Чтение онлайн

Ясна вздохнула и кивнула.

— Хорошо, мама.

— Ну, вот и славно. А к тебе вот-вот придет учитель истории. Ты готова?

— Всегда готова, — невесело улыбнулась девица. — Мы решили, что будем сегодня заниматься в саду, в беседке очень уютно, — поднялась она. — Я пойду.

— Ступай-ступай, дочка, — кивнула мать, уже думая о чем-то своем.

А вот Ясна размышляла только о синих глазах наглого робофа, который осмелился так нахально оглядывать ее, как будто она не госпожа в этом доме, а посудомойка. Ясна ничего не имела против посудомоек, но все же привыкла к более почтительному отношению, а этот мужлан одним взглядом сообщил ей больше, чем нужно. И как только отец этого не заметил?

Во время урока Ясна то и дело трясла головой, чтобы выбросить оттуда ненужные мысли, но они никуда не желали уходить. И чем дольше она думала о черноволосом охраннике, тем сильнее злилась на него.

Несколько дней пролетело незаметно. К Ясне постоянно ходили преподаватели: учили то грамоте, то далеким языкам, чтобы она хотя бы имела о них представление, то истории и географии. Хотя и мать, и отец придерживались мнения, будто женщина должна лишь помогать мужу, они также были едины в том, что их дочь должна иметь достаточно хорошее образование, чтобы в случае надобности уметь сделать все самой.

Ясна сидела у холодного сейчас очага в гостиной. Его начинали топить только глубокой осенью, когда дом пронизывали северные ветра. Сейчас же была отличная погода, но слишком жарко, чтобы сидеть на улице, поэтому Ясна предпочитала заняться вышивкой в прохладном помещении. Стежок за стежком она рисовала на белой ткани кроваво-красную розу. Снаружи залаяла собака. Ясна подпрыгнула от неожиданности и уколола палец иголкой. Пришлось быстро сунуть его в рот, чтобы не выпачкать вышивку.

Во дворе раздались голоса. Ясна кинула рукоделие и бросилась на улицу.

— Отец! — закричала дочь и повисла у него на шее. — Я так рада, что вы вернулись!

Она подошла и поцеловала брата в щеку. Он притянул ее к себе и потрепал по макушке. Ясна вывернулась.

— Прическу испортишь!

К ним спешила улыбающаяся мать с распростертыми объятиями.

— Радушка моя, — обнял ее отец.

Все это время Ясну не покидало ощущение, что за ней кто-то наблюдает, но она предпочитала не смотреть на того, чей взгляд жег спину.

— А это тебе подарок, дочка, — Тройтан подошел к белоснежному мулу, который стоял рядом с повозкой, но не был в нее запряжен.

— Какой красивый! — восхитилась она и подошла к животному. Аккуратно погладила его за ухом, тот повел им. Девица рассмеялась и на радостях обняла животное. — Привет, — прошептала она. — Как его зовут?

— Назови, как сама хочешь, он еще совсем молодой, — пожал плечами Тройтан.

— Снежок? — посмотрела она на него. — Или Пушок?

— Это тебе кот что ли? — захохотал Ямис.

Рядом с ним раздался сдержанный смешок. Ясна метнула взгляд на того, кто это сделал. Новый охранник, еле сдерживая улыбку, расседлывал своего мула.

— Я сказала что-то смешное? — строго посмотрела она на него, стараясь вложить в голос все презрение, на которое только способна.

Все посмотрели на него.

— Нет, госпожа, что вы, — он опустил глаза, продолжая свое занятие, но Ясну не покидало ощущение, что он насмехается над ней.

И это так ее злило, что руки начинали мелко дрожать. О боги, как можно быть таким… таким… она даже слова не могла подобрать, чтобы оно верно характеризовало этого нахала.

— Назову тебя Айсберг, — глядя на мула, сердито сказала Ясна и развернулась, чтобы идти в дом помогать матери раскладывать вещи, которые отец купил для них.

И снова этот тихий смешок. Она фыркнула и не оборачиваясь ушла. Неужели никто не видит, что он ее намеренно дразнит?

Вслед за ней шла мать.

— Ясна, — положила женщина руку ей на плечо. — Девице твоего положения не подобает так себя вести на людях.

Рада не ругала ее, лишь указывала на то, что Ясна и так прекрасно знала, но рядом с этим противным робофом у нее как будто отключался здравый смысл.

— Мне не нравится этот новый охранник, — прямо заявила Ясна. — Он слишком наглый. Пускай отец поговорит с ним.

— Твой отец хвалит его, сказал, что он прекрасно справляется со своими обязанностями. Пожалуйста, делай скидку на то, что он чужестранец.

— Вот именно! Неужели отец не мог нанять ланойца?!

Она не хотела, но повысила голос.

— А Варгроф, между прочим, помогал выбирать тебе этого прекрасного мула, — вошел в гостиную брат.

— О! У меня отличная идея! Я назову животное Варгрофом!

При этом Ясна засмеялась, но ни мать, ни брат не разделили с ней веселье. Что-то грохнуло. Девица резко обернулась. Наемник, кинув на пол какой-то ящик с товаром, вышел вон из помещения. Повисла тишина.

Мать лишь поджала губы, Ямис покачал головой и вышел вслед за охранником. Мать тоже поспешила заняться своими делами.

Ясна зло топнула ногой и бросилась наверх в свою комнату, демонстративно хлопнув ею. Ну вот, теперь из-за этого несносного мужлана ею недовольны родные. Это просто какой-то кошмар!

Ясна просидела у себя до самого позднего вечера, дуясь на всех сразу. Ее даже не пригласили к ужину. И от этого она злилась еще больше. Когда за окном уже совсем стемнело, в животе стало бурчать. Она легла и ворочалась еще некоторое время, прежде чем накинула легкий халат на ночную рубашку и пошла вниз на кухню. Уснуть в таком состоянии она решительно не могла. Конечно, слуг в такое время в доме уже не было, они приходили утром, но она найдет что-нибудь поесть.

Все уже ушли на ночной отдых, поэтому в доме было тихо, только из родительской спальни доносился заливистый храп. Отец всегда очень громко храпел, и Ясна искренне не понимала, как у матери получалось засыпать под такой аккомпанемент. Босыми ногами девица прошлепала по дощатому полу на кухню.

Свечи уже не горели, но в печи оставались красные угольки, которых хватило бы, чтобы разжечь фитиль. Она нагнулась, чтобы сделать это.

— Проголодались?

Ясна подпрыгнула и больно ударилась лбом о печь. Почти в полной темноте за столом спокойно сидел Варгроф. Перед ним лежала большая разделочная доска с разной снедью.

Девица держалась одной рукой за распахнувшийся халат, другой — за покалеченный лоб и не знала, как реагировать. Сердце колотилось в груди, словно она бежала много верст.

Наемник медленно поднялся, обошел ее и зажег несколько свечей, поставив их на стол. Они осветили кухню.

— Покажите, — подошел он к Ясне, кивнув на лоб.

Она мотнула головой и попыталась сделать шаг назад, но там была только печь. От нее все еще исходило тепло, как и от робофа, который стоял непозволительно близко. Он отвел ее ладонь от лица.