Чтение онлайн

— А годы-то серьезные. — встряла Мейко. — У нас в племени девушка уже после шести месяцев первой крови считается пригодной для брака.

Мири фыркнула.

— А еще у вас, может, жуков едят и ветками за работу рассчитываются.

— Жуки, между прочим, это прекрасный источник белка. — заявила юная варварка.

От их болтовни мне стало немножко повеселее, пусть даже счастье не ждало ни за этим поворотом, ни за следующим. Скоро погода совсем разошлась, даже открытое окно кареты не приносило никакого облегчения, потому что ветер отказывался дуть и нас охлаждать. Горячая женщина — плод мечтаний любого мужика традиционных взглядов, но скажите, хоть кто-нибудь поинтересовался, каково приходится этим самым женщинам? А я вам скажу — ощущения не фонтан…

В отличие от самого фонтана, в который я бы плюхнулась с удовольствием. И пусть все приличия подождут.

Мы пытались отвлечься от жары, но ничего не помогало. Карточные игры быстро наскучили, в города тоже сыграть не получилось — я называла места из своей реальности, девочки из своей, поэтому мы быстро утратили доверие друг к другу.

Тогда последним шагом было привлечь на помощь Стормера. Тут Мейко удивила — высунувшись в окно и по-мужицки сунув два пальца в рот, она пронзительно свистнула. Ей-богу, я чуть не оглохла, а с карликового орка чуть не слетела шапка. Он повернул к нам свою любопытную морду.

— Ась?

— Спойте нам, господин Стормер. — предложила я. — Голос у вас зычный, так, может, и слух имеется?

Его клыкастая морда тут же озарилась искренней радостью.

— А че, это можно. — заявил орк. — Значит, так, это у нас пели в деревне. Кхе-кхе.

“Я ИСКАЛА В ЖИЗНИ ПЫЛА

ПОЛЮБИЛА ПАСТУХА!

ВМИГ ЗАЕЗДИЛ КАК КОБЫЛУ

СЕМЬ РАЗ В ДЕНЬ БЕЗ РОЗДЫХА!

И-ЭХ!

Вот тогда-то я на собственном опыте выяснила, что значит выражение “уши вянут”. Но поток народного творчества было уже не остановить. Зажимая ухо одной рукой, Мири потянулась к лежащему чуть позади свертку и раскрыла его. Принюхалась.

— Скоро творожный рулет с маком скиснет. — печально сказала она. — Кто-нибудь голоден?

Но аппетит еще ни у кого не пробудился, поэтому печали на лице у девушки прибавилось. Она явно не любила впустую переводить хорошие продукты.

— Испортится же на жаре, жалко будет, если пропадет.

— И остальное тоже. — добавила Элина. — К концу четвертого дня придется на сухари перейти.

Пока что скисло здесь только их настроение, но резон в словах был. На такой жаре продукты долго не продержатся. А что если мне попробовать повторить трюк с кубиком, только немного увеличить масштаб. Так, закрыть глаза и сконцентрироваться…

— Госпожа, все хорошо?

Я молча поднесла палец к губам и ощутила всамделишный холод. Кажется, работает! Сейчас надо напрячься и визуализировать этот кубик в ладони…

Перед глазами появилась ледяная глыба посреди застывшего моря. Маленький кусочек откололся от нее… и приземлился в мою ладонь. Я сделала усилие… и еще три кусочка последовали за ним. Хорошее начало, но мне понадобится больше…

Когда я открыла глаза, то увидела перед собой пригоршню с горкой… и порядком удивленные лица девочек.

— Все более чем хорошо. — сказала я, глядя на эту пригоршню. — Можно сказать, все прекрасно.

Как выяснилось, радость моя была преждевременна. Да, появившиеся кубики успели порадовать не только формой и размером, но еще и долговечностью — на падающие солнечные лучи они реагировали с презрением и таять отказывались. Но как только я решила на радостях нарастить объемы, тут и выяснился подвох.

Мы обложили всю скоропортящуюся еду, которую еще не съели, теперь от нее исходил освежающий, прохладный пар. Мири подержала над одним из свертков ладошку и обрадовалась.

— Ой, как же вы здорово придумали, госпожа Сафина! Теперь все сохранится, и нам не придется грызть эти дурацкие сухари.

— Не зарекайся, однажды они могут спасти тебе жизнь. Никто, кроме богов не знает, как выткана нить твоей судьбы. — изрекла Мейко тоном пожилой прорицательницы.

— Спасибо на добром слове. — сказала я. — Теперь не помешало бы охладить еще и воду.

Сказано — сделано? Я простерла руку над одной из доверху наполненных бутылей… и сразу же поняла, что энергии теперь требуется гораздо больше. Даже для того, чтоб на стекле появилась легкая заиндевелая корочка, я выбросила столько сил, что напряглись жилы на шее, а по спине, под платьем, пролегли дорожки пота. Образ, нужен образ, как в прошлый раз. Но вместо айсберга передо мной появлялись только его смутные очертания. Они будто бы состояли не изо льда, а из тумана. Ну уж нет, сдаваться я не стану — сейчас попытаюсь его ухватить, и как только он окажется в моей руке, то сразу проявится. Но я ошиблась. Мысленно я ухватила пустоту, и тут же голову пронзила сильнейшая боль. Вроде бы грех жаловаться, когда немалую часть жизни заедала мигрень таблетками, но такого я прежде не испытывала. В виски с двух сторон ввинтился раскаленный добела прут и на этом чудовищном вертеле стал вращаться мой несчастный мозг. Я сморщилась и с трудом подавила стон боли — девочки всполошатся…. На пальцах вновь очутились капли, но на сей раз они были горячими. Я поднесла руку к лицу. Зрение стремительно мутнело, но все равно цвет оставался хорошо виден. Темно-багровый. Я успела подумать, что он весьма гармонично смотрится в солнечных лучах, а потом сознание померкло.

…Первыми вернулись запахи — в ноздрях поселился сильный аромат свежескошенной травы, к которому густо примешали мяту и толику черного перца. Должно быть, сейчас моя и так подмоченная репутация утонченной светской дамы пойдет насмарку, но удержаться попросту невозможно.

— АП-ЧХИ!

— Превосходно. — с удовлетворением сказал тихий, почти шелестящий девичий голос.

Хозяйку его я не смогла распознать — это не Мири, та позвонче, не Элина, у нее извиняющиеся интонации, и точно не Мейко…

Не люблю неизвестность. Я раскрыла глаза, поначалу по ним резанул яркий свет, но потом в его круге возникло лицо девушки. Востроносая и похожая на лисичку. Точно, Лиса! Девушка с удовлетворением кивнула сама себе и убрала в карман платья маленький мешочек.

— Раздражающий сбор действует прекрасно. — произнесла она без особого интереса, как будто проводила наблюдение за важным экспериментом, и сейчас одна его фаза завершилась.

— Госпожа Сафина! Как вы себя чувствуете? — затараторили наперебой Мири и Элина. — Вот страх-то? Водички хотите?

— Бывало и лучше. — призналась я со всей возможной честностью. — Да, не откажусь.

Какой же вкусной мне показалась эта вода, даже сомнительная чистота и способ хранения не стали помехой. Я выпила все, что предлагали и только потом спросила:

— Что со мной произошло?

Элина отвела взгляд, ее острые ушки подрагивали.

— Вы положили руку на бутыль с водой, замолкли, а дальше началось! Вас, хозяйка, затрясло, как в лихорадке, а потом кровь носом как хлынет! Да так много, страсть!

— Точно. — подхватила Мири. — Хорошо, что мы с Мейко быстро смекнули. Крикнули Стормеру, чтоб притормозил, вынесли вас на воздух осторожно да на травку положили. А там уже и Трогг остановился, помощница матушки Агнессы подоспела…

— Лиса. — напомнила о себе девушка.

— Я твое имя не забыла. — просипела я. — Странное дело. Такое уже случалось, конечно, но только в пустыне, поэтому я все списала на жару и обезвоживание.

— Оно и есть. — невозмутимо заявила Лиса. — Только магическое. Сейчас я все объясню.