Чтение онлайн

— Нет-нет-нет, прелесть моя! — увещевал призрак. — Умоляю вас ради всего хорошего, что есть в этом мире, не шумите! Архив есть храм познаний, а в храме нельзя шуметь и бедокурить. Мысли любят покой.

Почему я со стопроцентной уверенностью решила, что вижу перед собой призрака? Да все просто — через живых людей из крови и плоти предметы, как правило, не просвечивают. Нет, бывают и из этого правила исключения, но только среди редких личностей, предпочитающих попивать за завтраком радиоактивное топливо. А поскольку я сомневалась, что здесь этот деликатес можно раздобыть, то тогда вариант оставался один.

— Вы кто? — спросила я строго. По спине предательски полз холодок, но я всячески старалась не показывать неприятного чувства. — Что здесь делаете?

Мужчина убедился, что Элина не собирается голосить на всю округу и только после этого опустил ее на землю. Его морщинистые руки схватились за полы камзола.

— Ох, простите старику, совсем запамятовал манеры. — вздохнул он. — Позвольте представиться — Савелий Анисимович Биркин, заведующий.

Я слегка приоткрыла рот. Должность архивариуса, впрочем, не сильно меня поразила… а вот имя… Нет, Сафина прежде про Биркина не слышала, мне тоже в прошлой жизни не доводилось, но вот от самого имени повеяло родной русской землей. Наверняка сейчас брат-близнец Савелия Анисимовича сидит где-нибудь в питерском парке и играет с таким же благообразным старичком в шахматы. А здесь…

— София Вал… кхм… то есть… Сафина Эльжбета Банкс, герцогиня. А это моя служанка и советница Элина.

Старик улыбнулся, и мне даже показалось, что по его полупрозрачному телу прошла рябь, как по изображению на телеэкране с кинескопом.

— Сафина Эльжбета! Госпожа Банкс! — радушно и торжественно произнес он. — Вы дочь Гарольда?

— Все верно. — согласилась я.

— Какое счастье! А батюшка приехал с вами? Тысяча извинений, дорогая моя душечка, просто миллион! Что же это мы, две старых клячи, совсем счет времени потеряли… Нелли! Нелли! — громогласно позвал Савелий Анисимович. Ради такого случая он даже наплевал на только что им самим озвученную необходимость соблюдать тишину.

— Зачем же ты так суетишься, Савочка? — раздалось откуда-то из глубины зала царственное сопрано, и перед нами предстала дама. Именно так — иначе и не скажешь. Стройная, высокая, с прической из пышно взбитых седых волос, она производила царственное впечатление. Даже довольно простое черное платье не могло это впечатление испортить. И да, дама тоже была полупрозрачной.

— Их двое. — одними губами шепнула мне Элина. — Госпожа, мне… мне кажется, что мы в опасности. Вдруг они сейчас усыпят нашу бдительность, а потом…

Но я страхов Элины не разделяла. Да, есть немало мифов, легенд и страшных сказок, в которых всякие чудовища прикидывались добренькими, чтобы полакомиться героями, но в случае с этими двумя обитателями архива мое чутье молчало. А я привыкла ему доверять.

Савелий Анисимович в несколько шагов подобрался к даме и церемонно взял ее за руку.

— Нелечка, для этого есть более чем достойный повод. К нам пожаловала дочь герцога Гарольда Банкса.

Дама прищурилась и внимательно оглядела меня. И вот вам разница! Примерно так же я несколько дней назад стояла перед мачехой-герцогиней, чувствуя себя куском мяса, который или выберут на суп или отбракуют. Сейчас же — ничего подобного. Взгляд у супруги Савелия Анисимовича был теплый… удивительно, если учесть, кем сейчас была его владелица.

— Что же вас сюда привело, девочка моя? — спросила Нелли.

— Долго рассказывать. — вздохнула я.

— Так мы никуда не спешим! — заверила моя собеседница. — И, смею надеяться, вы тоже. Сейчас и поговорим ладненько, чайку попьем. Вашей спутнице он особенно бы не повредил — кожа бледная, зубы стучат! Это не дело! Савочка, взгрей самовар, будь так любезен.

— Конечно, душенька. — ответил неупокоенный дух и отправился хлопотать по хозяйству.

— Пойдемте, дорогие гостьи. — сказала нам Нелли. — Я глубочайше извиняюсь, что не можем вас принять так, как подобает по вашему статусу, но сами видите, в каком положении нынче пребывает наше скромное учреждение. На двух душах держится!

Она подошла к пустому темному пространству между двух стеллажей и слегка надавила на стену… которая разъехалась в стороны. Мы с Элиной переглянулись. А разве привидения так умеют.

— Прошу. — показала в проход Нелли. — Проходите и располагайтесь за столом. — Он вообще-то приемный, но сейчас посетители к нам не заходят, поэтому мы с Савелием Анисимовичем осмелились его под обеденный приспособить.

— Не переживайте. — заверила я. — Не в моих правилах привередничать.

— Вся в отца пошла. — восхитилась Нелли.

Дама провела нас с Элиной в небольшую комнатку. Когда-то ее можно было, пожалуй, назвать уютной — стол посреди комнаты почти не был покрыт пылью, на пол постелили старый плетеный коврик, а под низким потолком едва чадила маслом лампадка. Заметив, что я осматриваюсь, Нелли произнесла извиняющимся тоном:

— Еще раз простите за скудное убранство, нам с Савелием Анисимовичем уже сложно наводить марафет. Так, пару раз в неделю сил пыль из угла в угол гоняем, да и только.

— Не молодеем мы, голубушка. — добавил и сам Биркин, после чего поставил на стол самовар и достал из кармана камзола носовой платок. — Раньше-то я всех посетителей привечал, каждому справочку давал, на вопросы отвечал, не голова, а вычислительная машина. А сейчас уже и сноровка не та, и посетителей поубавилось!

Нелли подставила заварной чайник под носик самовара и неодобрительно покосилась на мужа.

— Не хочу показаться вам брюзгой, но современное поколение весьма дурно воспитано. Не вы, конечно, герцогиня, но другие!

— Вот давеча вломились сюда юнцы. — подхватил Савелий Анисимович. — Ни ноги не вытерли, ни номерка не взяли. Словно варвары, сразу же в общий фонд направились. Я уж было хотел пристыдить негодников, а Нелечка моя драгоценная говорит, мол, сейчас детей так растят, что им и слова сказать поперек нельзя, все в штыки воспринимают. А к нам и так гости редко заглядывают, особенно после того, как справочный отдел перевезли. Мы и решили расстараться. Вышли к ним с открытой душой. А они все четверо побледнели, аки писчие листы, синхронно лбы перекрестили и кинулись наутек. Я, признаюсь вам честно, пришел в полнейшее замешательство. До сих пор диву даюсь! Почему они так поступили?

Призрак наивно моргнул. Я отчетливо видела, как из-за тела этого пожилого простофили проступают очертания очага. Кто ему еще скажет? Поэтому я не выдержала.

— Может быть, это потому, что вы умерли?

Савелий Анисимович извлек из кармана холщовых брюк пенсне, осторожно протер стекла тряпицей и водрузил их на нос. Изучал он меня так внимательно, будто хотел выяснить, не вру ли я и не подшучиваю ли над легковерными стариками. Поэтому я тоже приняла самый серьезный вид из всех возможных. Хотя и нужды в этом не было, говорила-то я чистую правду. Через пару минут архивариус снял очки и оглядел нас с Элиной уже невооруженным взглядом.

— Гм. Интересное предположение, душечка моя. — сказал он осторожно. — А не потрудитесь ли вы пояснить, чем именно оно обосновано?

Я невольно улыбнулась. Даже после такого известия старичок не потерял самообладания и присутствия духа. С другой стороны, способен ли дух потерять собственное присутствие?

— Главным образом потому, что я вижу сквозь вас окружающие предметы.

— Серьезный аргумент. — согласился Савелий Анисимович. — Однако только его одного недостаточно для полноценной доказательной базы. Видите ли, в мире существует множество оптических иллюзий, многие из которых пока еще очень плохо описаны. Вполне возможно, что здесь и сейчас как раз появилась одна из…