефон, и я быстро поднял трубку.

– - Доброе утро, солнце моё, -- приглушённо, чтобы не будить родителя, произнёс я.

– - Привет, мой ангел, -- услышал в ответ полный искренней радости и тепла голос девушки.
– - Ну как, закончились твои экзамены? Как сдал?

– - Почти всё на "отлично". Ну, другого и не ожидалось! Можно до зимы вообще не думать об учёбе.

– - Везунчик!
– - Лита изобразила в голосе зависть, но потом засмеялась.
– - И как твои планы на сегодняшний день?