Чтение онлайн

Даже сама не знала, что могу так виртуозно сквернословить на ремском языке. Вот что иногда с женщинами беременность делает - раскрывает такие таланты, о которых совсем не подозреваешь! Опешивший Густав стоял, открыв рот и выпучив глаза. Потом также молча ушёл и вернулся уже без трубки. Лишь буркнул, что беременная баба похлеще бешеной ведьмы. Этот урок словесности изобретателю, видимо, запомнился надолго, так как при мне он больше не курил.

– Как самочувствие, Анна?
– поинтересовался Густав, как только я подошла к нему.
– Смотрю, совсем уже каракатицей стала.

Это у него типа вежливого приветствия. Как я ни старалась, но привить упрямому старикашке хоть чуточку уважения к моему положению не получилось. Одно слово - Безумец. Хотя и очень талантливый!

– Сам не сдохни, - привычно “поздоровалась” я в его манере.
– Опять прохлаждаешься?

– Нет!
– улыбнулся он почти беззубым ртом.
– Прямо чуял, что ты приедешь. Давненько не заглядывала. Вот и дожидаюсь. Сейчас кое-что покажу. Увидишь - раньше времени родишь!

– Ну, удиви меня.

Пройдя в его пещеру-мастерскую, я заметила, что из неё исчез знаменитый трёхколёсный махолёт. Зато стояло огромное механическое чудовище, состоящее из каких-то валов, шестерней и приводных ремней.

– Это то, о чём я подумала?
– показала я пальцем на механизм.
– Получилось запустить и синхронизировать ход ниток, челнока и иглы?

– Ну… Как бы да! О нитках говорить пока не приходится, но с тонкими верёвками работает отменно! Всё-таки ты правильно обратилась именно ко мне! Другие дураки ещё не доросли до истинного гения мастера Густава!

– Не буду спорить. А где твой махолёт?

– Пришлось разобрать. Срочно понадобились кой-какие детали, пока идея в голове не остыла. Время взлететь в небо у меня ещё будет, а вот избавиться от наваждения твоей бесовской швейной машины хотелось побыстрее. Она мне даже ночами снится. Часто в кошмарных снах. Но какую интересную задачку ты мне подсунула! Правда, что-то не вижу радости… Вот она! Пользуйся!

– И чему тут радоваться?
– грустно посмотрела я на Густава.
– Мне не нужно шьющее верёвками убожество. Да и вытащить подобную махину из твоей пещеры невозможно. Если только разобрать.

– А вот про “убожество” - это было действительно обидно, Анна, - помрачнел изобретатель.

– Извини, - миролюбиво улыбнулась я.
– Погорячилась. Я знаю, как нелегко тебе пришлось. Сколько сил и таланта ты потратил, чтобы создать подобное. И я искренне тебе благодарна.

– Ладно. Считай, что забыл. Но, к сожалению, больше ничего путного создать не могу. Вернее, могу. Только вот с размерами беда. Чтобы изготовить небольшую швейную машину для ниток, нужна ювелирная точность. Один челнок и правильная игла чего стоят! С моими руками не получится. Да и глаза уже плохо видят. Жаль, что сюрприз не удался…

– Ювелирная точность? Густав! А ты ведь мне сейчас шикарную идею подкинул!

– В моей голове другие не водятся.

– Охотно верю! Знаешь что? Не раскисай раньше времени. Быть может, я знаю ту, кто нам сможет помочь!

– Ещё одна баба?
– насторожился он.

– Посмотрим. Как получится. Давай пока не об этом думать, а посмотрим, как ты шьёшь верёвками.

– Обойдёшься. Великий Густав не показывает работу своих творений, сделанных наполовину. Вот когда уменьшим машину, тогда и увидишь её в действии.

– Какой же ты вредный старикан!

– Я просто не люблю лишние слова и говорю всегда то, что думаю. Это рационально и не допускает двойного смысла.

– Вот я и говорю, что вредный. Ещё самолюбивый, нелюдимый, хамоватый и реально сумасшедший, несмотря на свой ум.

– Что-то ты сегодня разошлась, Анна, - угрюмо посмотрел он на меня.

– Я тоже люблю говорить правду. У тебя научилась. Ладно, пойдём к моей карете. Я там готовой еды на неделю привезла, заказанные детали из кузни и денег немного.

– Ну хоть какой-то от тебя прок!
– услышав о еде и своих железках, довольно произнёс Густав.
– Пожалуй, ты не самая бесполезная из женщин.

– Ты хотел сказать: самая лучшая?

– Да какая разница? Швейная машина - вот что самое главное! А не ты! Со временем состаришься и умрёшь, а Великого Густава и его швейное творение будут вспоминать и через века! Получается, что я бессмертен! Даже уже название придумал для своего механизма… Густавджёрншаумавель! Кратко и ёмко!

– Густавдзё-щё-му …Чего там дальше?

– Густавджёрншаумавель! Всё же проще простого! Означает: “железная швейная машина Густава”. Это на языке одних северных дикарей. Довелось мне пожить в их деревушке. Хорошие ребята были, пока не побили и не выгнали. Но впечатления от тех краёв остались сильные!

– Закончилось всё как всегда. Пинком под зад, - хмыкнула я.
– Над названием потом поработаем. Сейчас не до этого.

В Борено возвращалась в приподнятом настроении. Вот странное дело! Приезжая к Безумному Густаву, постоянно скандалю с ним и спорю. Ещё и кучу хамства выслушиваю… Правда, поймав сумасшедшинку “поехавшего кукухой” мастера, сама огрызаюсь, не стесняясь в выражениях. Вроде бы должна психовать после такого, но получаю заряд бодрости. Видимо, есть в этом какая-то изюминка для попаданки, по долгу службы в прошлом мире много общавшейся с маргиналами и дуриками вроде Густава.

Вот такая своеобразная экстремальная психотерапия получается. Когда не следишь ни за языком, ни за манерами, а выплёскиваешь весь накопившийся за недели негатив в словесных жёстких баталиях. Или я тоже немного “того”? Ну, сейчас-то уж точно! И плевать! Важнее всего то, что домой приезжаю тихая и умиротворённая.

Причём Густав тоже с удовольствием ждёт наших встреч. Частенько, как сегодня, даже встречает госпожу Ищейку. Ну, а услышанную от него фразу, что я “не самая бесполезная женщина”, вообще можно приравнять к пылкому признанию в любви. Эх! К его светлой голове ещё бы и полностью незамутнённое сознание приделать, без гипертрофированной до вселенских масштабов самовлюблённости. Да на такого изобретателя в каждом городе молились бы, а не гнали пинками!

Но главное, что Безумец Густав подал мне прекрасную идею! Он утверждает, что швейную машинку нельзя создать без ювелирной точности? Скорее всего, прав мастер. И я знаю одно семейство ювелиров. Поэтому поехала не совсем домой, а к Ванессе Грема.

Ванесса встретила меня радушно. Сразу же напоила чаем с пирожными, до которых я в последнее время была сама не своя, и забросала вопросами о моём самочувствии. Потом пересказала парочку городских сплетен. Потом ещё парочку… Да! Этот “рупор Борено” просто так не заткнуть! Но я попыталась.