Чтение онлайн

— Мы не согласны с суммой, которую нам выставил Китай, — после кратких перешёптываний заявляет Моррис.

— Замечательно! — есть чему порадоваться, Моррис уже не отвергает сам факт долга. — Тогда мы покидаем вас на сегодня. Решайте этот вопрос напрямую с представителями Китая. Только учтите!

Уже стоя, поворачиваюсь к посланцам Пекина:

— Заявленную сумму вы увеличивать не имеете права. Она прозвучала на весь мир, и Высший Совет ООН это зафиксировал. Желаю успехов обеим сторонам.

Представители Кремля остаются для контроля и в качестве независимых экспертов. Там есть пара членов отработавшей своё международной следственной комиссии. Видели всё своими глазами.

За дверями к нам присоединяется моя сладкая охранная парочка — Фрида и Грета.

В коридоре Марк толкает меня плечом на ходу и ехидно спрашивает:

— Приятно чувствовать себя диктатором всего мира?

Костя мелко трясётся от смеха. А я за словом в карман не лезу:

— О чём ты меня спрашиваешь, финансовый диктатор планеты?

Марк от меня тут же отстаёт, Костю накрывает икота. Всё-таки они придурки. С кем приходится работать?!

На улице садимся в авто. Непростые автомобильчики, очень непростые. Юна даром времени не теряет. Прислала на подмосковный автосборочный завод спецдетали и мастеров, которые под нашим контролем они собрали партию машин. Главное свойство — пуленепробиваемость. Но в них ещё много чего напихано. Шасси, вооружение (скрытое), корпуса изготовлены на наших заводах. В основном, нижегородских. Лунные рубли нужны всем.

За полчаса до обеда мы «дома». Западная башня «Федерации» сейчас наш дом. Кое-какие мероприятия уже провели, но работы ещё много. Одну пару скоростных лифтов выделили нам в монопольное пользование, они могут доставить на любой этаж, стартуя с тридцать второго. Оттуда начинается наша территория, которую Медведев сторговал за двадцать миллиардов российских рублей. Кнопки нижних этажей отключены.

Заходим на самый верхний этаж с треугольно выпуклой крышей. Здесь хозяйничают связисты, устанавливают антенны для контакта со спутниковой группировкой. Прямо на крыше монтировать нет нужды, экстравысокие частоты почти не замечают стекла.

— Вить, — обращается Марк небрежным тоном, — моему отделу пяток квартир бы здесь…

— Две, не больше, — мгновенно обрезаю ему хотелки, любуясь видом с огромной высоты. — И каждая с железным основанием.

— Ну… одну мне.

— Тебе зачем? Твоя вотчина — Омск.

— Понимаешь, Кира на сносях, а московские клиники всё-таки классом выше.

Резонно. Но у меня аргументы тоже есть:

— Марк, — вздыхаю стоически, сколько раз мне это объяснять? — Столица не там, где она находится, а там, где мы. Сделай клинику в Омске лучше московских, кто тебе мешает? Закупи самое современное оборудование, привлеки специалистов, назначь им зарплату. Мне тебя учить надо?

И Марк, и Костя, стоящий рядом, задумываются.

— У нас плотные связи с Южной Кореей и Кубой. В этих двух странах самая продвинутая в мире медицина. Выбери любую омскую клинику, сделай из неё конфетку. В Москве лучшие врачи в стране, а у тебя будут лучшие в мире.

Вмешивается Костя:

— Губернатор тебе любой медцентр отдаст. Государственный приватизируешь, частный выкупишь.

— Вот именно! — одариваю Костю благосклонным взглядом. — Плюс Кира оценит, как ты ради неё стараешься. Местные на руках тебя носить будут, ей ведь не каждый месяц рожать, а клиника простаивать не должна. В Москве ты ещё набегаешься, но твоя Кира всё равно будет у них не самой главной пациенткой, а всего лишь одной из многих.

Около нас уже стоит Артём Суханов, замначальника отдела связи. Небольшого роста и малоубедительной комплекции, зато с внимательным, каким-то концентрированным взглядом. По сути, главный технический специалист в этой области. Стоит и терпеливо ждёт, когда мы наговоримся.

— Так что одна квартира для твоего зама, которому придётся работать здесь, а вторая — гостевая, в том числе для тебя, когда приедешь.

— Вдруг ещё понадобится?

— В общую гостиницу, такая тоже здесь будет. Что у тебя, Артём? — переключением на главсвязиста даю понять, что тема закрыта.

— Со спутниковой связью проблем не ожидается, — Артём немедленно приступает к докладу. — Что будем делать с внутренней? Использовать имеющуюся или прокладывать свои линии?

— Суверенную сеть делать сложно?

— Если использовать имеющиеся коммуникации, то нет. В тех же каналах прокладываем свои кабели — и дело в шляпе.

Там придётся ещё делать шлюзы между общей телефонной сетью и автономной, но это мелкая техническая проблема. Артём даже не упоминает о ней.

— Надо исходить из того, что имеющаяся сеть прослушивается.

— Мы вроде проверяли…

— Техника на месте не стоит. Не только у нас. Могут и позже жучков насажать.

Артём скептически хмыкает. Костя с Марком тоже удивляются, наша зона же будет закрытой. Однако не поправляюсь — если у нас есть мини-дроны, то могут быть ещё у кого-то. А в кабельных каналах привратника не поставишь.

— Исходи из того, что никакая проверка полной гарантии дать не может.

— Пустим свои кабели параллельно родным?

— Они тоже могут попасть в зону прослушки. Будут снимать инфу по электромагнитным колебаниям, — размышляю вслух.

— Не проблема, — парирует Артём. — Пустим оптоволоконный кабель.

О-о-у! Сильное решение. Сам-то сразу не сообразил. Зато нахожу возможность подправить:

— С оплёткой и датчиками её целостности. Так чтобы при любом повреждении подавался предупреждающий сигнал.

Теперь в глазах Артёма читаю «О-о-у!» Так что счёт сравнялся.

— У меня ещё одна идея была, — вследствие летучего обсуждения актуальность утеряна, но вдруг. — Пустить линии снаружи в виде полосок медной фольги. Можно в виде ленточного многожильного кабеля. Я только не знаю особенностей строения и как можно его внутрь провести.

— Ёмкостной контакт прямо через стекло, — Артём не видит никаких проблем.

Пожалуй, избыточно. Или нет?

— Подумай над этим, но реализовывать пока не надо — сделаем не дублирующий канал связи, а резервный проект. Общая система оповещения есть? — Артём кивает на мой вопрос. — Проверь на предмет несанкционированной работы.

— Не пора ли нам на обед? — вмешивается Марк.

Точно! Обсуждение уже украло у нас треть обеденного времени. Дружно спускаемся в ресторан. Подчинённых Артёма уже не видно, распорядок рабочего дня блюдут строго. Не то что начальство.